Семь
Шрифт:
Чародейка поджала губы. Альда знала, что победила ее. Некуда идти Коралии; в других измерениях, по словам Енины, неизвестно, опасно и магии вообще может не оказаться. Магичка смирилась.
— Тогда я прошу вернуть мне должность верховной чародейки, — сказала Коралия.
— Нет, — отрезал Альда и вышла.
Следующим, кого посетила королева, был архисацерд Инфануил, жадный до безумия. Он обитал в нацери — светлом храме Солнца Небесного, что построили напротив чернющего, не отражающего свет, Убежища Магии.
Сацерд
У нацери толпились нищие и беглецы-иномиряне. Альда удивилась. Зашла она со стороны королевского входа и попала в храмовый зал. Инфануил пил лимонный чай, держа свои старческие пятки в тазу с теплой водой. Увидев королеву, вскочил, расплескал все, что мог, запнулся и рухнул к ногам королевы.
Та презрительно глянула на него и не поприветствовала.
— Почему у двери нищие? Откуда вообще в моем городе нищие? Я выделяла хорошие суммы из казны на приюты и еду.
— Так это иномиряне.
— Чушь, их должны были расселить у граждан и в нацери.
— Не было времени, Ваше Величество.
Альда молчала.
Инфануил молчал.
— Я знаю, что я сделаю, сацерд.
— Простите за поправочку, Ваше Величество, но архисацерд.
— Не смей перебивать меня, сацерд. Раздевайся.
— При всем уважении, Ваше Величество…
— Стража! — рявкнула Альда, ее солдаты, что всегда следовали за ней, подскочили к Инфануилу и стянули с него его богатые парчи. — Одевайся во что положено.
Униженный Инфануил побрел за балахоном, предоставленным обычному служителю храма. Красный, как свекла, и толстый, как боров, он вернулся к королеве в синем хлопковом одеянии, лишенном богатых украшений.
— Ты сейчас же примешь всех страждущих и обездоленных, дашь кров и еду. А ко дню, когда Царица Ночи нападет из нас, ты откроешь источник чародеям. Только при исполнении этих приказов, ты сможешь вернуть себе статус. Ты понял меня, сацерд? — жестко спросила Альда.
— Конечно, Ваше Величество.
Когда Альда ушла, он плюнул ей вслед. Но никто этого не увидел.
Глава 13
— Знаешь, господин Акторит, — промяукал Муська, — Мариса не готова стать Асирам.
— Она и не будет готова, сидя в своем храме, — ответил мужчина. — Мариса — дочь своих родителей и сможет справиться с испытанием.
— По мне так она квашня, прости за аналогию.
Акторит засмеялся.
— Тем хуже для тебя.
Муська уже понял, к чему клонит хозяин.
— Лучше отправь меня снова к ведьме!
— Енина дальше справится
— Откуда тебе знать? Ты говорил, что как только встретился с ней снова, вмешался лично, то все видения, связанные с ней, у тебя пропали.
— Я не солгал. Я приложил много усилий, чтобы она жила, но не меньше зависело и от нее. Я знаю, что все получится, потому что знаю ее.
— У них прошла уже неделя, как ты забрал девчонку. Всего день им остался.
— А Марисе два года до встречи с родителями. Альде как раз стукнет двадцать три.
— Она возненавидит тебя.
— Она уже меня ненавидит. Но меня волнует лишь Енина. Да и Альде все пойдет только на пользу. Если Мариса не станет богиней в полной мере, она не сможет сокрушить Ринморию, — Пётка позволил себе сорваться на повышенный тон. — Я не думаю, что Альде хотелось бы обречь себя и своего ребенка на погибель только из-за пропущенного детства Марисы! Не будь меня, ни та, ни другая, не дожили бы и до двадцати четырех!
— Не оправдывайся, господин.
— Очень надо! Все, Муська. Уходи, мне пора собирать Марису в путь.
Девушка гляделась в зеркало. Шоколадные глаза критично осматривали нос. С горбинкой. Но он вовсе не портил симметрии лица и его красоты. Мариса принимала себя, знала, что привлекательна для парней. Но господин Акторит запрещал ей общаться с мальчиками. В свои шестнадцать она даже ни разу не целовалась. Сколько лет было ее родителям, когда те впервые почувствовали блаженство от прикосновения губ? А Акторит? Интересно он вообще хоть с кем-то целовался?
В дверь без стука вошел Акторит.
— Ты уже готова?
— Да, — Мариса распахнула руки, показывая новую кожаную курточку с серебряными застежками, надетую поверх хлопковой рубашки. Серые штанишки туго затянуты ремнем с крупными кольцами. На ногах высокие сапожки с мелким каблуком.
Они вышли во двор храма. Там их ждал оседланный конь, с двумя набитыми сумками по краям, демон в виде кота по имени Муська и пес по кличке Батька.
— Ну что, девочка моя. Этот час настал. Отправляйся в путь и неси славу и честь Асирам. Будь ею, но на забывай, кто ты есть на самом деле. Помнишь, что ты должна сделать?
— Да, построить храм, найти семь последователей, проявить милосердие, покарать, принести жертву, спасти жизнь, забрать жизнь. Но последнего я сделать не смогу.
Акторит проигнорировал ее фразу, чтобы не вступать в бесполезный спор который раз.
— Двигайся на юг к Летучему морю, найди морскую деву, возьми то, что она даст тебе. Оттуда отправляйся на восток к Лысой Горе. Я буду ждать тебя там, на вершине. Потом мы вместе отправимся домой, к твоим родителям. У тебя есть два года, девочка. Исполни, что должно и ты вернешься к ним. Муська и Батька помогут тебе.