Сердце грозы
Шрифт:
Гордеев покосился на спутников.
– Откуда вы знаете о нас?
– Вы были лучшей командой, когда-либо сформированной в Управлении.
– И поэтому нас решили замочить? – хмыкнул Соломин.
– Вы стали опасными свидетелями.
– Чего?
– Смены власти.
– Но ведь эта самая власть с нашей помощью решила одну из своих проблем!
– Власть проблем не решает, она их финансирует.
Пассажиры «Вольво» переглянулись.
Сергеев засмеялся.
– Мне нравится ваша реакция. Теперь поговорим серьёзно.
Гордеев озабоченно потёр щеку пальцем.
– Это имеет какое-то отношение к теме разговора?
– Прямое.
– Нет, я фантастику не читаю.
Лось промолчал.
Соломин пожал плечами:
– Читал в детстве: Беляев, Ефремов, Уэллс…
– Вам будет легче воспринимать мои слова. Жизнь на нашей красивой планете контролируется…
– _зелёными человечками, – фыркнул Соломин.
Гордеев бросил на него предупреждающий взгляд.
Соломин засопел.
– Шутка.
– Не зелёными и не человечками, – серьёзно возразил Сергеев. – Это две разумные системы с разными подходами и целями. Назовём их для определённости «змеями» и «ящерами».
– Почему не крысами? – не удержался Соломин, виновато посмотрел на Гордеева, поднял руки вверх. – Всё, больше не буду.
– Этот контроль осуществляется давно, больше десяти тысяч лет, с тех пор как «змеям» удалось столкнуть лбами две земные цивилизации.
– Кажется, я читал: Гиперборею и Атлантиду, верно?
Сергеев не обратил внимания на реплику Соломина.
– Однако в последнее время верх начала брать система «ящеров», которая провела ряд успешных операций и нейтрализовала влияние «змей» на американских континентах и в Азии. Теперь она занялась Россией. Ликвидация господина Миркиса, ставленника «змей», с вашей помощью как раз является одной из таких операций «ящеров», на которых работал и Чернавский. Теперь понимаете, в разборки какого уровня вы вмешались?
– Вы шутите? – недоверчиво спросил Соломин.
– Когда мне рассказали эту историю, я отреагировал точно так же.
– Допустим, мы поверим в вашу сказку, – проговорил Гордеев. – Кого представляете вы? «Змей», «ящеров»?
– Ни тех, ни других. Я один из сотрудников системы «Три Н», которая пытается нейтрализовать внешнее давление на цивилизацию.
– Что такое «Три Н»?
– Аббревиатура слов «Никого Над Нами». Человечеством управляли так долго и бездарно, что пора с этим кончать. Мы пытаемся создать организацию, которая смогла бы освободить людей и от «змей», и от «ящеров».
– Ну, и как, получается? – прищурился Соломин.
– Информационный уровень противостояния нам уже доступен, оперативный ещё нет. Вот почему мы тоже ищем профи вашего класса, которые стали бы с нами работать.
– А если мы не захотим?
Сергеев улыбнулся.
– Разве у вас есть выбор?
– То есть вы хотите сказать, что,
– Уймись, Солома, – сказал Гордеев. – Всё это пока слова, нужно подтверждение.
– Мы его вам предоставим.
– И нам нужно подумать.
– Вылезайте.
Переглянувшись, Гордеев, Соломин и Сэргэх вылезли из машины. Полковник подал Гордееву блеснувшую металлом пуговку.
– Читайте, смотрите, размышляйте. В конце мой номер телефона. После просмотра флешка самоликвидируется. Что бы вы ни решили – звоните.
Урча мотором, «Вольво» развернулась, уехала.
Соломин сплюнул под ноги, сунул руки в карманы.
– Бред!
– Что будем делать? – вежливо спросил Сэргэх.
– Звони Корню, Вике, поедем смотреть материал.
– Интересно, как им удастся замять скандал, если генерал и в самом деле дал дуба? – поинтересовался Соломин.
Гордеев не ответил.
Пришло вдруг ощущение разверзающейся под ногами бездны, подул ледяной ветер, по спине побежали мурашки. Он представил масштаб контроля, осуществляемого «змеями» и «ящерами»: не над одним человеком, не над группой и даже не над отдельной страной – над всем человечеством, – и ему стало неуютно.
Вторая встреча с полковником Сергеевым, речь которого Соломин эмоционально оценил как «бред», состоялась в пансионате «Зелёные дали». Пансионат принадлежал Главному Управлению исполнения наказаний и располагался в двадцати километрах от Москвы, на берегу небольшого красивого озерца.
Гордеев, Соломин, Сэргэх и Вика прибыли туда как обычные отдыхающие, на двое суток – с пятницы по воскресенье; путёвки им, естественно, обеспечил Сергеев. Корень, сыгравший роль пьяного водителя пикапа, подъехал к ним как гость, совершенно преобразившись. Он тоже был очень талантливым актёром, и даже Гордеев не сразу признал в «вальяжном чиновнике презрительного вида» бывшего капитана спецназа ГУИН.
На берегу озера стояли мангалы, беседки, в одной из которых и собрались члены группы, якобы для «полнометражного» отдыха с шашлыками и пивом. Сергеев подошёл позже, в сумерках, вместе с молодой девушкой по имени Алина, оказавшейся его дочерью и – как выяснилось позже – координатором центрального трикстера, то есть офиса, системы «Три Н».
Соломин обратил внимание на ещё одну компанию неподалёку, а также на подплывшую ближе весельную лодку с двумя парнями, и Сергеев его успокоил:
– Это наши.
Начали жарить шашлыки.
С виду их компания ничем не отличалась от таких же отдыхающих, но если бы кто-нибудь мог подслушать разговоры мужчин, он бы принял их за сбежавших из психбольницы пациентов. Тем не менее никто из присутствующих уже не сомневался в реальности структуры «Три Н», а материал о наличии контроля над деятельностью цивилизации, усвоенный Гордеевым и его товарищами, не оставлял места для сомнений.