Сенсеры
Шрифт:
– Я очень хочу тебе помочь. Очень… – он захлопнул блокнот.
Элен улыбнулась и хотела обнять отца, но услышала:
– Поэтому мы должны позвонить твоему дяде.
– Что?! – мгновенно взорвалась Элен. – Ты хочешь сдать меня этому психу?!
– Эли, не надо так думать.
Отец подошел и хотел взять за руку, но Элен отскочила.
– А как мне думать, если мой дядя владелец частной психушки? Мама бы тебе не позволила! Ты же знаешь, она была против его вмешательства!
Элен полностью отдалась вспыхнувшим эмоциям. Сердце бешено колотилось, руки тряслись. Она крепко сжала пальцы в кулаки. Никогда
Мама не ладила со старшим братом Виктором, о способности дочери не рассказывала и даже на порог его не пускала. А незадолго до необъяснимого самоубийства настояла на переезде из Санкт-Петербурга в Ростов, чтобы быть подальше от Виктора. Элен не знала причин неприязни, но разделяла мамины чувства без объяснений.
«И теперь папа вздумал отдать меня дяде на растерзание? Зачем?! Чтобы он ковырялся в моих мозгах и ставил опыты, как над какой-то подопытной крысой?!» – негодовала Элен. Перед собой она видела не отца, а предателя, который осмелился что-то решать за нее. «Это моя жизнь!» – буйствовала Элен, охваченная ненавистью. Хотелось броситься на отца, наорать, ударить…
«Нет!
– она отскочила назад, защищая дорогого человека от себя самой.
– Я не могу его ненавидеть. Что за ерунда со мной творится?!»
Серые глаза отца были полны недоумения и тревоги. Он опять попытался коснуться дочери, но та сделала еще шаг назад.
– Оставь меня, – пролепетала Элен и кинулась к лестнице.
Хотелось быстрее убежать в комнату и спрятаться от всего мира под одеялом, но Элен вдруг остановилась. От злости мгновенно не осталось и следа, зато вспыхнуло чувство вины за неподобающее поведение. Вздохнув, Элен повернулась к отцу. Он неподвижно стоял на прежнем месте, смотрел в сторону, хмурился, будто о чем-то размышляя.
– Пап, – надломленным голосом произнесла Эли, – прости, я не хотела.
Отец медленно перевел на нее взгляд. Пустой и отрешенный. Такой, каким он был после маминой смерти, когда папа не знал, как теперь жить и что делать.
– Все будет хорошо. – Элен заставила себя улыбнуться. – Правда, я справлюсь, мы справимся. Я уже не маленькая девочка.
– То есть, – папа пришел в себя, – предлагаешь закрыть глаза на то, как ты мучаешься, и ничего не делать?
– Нельзя ничего сделать. Пойми, наконец.
Отец недоумевающе завертел головой.
– Просто делать вид, что ничего не происходит, – усмехнулся он.
– Да. И жить, как мы жили последний год. Ты, я, и никаких психологов.
Взгляд отца немного смягчился, плечи выпрямились, и он легко улыбнулся. Казалось, Элен его убедила.
– Иди, поешь, а я пойду к себе, – как можно беспечнее сказала она. – Мне завтра в школу к десяти часам, у нас последний классный час, хочу раньше лечь.
Это было ложью, но ложью во благо. Элен никогда не скажет ему, что по-прежнему, как маленькая девочка, боится засыпать и оттягивает этот момент до последнего. Пусть папа думает, что все изменилось, а она будет улыбаться, даже когда на душе будет тяжело. Ради него.
Глава 2
«Опять проспала! Да сколько можно?!» – ругалась Элен, расчесывая спутавшиеся длинные волосы. Она все время поглядывала на часы и торопилась, как могла. За плечами и так одни прогулы
Метнувшись к шкафу, Элен схватила платье длиной по колено, нежно-персикового цвета, с коротким рукавом. Она от многого отказалась после смерти мамы: от прогулок под дождем, походов в кино, вкусного десерта в любимом кафе, но только не от любви к красивым вещам. Мама бы этого не одобрила. У нее был весьма утонченный вкус, и она старалась привить его дочери, часто вытаскивая за покупками. Благо, папа никогда не жалел деньги на их забавы. Должность главного инженера в крупнейшей строительной компании Ростовской области позволяла ему баловать своих любимых женщин.
Элен улыбнулась, вспомнив время, когда еще умела хоть немного радоваться жизни.
Она зашвырнула в сумочку все необходимое, скользнула в балетки и побежала вниз. Закрыв дверь, помчалась к остановке, где пришлось тормозить отъезжающий автобус.
«День не задался», – с досадой решила Элен, заскочив внутрь.
Она оплатила проезд и присела на первое свободное место. Отдышалась. С соседнего сидения улыбнулся парень примерно ее возраста, и Элен ответила ему тем же радушием. Юноша поглядывал на нее и, казалось, решался познакомиться, но вскоре заерзал, а затем и вовсе пересел в конец автобуса.
«Подумаешь, первый раз что ли?» – подбодрила себя Элен. Она привыкла, что парни, которые обращали на нее внимания, а иногда и заговаривали, через минуту убегали с побледневшим лицом. Словно за ее плечом стояла смерть с косой и коварно им улыбалась.
Чтобы не думать об этом, Элен пересела к окну, достала книгу и нашла страницу, где остановилась читать. Хотелось окунуться в мир героев и их переживания, чтобы скоротать время до школы, но что-то мешало сосредоточиться на тексте.
Вскоре пальцы начали подрагивать, и Элен захлопнула книгу, чтобы размять руки. Дрожь не проходила, а только усиливалась. Вместе с нею нарастало и волнение. Элен хотела попросить водителя остановить автобус, чтобы вернуться домой, но не смогла встать. Тело словно вросло в кресло. К тому же появилось неприятное ощущение...
«Ненависть» – вдруг пришло определение, четкое и неоспоримое, как будто чувство приобрело физическую оболочку, и Элен ее узнала. Странно, но разум точно подсказал, что это не ее эмоция.
Элен вжалась в кресло, не понимая, что происходит. Она посмотрела в окно, и, когда с автобусом поравнялся черный джип, ненависть вспыхнула в десятки раз. Элен всматривалась в тонированное окно машины и понимала, что источник сильной эмоции находится по ту сторону стекла. Более того, чувствовала на себе пристальный взгляд, от которого хотелось превратиться в невидимку. Казалось, ужасное ощущение никогда не пройдет, но джип рванул дальше и забрал его с собой.
С минуту Элен изумленно смотрела на дорогу не в силах шелохнуться, но постепенно дыхание восстанавливалось, сердце успокаивалось, дрожь проходила.
«Да что это такое?!» - с отчаянием выдохнула Элен, окончательно оклемавшись. Последнее время она себя не узнавала. Порой казалось, что кто-то другой управлял ее настроением, швырял из одной эмоции в другую. Вот и сейчас Элен решила, что проезжающая мимо машина вообще не при чем, просто нагрянула очередная волна непрошеных чувств. Но откуда они? И по какой причине вспыхивают?