Сердце Элементаля

Фаатович Иван

– Это место почти проснулось...
– спокойный голос мужчины отразился эхом от пустующих ледяных коридоров.

– Сколько лет прошло с гибели Винтердорра?
– спросила женщина, продолжая рассматривать помещение.

– Триста два года. Не забывай, зачем мы прибыли сюда. Два года назад это место вновь появилось на карте телепортаций. Значит, здесь вновь зародилась жизнь, вновь заработал телепорт Ледяного Города, - произонся название места, куда они прибыли мужчина покривился.

– Уигфриз, у твоего брата не хватило

ума выбрать нормальное название?
– хихикнув, спросила женщина.

– Для тебя, Жизель, Уигфриз-Ир, - процедил мужчина, - и имя городу давал не мой покойный брат. Пожалуйста, в следующий раз воздержись от подобных слов. Поминать недобрым словом мёртвых не хорошо. Ты поняла?

– Поняла, - тихо буркнула молодая женщина. Кажется, она уже пожалела о выборе своего уважаемого дядюшки.

Гости Ледяного Города медленно двинулись по коридору вперёд, пока на пути у них не встал один из его стражей. Ледяные доспехи без ног, которые наполнял лишь бледно-голубой туман, важно выплыли из-за поворота. Повернувшись светящимися белым светом проёмами глаз, страж города низко поклонился.

– Приветствую гостей ...

– Отведи нас к хозяину, - приказным тоном сказал Уигфриз. Страж Ледяного Города развернулся и медленно поплыл по коридору.

– Прошу следовать за мной...

– Уигфриз...
– Ир, как считаешь, почему вдруг твой покойный брат ожил?
– спросила Жизель. Мужчина тяжело вздохнул.

– Тебе ли не знать, что сокрыто в твоей груди, и что остаётся после смерти одного из нас. Винтердорр хоть и погиб в бою, но погиб он сам.

– Ты хочешь сказать, что мы, потратив такое количество энерии разрывали ткани пространства ради какого-то жалкого ...

– Замолчи, - в голосе Уигфриза появились металлические нотки, - если энергия, высвободившаяся при поглощении, смогла оживить Ледяной Город, это значит, что здесь родился такой же как и ты, полноценный и чистый элементаль. И у него есть не меньше прав на существование, чем у тебя. Тебе ясно?

– Ясно...
– пристыжено опустила в пол глаза Жизель.

– Вы, молодёжь, совершенно не знаете реальности. Почему, по-твоему, мы способны оставлять сердца после смерти?

– Чтобы даже после смерти элементали могли помочь своему народу ...

– Не только. Творец не зря подарил нашему сердцу способность трансформировать организм, в который оно попадает. Творец дал нам возможность даже после смерти подарить жизнь новому элементалю!

– Понятно...
– вновь протянула женщина, что как провинившаяся школьница смотрела в пол, слушая выговор от учителя.

– Скоро мы своими глазами увидим его. Наследника моего брата...
– дальнейший их путь по коридорам и лестницам ледяной цитадели прошёл в тишине, пока не подойдя к одной из дверей, стражник, важно плывущий над полом не провозгласил.

– Мы прибыли. Хозяин находится по ту сторону...

Неон.

Мысли текли очень

вяло... перед глазами всё абсолютно бело... будто ничего и нет. Нет и эмоций. Как будто я отстранённый наблюдатель за происходящим. Словно запертый в себе и ничего не чувствующий. Наверное, именно поэтому эта белизна мне не успела наскучить. Я просто смотрел на неё ровно до тех пор, пока не понял, что могу двигаться. Не так, как я привык, а скорее, немного по-другому. Как подсматривающим заклинанием. Пожелал вперёд - и лети вперёд. Никакого интереса, просто лечу вперёд, иногда поворачивая.

Это занятие, как и предыдущие, совершенно не вызывало скуки. Еду себе и еду, как робот. Остановиться и сменить вид деятельности меня заставил появившийся на пути старик. "Где-то я уже его видел" - пронеслась в голове мысль, медленно расшивеливая мои чувства, спрятанные где-то глубоко внутри моей души. "Ах да... Винтердорр Четвертый" - мысль пробежала где-то на краю сознания.

Я, уже больше по-привычке, чем по-необходимости пёр прямо на преграду, в лице деда, бредущего куда-то. Но, за секунду до того, как я влетел в фигуру блуждающего в белоснежном пространстве деда, он развернулся и, одарив меня взглядом своих глаз, похожих на ледышки, распался снежным облаком, исчезнувшем в окружающей белизне.

Тут-то меня и начало плющить. Вначале, сопровождаемая неким подобием удивления, гравитация, притянувшая меня куда-то вниз и больно шлёпнувшая о это нечто. А затем потянулись обрывки картинок. Картинки двигались, быстро сменяя друг-друга, а вместе с ними в голову буквально вплавляли что-то. Боль застилала разум, часто мне казалось, что уже ничего не спасёт от неё и я вот-вот умру, но всё обходилось. Время от времени воспоминания, как я уже успел догадаться, замедляли свой бег, давая некоторую передышку.

Не знаю, сколько я здесь провёл, но за это время мне в голову успели вплавиться все воспоминания Винтердорра. От первого да последнего вздоха, первый шаг, первое падение, первая магия, первый поцелуй, первая щетина, я видел всё. День свадьбы, день, когда отец Винта отошёл в мир иной и наш юный принц занял место на троне. Первый день рождения его собственного сына, как и его последняя секунда, когда раскалённый до бела сгусток огня расплавил ему сердце. Всё до последней секунды, до последнего слова могучего заклинания, высосавшего все ресурсы мага.

Дальше я вновь просто лежал, как в самом начале и глядел в белоснежное пространство, так же не чувствуя эмоций. Они ушли вместе с картинками из чужой памяти. А на смену... пришла пустота. В какой-то момент свет сменился тьмой, я даже не заметил, как провалился в забытие.

Резко открыв глаза, я сообразил, что уже нахожусь в реальном мире.

– Ыхэ-э-э-э-э-э...
– как будто в первый раз, воздух с хрипом вошёл в лёгкие.

– Видишь, Жизель, время пришло и он очнулся ото сна, - сказал чей-то мужской голос недалеко от меня.