Семь кило баксов
Шрифт:
– Или кофе.
Полина невнимательно изучила содержимое кухонного шкафа, и хотя там было все – и чай и кофе, – она вряд ли помнила, зачем распахнула дверцы, и в конце концов закрыла их, села за стол, нервным движением рук переплетя свои красивые пальцы. Смотрела в стол. Хеджи не присел, остался стоять в дверях.
– Их поймали, – сообщила бесцветным голосом Полина. – Папа остался им должен. Они хотели вернуть долг. Милиция знала, что они могут выйти
– За ними?
– За мной.
– И вчера – тоже?
– Да.
– Хоть бы предупредили тебя! – сказал с досадой Хеджи.
Его слова Полина пропустила мимо ушей. Наверное, она действительно сейчас слышала не все, что он говорил.
– Их человек видел, как на меня напали. И проследил, куда меня повезли. Устроили засаду. И освободили меня.
По-прежнему она не поднимала глаз. Хеджи злился и эту свою злость был готов выплеснуть на кого угодно. Хоть даже на Полину.
– Ну хорошо! – сказал он. – Я-то в чем виноват?
– Ни в чем, – ответила Полина, будто даже удивляясь нелепости поставленного перед ней вопроса.
– Я же вижу.
– Что ты видишь? Я не виню тебя ни в чем, Веня… – Она редко называла Хеджи его настоящим именем. – Просто со мной что-то произошло.
– Это шок! – сказал понимающе Хеджи. – Так бывает! Пройдет! Сейчас поедем ко мне…
– Я никуда не поеду.
Полина подняла глаза. В них не было ничего, кроме усталого равнодушия.
– Значит, так! – не сдержался Хеджи, стремительно выходя из себя. – Если ты меня назначаешь в виновные – так я не согласен! Буду нужен – звони!
Хеджи ушел, хлопнув напоследок дверью.
Он был зол. Полина была равнодушна. Так рушатся отношения.
Глава 21
Утром следующего дня Полине позвонил Маркелов, предложил встретиться.
– Когда? – спросила Полина.
– Прямо сейчас! Сможешь?
Полина взглянула на часы. Половина восьмого утра. Что за спешка?
– Хорошо, – сказала она. – Куда подъехать?
– Никуда. Я здесь, внизу, у твоего подъезда. Звоню тебе прямо из машины.
Только теперь она поняла, что произошло нечто серьезное. Что-то такое, что связано с теми страшными людьми, которые ее захватили. Их арестовали накануне, и, наверное, что-то там такое важное выплыло.
– Хорошо, – сказала Полина. – Пять минут… Нет, десять. Я только что проснулась.
– Жду!
Десять не десять, но минут через тридцать она дверь открыла. Прямо за дверью, на лестничной площадке, ее поджидал Маркелов.
– Привет! –
– Да.
– Ты одна?
– Одна. Проходите. Что-то случилось?
– Все нормально, – пожал плечами Маркелов.
Впрочем, это прозвучало не очень убедительно.
От Маркелова исходил сильный запах табачного дыма. Он будто пропитался этим запахом насквозь.
– Никто не тревожил?
– Нет.
– Совсем никто?
– Хеджи.
– Кто это? – насторожился Маркелов.
– Знакомый. Вы его видели.
– Ах да. Ты приезжала с ним.
Теперь Маркелов вспомнил. И несколько расслабился. Хеджи нисколько его не интересовал.
– А еще кто-нибудь?
– Нет, никто. Вам кофе приготовить?
– Приготовить, – не стал упрямиться Маркелов.
Помолчали.
– Ты ведь учишься? – вспомнил Маркелов подробности Полининой биографии.
– Нет.
– Разве? – изобразил он интерес.
– Я ушла из университета.
– Почему?
Ей хотелось ответить – «по кочану». Но не решилась.
– Не хочу учиться.
– А хочу жениться, – с плохо скрытой насмешкой завершил ее фразу Маркелов.
Полина приготовила кофе.
– А твой отец, кажется, курил довольно дорогой табак? – осведомился Маркелов бесцеремонно, нисколько не боясь вывести из состояния душевного равновесия свою собеседницу.
Полина пожала плечами. Сами же, мол, видели коллекцию отцовского табака.
– У него неплохо шел бизнес, да? – не унимался Маркелов, будто желая понять, как это некоторым людям удается зарабатывать столько денег, что хватает на роскошнейший табак, для многих попросту недоступный. – Он много зарабатывал?
– Я не знаю. Не интересовалась никогда.
– Но домой-то он деньги приносил, – сказал Маркелов, демонстрируя собственную уверенность в том, что все именно так и было.
– Приносил.
– Много? – заинтересовался Маркелов.
– Я не считала.
– Но как это выглядело? Вот приносит он, допустим, пачку. Или много пачек. Целый чемоданчик. Да?
Полина подумала, может ли этот разговор навредить ей лично или ее покойному отцу. Получалось, что не может. Поэтому она ответила вполне искренне:
– Приносил, конечно. Иногда и в чемоданчике.
– Часто? – проявил интерес Маркелов.
Он явно никак не мог перейти к главному. К тому, ради чего и приехал к Полине в столь ранний час. Чужие деньги не давали ему покоя.