Сенсеры
Шрифт:
– Эй, стой! – Дима неожиданно обхватил за талию и повернул к себе. – Давай поговорим.
Элен опешила от такой резкости и попыталась высвободиться из объятий.
– Я не хочу сейчас разговаривать! – Она отцепила его руки и сбросила с талии.
– Расстроена, что не дали попасть в лапы Элиты? – съязвил Дима.
– Да! Представь себе! Удивлен?!
– Нет. Я удивлен, как тебе удается вертеть этим идиотом. Мне он казался чуть более разумным. Видимо, окончательно отупел из-за вашей связи.
– Да чего ты прицепился
Дима слушал с серьезным видом, но под конец тирады его губы начали расплываться в ухмылке, той самой, которую Элен считала такой вызывающе-очаровательной.
– Чего ты лыбишься? Я права? Ведь так? Ты просто не хочешь.
Конечно, Элен хотела услышать, что все не так, но насмешка на лице Димы только подтверждала ее мысли. Просто игра, ничего больше. Нет никаких чувств. А ведь Саша предупреждал, но она не послушала, придумала себе какую-то любовь.
– Ты действительно хочешь знать правду? – рассмеялся Дима, разведя руками.
– Да! – ответила Элен, смело взглянув в озорные синие глаза.
Дима еще больше расхохотался.
– Хочешь знать, чего я хочу?
– Да, – уже не так яро сказала Элен, не понимая причину его веселого настроения. Ей вот совсем не до смеха.
– Ну ладно… – загадочно произнес Дмитрий и, схватив за талию, без особых усилий закинул Элен на плечо.
– Отпусти! Что ты делаешь?! – Она застучала по спине парня, но он, будто не замечая брыкающейся ноши, шагал по аллее. Мысль, что сенсеры в охране не выпустят их за пределы видимости, обнадеживала, пока Дима не дошел до них.
– Дамы, – слащаво произнес он, и Элен представила, как Дмитрий очаровательно улыбнулся, – откроете свои чудные ротики, и, не сомневайтесь, я придумаю вам какое-нибудь наказание. Мы на полчаса, может, час.
Девушки захихикали. Когда Дима прошел дальше, Элен взглянула на предательниц.
– Маша! Алиса!
– Прости, Элен, – еле сдерживая смех, ответила лисичка, – мне нужно как-то искупить вину. Думаю, это то, что тебе нужно. Наслаждайся.
– Да, да, приятно побеседовать, - пропела Маша.
Девушки и Дмитрий захохотали в один голос, еще больше разозлив Элен. Она ущипнула похитителя за бок, тот ойкнул, но хватку не ослабил.
– Не дергайся, а то вместе свалимся, – проворчал он. – Ты же сама хотела знать, чего я хочу.
Он перехватил ее удобнее, нагло схватившись за мягкое место.
– Эй! Не лапай! – завопила Элен, пытаясь смахнуть его бессовестную
– Не могу. Это я тоже хочу!
«Хорошо хоть брюки надела, а то бы наглец и под платье не постеснялся залезть!»
Дмитрий все же убрал руку. Дергаться было бесполезно, поэтому Элен сдалась.
– Куда ты меня тащишь? – спросила она, стараясь вложить в вопрос как можно больше равнодушия. Получилось неважно.
– Изнасилую, убью, закопаю, – все с тем же задором ответил Дима.
– М-м, прости, но это не входило в мои планы, – Элен язвительно ответила на шутку.
– А что входило? Спрятаться ото всех и пореветь? Пожалеть себя и позлиться на весь мир? – слишком грубо выпалил парень. – Твои слезы ничего не изменят. Вас не отпустят. Наберись терпения, – четко выговаривал Дмитрий, будто произносил эти слова не раз. – Через пару недель, Георгий Маркович сам постарается что-то придумать. Родителям Антона записку передал отец Маши в торговом центре, маме Лоры подкинула Рита, в парикмахерской, где та работает. И твоему отцу найдут, как сообщить, что ты в порядке. Просто подожди.
Элен слышала нечто большее, чем просто слова: отчаяние и сожаление. Дима, наверное, тысячи раз жалел, что не выждал время, а поддался эмоциям. Поэтому так яростно не хочет допустить этого выезда. Хочет защитить Элен от того чувства, с которым почти четыре года живет сам – чувства вины.
– Пришли, пушинка, – спустя несколько минут молчания, произнес Дима.
Он осторожно поставил Элен на ноги, но руки с талии не убрал. Сзади шумела речка, птицы со всех сторон насвистывали свои любимые трели, но осматриваться Элен не стала. Не могла отвести взгляд от синих глаз.
– Знаешь, чего я еще хочу? – прошептал Дима.
Кожа под его руками вспыхнула, будто не было защитного слоя из ткани. Дима всю дорогу касался Элен, но только сейчас она ощутила его прикосновения по-настоящему. Она задрожала, поняв, что из этой ловушки не выбраться, от этого хищника не уйти. Да и хочет ли она?
«Нет!»
Парень медленно обнял за талию и подтолкнул назад. Повинуясь требованию похитителя и не теряя его ласкающего взгляда, Элен уперлась спиной в дерево. Казалось, можно потерять сознание от чувств, что в ней вскипели. Она схватилась за грубую кору, чтобы не упасть.
Дима не спеша поднял руку и нежно провел кончиками пальцев по ее щеке, скользнул вниз по шее и спустил плечико шифоновой кофточки. Он склонился и легко коснулся губами обнажившегося тела. Элен еще крепче вцепилась в дерево. Она перестала дышать, ожидая повторного прикосновения, но Дима отстранился и взглянул в глаза. Элен тихо выдохнула. Захотелось ощутить мягкость его кожи, убрать длинную челку со лба, но руки будто прилипли к дереву. Ладони начинали гореть, предвещая приход внутренней силы, но сейчас Элен не хотела чувствовать себя сильной. Хотела быть слабой, беззащитной и покорной.