Сердце Лета
Шрифт:
– К сожалению, нет, я могу взять комплект корабельного обмундирования.
– Кстати сказать, корабельное обмундирование – это единственная чистая и более-менее пригодная одежда, которой мы располагаем, – заметил Тротил.
– Да-а-а, – слегка пригорюнился Фарот, – хорошие же из нас получатся путешественники, нечего сказать, нас дальше космодрома не пустят, мы же вылитый корабль-разведчик получаемся.
– А если мы сейчас облачимся в наши пыльные, грязные тряпки, то нас тем более не пустят. Может, присмотреться к костюмам киберпилотов? – Тротил кивнул на
– Тогда их всех придется раздевать. Получится, что мы летаем с голыми киберпилотами. И как после этого мы докажем свое психическое здоровье? Ладно, берите корабельное обмундирование, главное добраться до ближайшего торгового центра, там купим что-нибудь подходящее. Триумат, посмотри, где тут душевые?
Вскоре душевые были найдены, и первая партия отправилась мыться.
– Вот что я думаю, – Фарот задумчиво смотрел на Лета, девушка стояла у иллюминатора и смотрела на пейзажи приближающейся планеты, она по-прежнему была в брюках Уги и рубашке Фарота, – может, ее сразу переодеть в платье? Мы ее нашли в таком наряде, не описать словами, местная принцесса сразу скончается на месте.
– А вот это лишнее, не надо людей сразу озадачивать так сильно, сначала присмотримся, разберемся в ситуации, а там и поглядим. Совершенно необязательно, что нас немедленно поведут во дворец, зачем им нужны какие-то туристы?
– Почему же нам разрешили сесть на королевский космодром?
– Не исключено, что тут все космодромы принадлежат королям.
– Разве такое бывает?
– Всякое бывает, зависит от культуры и государственного строя.
– Надеюсь, эта планета действительно так хороша, как ты ее расписал.
– Я тоже на это надеюсь.
– Не понял… Ты разве не бывал здесь раньше?
– Честно сказать, нет.
– Так чего ж ты… – от неожиданности Фарот утратил дар речи.
– Мне о ней очень много хорошего рассказывали, еще никто ни разу не отозвался плохо об Аэроне, честное слово. Главное, что она очень далеко от Обелиса, и вас, даже если сильно захотят, никогда не найдут. Ты иди, иди в душевую, я сам посажу корабль.
В удрученном настроении Фарот встал из-за пульта и вышел из кабины. Триумат так подробно, со знанием дела рассказывал об Аэроне, что никому и в голову не пришло уточнить – посещал ли он собственнолично эту прекрасную планету? «Все равно уже прилетели, – думал Фарот, поднимаясь по ступеням, – так что не буду никому ничего говорить, а то Тротил, чего доброго, может стать непредсказуемым. Может, все и обойдется, возможно, тут и вправду хорошо».
Заводя корабль на посадку, Триумат отметил, что на пустом пространстве космодрома, размеченного на бестолково-яркие и маленькие квадраты, торчит от силы пара корабликов, в сравнении с которыми «Летатель», прижившийся в брюхе «Алхимика Апелюса», являлся последним словом в космическом кораблестроении.
Посадив «Алхимика», Триумат отключил все системы и сказал:
– Фух.
– А здесь красиво, – Лета посмотрела на высокое небо бирюзового оттенка.
– Это всего-навсего космодром, дальше будет еще красивее. Вот доберемся до дворца и…
Раздался
– Я себя крайне неловко во всем этом чувствую, – вздохнул Преал. Он приподнял ногу, взглянул на ботинок с толстенной подошвой и осторожно поставил ногу обратно на пол. – Эта одежда противоречит моему внутреннему миру.
– Преал, извини, но все твои банты с оборками пришли в некоторую негодность, – Фарот, напротив, прекрасно ощущал себя в обмундировании. – Триумат, не знаешь, какое время года за бортом?
– Не могу сказать с большой уверенностью, – он посмотрел на голое посадочное покрытие, простиравшееся во все стороны, – но точно не зима.
В обозримом через центральный иллюминатор пространстве возникла группа в необычных пестрых нарядах – длинные зеленые одежды свободного кроя, алые мантии и какое-то подобие голубых передников, довершали ансамбль остроконечные белые головные уборы.
– Если это обычный технический персонал космодрома… – Фарот задумчиво смотрел на приближающуюся к кораблю команду, – то я всем советую мужаться, нас тут ожидает масса интересного.
– Если б это был технический персонал, они бы несли сигнальные лампы, – сказал Тротил, – так что это, скорее всего, какие-нибудь безумные королевские придворные, вышедшие нас встречать.
– Лампы – не лампы, а что-то они несут, – заметил Кусон, подходя к иллюминатору поближе.
Присмотревшись, друзья заметили у каждого в руках по паре серых шаров средних размеров.
– Выходим, – уныло произнес Фарот, – будь что будет.
– Стойте, кому-то нужно остаться с Угой, – напомнил Тротил. – Триумат, ты не останешься?
– Нет! – подпрыгнул Преал. – Пусть Триумат идет с нами! И не забудет взять свой оригинальный наряд с колечками! И оружия побольше!
– Погодите, – сказал Кусон, – давайте останусь я, мне все равно спать безумно хочется, подремлю в медотсеке, покараулю Угу, и пускай остается Лета, на корабле все-таки девушке безопаснее. А вы сходите на разведку, посмотрите, что там и как. Кстати, Терей тоже мог бы остаться, передохнуть после всего пережитого.
– А ты не улетишь отсюда вместе с кораблем, чеками, девушкой и Тереем, как только мы уйдем на разведку? – Триумат смотрел на Кусона исподлобья с многозначительной ухмылкой на губах.
– Я тебя не понял.
– А я думаю, понял.
– С чего ты взял, что я могу такое сделать? – заложив руки за спину, Кусон раскачивался с пятки на носок. – У меня есть какие-то внешние признаки, указывающие на подлость характера? Уши не так торчат? Или нос не той формы?
– Хочу, чтобы ты знал – я за тобой наблюдаю.
– Спасибо, что предупредил, а то я бы нервничал от такого необъяснимого и пристального внимания.
– Пускай Кусон с Лета остаются, а я пойду с вами, – сказал Терей, – мне любопытно посмотреть на мир Аэрона, я никогда не бывал в подобных местах, да и воздухом хочется подышать после всего пережитого.