Сердце куклы
Шрифт:
Когда чьи-то руки обхватили ее сзади, вампиресса начала сопротивляться; совсем немного, чтобы игра казалась правдоподобней. Но глаза блондинки удивленно расширились, стоило ей увидеть лицо нападавшего.
— Ты? — нахмурилась вампиресса, как только поняла, что в нее вцепился Томас Крэйн.
— Говори, что ты сделала с Элисон Гудвилл? И почему на тебе ее цепочка? — для большей убедительности парень сильно встряхнул Долл.
— Не знаю я никакую Элисон, — буркнула та. Вампирессе ее затея уже не казалось такой занятной.
Разозленный
— Не смей мне врать, вампирша.
Долл громко и насмешливо фыркнула, хотя внутри у нее все перевернулось.
— Мальчик, по-моему, ты насмотрелся фильмов о Ван-Хельсинге! Может пора повзрослеть и….
Девушка невольно замолкла, потому что ей в грудь уперся хорошо заточенный колышек. Она испугано уставилась на него, но моментально успокоилась. Самодельный кол был сделан из безобидного дерева! Нет, как же все-таки хорошо, что Старейшие из вампиров додумались распространять среди смертных различные байки. Самое интересное, что им и стараться особенно не пришлось: хватило маленького толчка, а остальное люди напридумывала сами. Отдельное спасибо Брему Стокеру и Стефани Майер…
Долл могла бы еще поиграть в перепуганную жертву, пойманную "бесстрашным охотником". Но Томас сильно разозлил ее, и если до выходки с колом его поведение казалось вампирессе довольно забавным, то теперь… На заметку: не стоит лезть к Бессмертному, если не уверен в своем оружии на сто двадцать процентов.
Одной рукой Долл крепко схватилась за колышко — под натиском Бессмертной дерево рассыпалось практически в труху — а другой стиснула шею парня, к его счастью, не с таким усердием.
Позже, Долл жалела о том, что совершила дальше. Единственным ее оправданием было то, что она успела проголодаться, а голодный и взбешенный вампир — это поистине убойное сочетание… для любого их смертных.
Как бы там ни было, но ровно через две минуты Томас Крэйн валялся на земле, с грубо погрызенной шеей.
"Вот Дьявол!" — растерянно подумала Долл, — "Мне опять нужно думать, куда деть тело".
Глава 10.День всех вампиров
Летучие мыши, тыквы, жуткие костюмы и походы за сладостями — вот атрибуты современного Хэллоуина. Но это далеко не все. Самхайн, Канун Зимы, День, когда границы между жизнью и смертью, реальным и волшебным миром истончаются — вот чем на самом деле является Хэллоуин.
Испокон веков в этот праздник люди надевали страшные маски, чтобы обмануть темных существ, притвориться ими. Однако мир изменился, и теперь Дети Ночи сами прячутся среди людей. Правда, не в эту ночь. Во время Самхайна, вампиры могут быть собой, не вызывая при этом подозрений.
В этом году Хэллоуин выпадал на воскресенье, но почти все празднования начинались в вечер субботы. В одной из элитных квартир в центре Чикаго Лера Дарова уже занималась финальными штрихами своего наряда. И в это же время, на другом конце города двое
Флай облачилась в обтягивающий комбинезон, расписанный под змеиную чешую. Этот костюм был достаточно удобен, практически не стеснял движений, но и него был существенный минус.
— И куда мне девать меч? — прорычала Флай, безуспешно (в который раз) пытаясь запихнуть золотое оружие в тесное голенище сапога. Это получилось бы у нее, не будь у меча такой объемной рукояти — она упорно отказывалась помещаться в обуви.
— Выдай его за часть костюма, — посоветовал Антон. Судя по плащу и маске-очкам, он представлял собой Зорро, — Тем более что оружие из золота не выглядит угрожающе.
Его сестра, обессилено свалившаяся на старенький диван, однако нашла в себе энергию, для возмущенного фырка.
— А может нам сразу повесить на себя плакаты: "Охотники на вампиров"? И красный крестик на шее нарисовать — чтоб кровопийцы уж точно не промахнулись? — Флай снова стояла на ногах, примеряю перед зеркалом серебристо-зеленую маску, — Ей Богу, братик, поражаюсь я твоей наивности. Мы идем в клуб, где восемьдесят-девяносто процентов посетителей — живые мертвецы. Думаю, не стоит заявляться туда в полном боевом облачении — до кого-нибудь может дойти, кто мы и зачем пришли.
Антон вздохнул. Он любит сестру, но порой она бывает такой стервой!
— Я просто высказала то, что думаю, — парировала Флай так и не высказанное обвинение, — И если я — стерва, то ты — жалостливая тряпка.
— Не правда! И прекрати, пожалуйста, лезть в мою голову.
Охотница лениво рассмеялась.
— А мне это и не нужно. У тебя на лице написано все, что ты обо мне думаешь.
Продолжая шнуровать высокие армейские ботинки — конечно, они несовсем соответствуют костюму, зато удобно! — парень покачал головой.
— Сколько веков должно пройти, чтобы ты перестала выпендриваться, а Стрекоза?
— Столько не живут, — Флай бросила на брата выразительный взгляд, — А с нашей "профессией", тем более.
Да, сегодня они были на взводе. Шутка ли, отправиться на вечеринку, полную нежити. Никогда раньше им не доводилось сталкиваться с таким скоплением вампиров в одном месте. Никогда, кроме разве что…
— А помнишь в Египте?.. — Охотница прикрыла глаза, оживляя в памяти яркие образы их прошлого.
Антон сдержано кивнул. Конечно, он ничего не забыл. Трудно им пришлось в тот раз. Тогда они не были такой слаженной командой, как сейчас — со временем начинаешь предчувствовать действие напарника на секунду раньше, чем он его совершит. А Антон отлично знал — в сражении с вампиром и одна секунда может стоить кому-то жизни. Той ночью в долине Нила, он чуть не погиб. Если б не сестра, вовремя отсекшая египетскому упырю голову, Охотник на своей шкуре испытал, куда отправляются "Бессмертные" после смерти, как бы странно это не звучало.