Сельва
Шрифт:
Най подкидывает в костер хвороста. Огонь вскидывается желтыми снопами. Смотреть на него весело. Он какой-то живой, беспокойный, изменчивый. Могу часами сидеть у костра, и ничего мне не надо. Даже боль в затылке утихает. Забываю, что я - голь перекатная, что в поселке меня презирают...
Най протягивает мне флягу и закуривает папиросу.
Арзин хороший! Он никогда меня не обижает. В поселке иной раз монетку подкинет, поинтересуется, как жизнь. А сам - такой рыжий, яркий, как пламя костра. Только глаза поблескивают, как зеленое
Лен Брас тоже хороший, хотя он и не из наших. Дал мне целых десять золотых! Говорил: "Пойдешь со мной в экспедицию. Будешь мне помогать. Что скажу - делай без раздумий. Присматривай за остальными. Заметишь что-нибудь необычное - сразу ко мне. Вернемся - получишь триста золотых".
Лен добрый! Триста монет!
С ветвей валятся клещи. Они ползают по телу и щекочут. Голову опять сдавливает тисками.
Это началось еще там, на Эсте.
Родителей своих я не помню. Да и были ли они у меня?
Вечно голодный, грязный, оборванный. Выпросишь монетку или украдешь что-нибудь - на то и живешь.
Мальчонкой пошел на завод. Поставили меня на конвейер - механической отверткой затягивать болты на корпусах автомобилей. Работа адская. Даже сейчас вспомню - руки дрожать начинают. Чуть замешкаешься - уже новый корпус ползет, догонять надо. Крики, ругань, мастер с гибкой стальной линейкой... Смена кончится - только бы до кровати добраться. Идешь шатаешься.
Года три я так проработал. А может, и все четыре, сейчас уже не помню. Пришел я однажды на смену, отвертку свою проклятую взял, только к линии стал - слышу: "Берегись!!!"
Что дальше было - не помню. Уже в больнице рассказали мне, что балка крепежная с потолка сорвалась и краем - мне по голове. Чудом жив остался, врачи все удивлялись, макушку мою щупали, а там - вмятина на три пальца глубиной.
Жив-то я остался, только уж лучше бы помер. Позабыл половину, что-то в мозгах сдвинулось, и боль страшная...
Долго я в госпитале провалялся, а когда вышел оттуда, оказалось, что никому я не нужен. На завод обратно не взяли, говорят - здоровым мужикам работы не хватает.
Голодал я месяца три и думал, что уж совсем конец, как вдруг на рынке услышал, что людей набирают для работы на Ферре. Что такое Ферра, я не знал, но решил, что это уж никак не страшнее, чем голод.
Бросил я свои нехитрые пожитки - и на космодром. Там как раз транспорт с вербованными отходил. Сплошь горемыки - такие же, как я.
С тех пор головной болью и мучаюсь.
Костер затихает. Пора спать.
Лен Брас
Костер затихает. Пора спать.
Спать... Когда же я последний раз спал? По-настоящему, глубоко, со снами? Наверное, еще дома, на Эсте.
Нет. Никак не заснуть. Мучает один вопрос: "Кто?"
Инструктора еще там, в центре подготовки, предполагали, что в группе пойдет кто-нибудь чужой. Теперь и я чувствую, что рядом - враг. Но кто?
На привалах я незаметно
Арвин Най? Крепкий, немного странный парень... Нет, не похож на подсадку. Хотя... Что я о нем знаю? Много лет на Ферре, поразительное чувство опасности, остатки благородства и доброты... Разве это мешает за хорошие деньги завести экспедицию в дебри, а самому раствориться в сельве? Обратно без проводника не выберешься.
Капрал Пихра? Туповат, зол и подозрителен. От такого можно всего ожидать. Но хитрости в нем - ни на грош. А главное оружие агента - именно хитрость. Правда, проскакивает в глазах капрала что-то такое, чему невозможно дать определение. Может, он вовсе не так прост, как хочет казаться, и в этом-то и заключается его хитрость?
Буфи Илм? Известный биолог, обеспеченный человек, наука для которого не средство существования, а работа для души. Задумчивый взгляд, очки в тонкой золотой оправе... На такого подозрение падает в последнюю очередь. Но, может, в этом-то и заключается коварный ход конкурентов?
Келин Квинн? Единственная женщина в группе. Красивая, не слишком умная, очень уставшая то ли от похода, то ли от жизни. Проверка не выявила ничего подозрительного, но... Только ли романтика позвала ее в джунгли?
Вако? С этим проще. За свои триста монет он согласится работать на кого угодно. Правда... За пятьсот он с удовольствием продаст того, кто дал ему триста.
Кто же еще? Носильщиков не осталось, так что...
Но кто-то же рылся в моих вещах! Кто-то искал карту сельвы или другие документы, способные навести на Дерево!
Кто же еще? Остался один я. Может, это действительно я?
Надо заснуть, иначе так можно сойти с ума.
Буфи Илм
Надо заснуть, иначе так можно сойти с ума.
Капрал привалился к стволу дерева и храпит так, что ветки трясутся.
Счастливчик!
Келин смотрит на малиновые угли, обняв колени руками. Она ничего не слышит, пребывая в каком-то своем, далеком от сельвы мире.
Небо - черное, без единой звездочки. Невидимые цветы распространяют приторный аромат. В листве мелькают зеленые огоньки. Клещи щелкают челюстями, пытаясь прокусить плотную ткань комбинезона.
От костра распространяется волна теплого воздуха. Трава и одежда подсыхают, и недовольные пиявки, шурша, уползают в болото. Где-то кричит беспокойная ночная птица.
Брас и Вако о чем-то шепчутся, склонившись над раскрытым вещмешком. Вако, как всегда, гогочет, а Лен дергает его за рукав, чтобы не мешал спящим.
Странный он какой-то, этот Лен Брас. И, конечно, вовсе не ботаник. Путается в названиях цветов, зато прекрасно разбирается в химии и обладает организаторскими способностями, более подходящими деловому человеку, чем ученому. Достойный противник!