Сердце мага
Шрифт:
– - Теперь я спрашиваю тебя: почему именно маг Карл привлек внимание карателей? Что такое он натворил или собирался?
– - Я не буду отвечать.
– Гельмут обреченно закрыл глаза.
– Можешь пытать.
– - Пф... Пытки. Вы меня поили кровью, вырывали зубы, но я далек от столь варварских методов.
Тео оставил пленника и через какое-то время вернулся с девушкой. Он протянул ей грифель, листы писчей бумаги и, передвинув бочку к лампе, помог на нее забраться.
– - Я буду спрашивать, а ты просто записывай его мысли.
– - Хорошо.
– Элейс внимательно посмотрела на волшебника.
– Он очень волнуется
– - Я предлагал ему воды, но он отказался, - отмахнулся маг.
– Так тебе даже проще будет.
– - Кто здесь?
– Гельмут безуспешно вертел головой, пытаясь увидеть девушку.
– Я слышу женский голос!
– - Тихо! Будешь шуметь и мешать нам, верну кляп обратно, - пригрозил Тео.
– Теперь твоя разговорчивость ни к чему.
Убедившись, что Элейс готова, маг склонился над Гельмутом и сжал ладонями его голову. Волшебник зажмурился, избегая бесцветных глаз чернокнижника. Тео терпеливо ждал, постепенно сдавливая виски. Элейс замерла, погруженная в поиск брешей в разуме Гельмута. Волшебник сопротивлялся, кривил побелевшие губы, хмурился, но через несколько минут сдался. Широко распахнув глаза, он пытался рассмотреть за спиной Тео что-то невидимое.
– - Кто такой Карл?
– спросил чернокнижник.
– Чем он опасен? Почему Карл интересен белым карателям?
Он повторял эти вопросы на разные лады снова и снова, чтобы вызывать в уме Гельмута яркие образы. Пространства вокруг исчезло, остались только он, стол с пленником и Элейс. Тео стоял в круге света, а вокруг мелькали размытые образы, вызванные сознанием волшебника. Чернокнижник краем глаза видел длинные тени, отбрасываемые невидимками. Они то и дело протягивали руки к Гельмуту, пытаясь его коснуться, но не могли пересечь невидимую черту.
Грифель в руке Элейс исправно скользил над бумагой, хотя девушка выглядела еще более отрешенной, чем волшебник. Через десять минут Тео дал медиуму передышку, а потом возобновил расспросы. Когда почти все листы были исписаны, он прекратил допрос. Подойдя к пребывающей в трансе Элейс, он осторожно встряхнул ее. Девушка испуганно вздрогнула, но увидев перед собой Тео облегченно расслабилась. А ведь совсем недавно его черная маска была для нее символом ужаса.
– - Знал бы ты какой там бардак!
– обвиняющим тоном воскликнула Элейс, отдавая чернокнижнику измятые записи.
– Не мысли, а мусорная куча!
– - Он все-таки не у себя дома, - заметил Тео.
– А разве ты не почитаешь? Здесь очень неразборчиво...
– - Не сейчас, меня тошнит от этого!
– перебила медиум, скривившись.
– Разбирайся сам или займемся этим позже.
Она не преувеличивала. Использование дара отнимает много сил, поэтому дурное самочувствие в порядке вещей. Тео не стал ее задерживать. Пусть подышит воздухом, полюбуется закатом, звездами, попьет свежего молока - в деревне его предостаточно.
Щурясь и сетуя на неровный почерк спутницы, Тео принялся за чтение. Разрозненные, не связанные друг с другом слова постепенно обретали смысл. Маг подчеркивал особо часто повторяющиеся обороты и выписывал их на отдельный лист. Когда работа была закончена, он вернулся к волшебнику.
– - Итак, - сказал он, многозначительно помахав листом, - это многое проясняет. Во-первых, кое-кто пренебрегал ментальной защитой. Что очень странно, учитывая твое положение в обществе. Почему же?
– - От нее сильнейшее расстройство
– - И это замечательно, иначе нам бы пришлось провозится три дня!
– - Все равно никто не мог читать мысли без моего ведома.
– - Раз ты знал, что я все из тебя вытяну, то почему не рассказал сам?
– - Я не сотрудничаю с магами.
– - Принципы. Понимаю-понимаю... Во-вторых, - продолжил Тео, - теперь известны некоторые интересные подробности биографии Карла, но кое-что требует уточнения. Снова будем ковыряться в твоей голове или обойдемся без этого?
– его пронзительный взгляд смерил волшебника сверху вниз и задержался на темном пятне в области паха. Гельмут оставил вопрос без ответа.
– - Ты ведь даже время этим выиграть не можешь, - маг пытался воззвать к его здравому смыслу.
– Я бы понял подобное упрямство, если бы была надежда, что тебя спасут из лап страшного мага, но ведь это не так.
– - Меня будут искать, - твердо сказал Гельмут.
– Обязательно.
– - Конечно, все очень удивятся, когда уехавший на свадьбу племянницы дядя не вернется на следующий день. Это ведь совершенно нетипично!
– голос Тео был полон иронии.
– Волшебники никогда не веселятся, не напиваются, не заглядываются на молоденьких симпатичных девушек.... То есть не существуют.
– Маг нехотя пожал плечами.
– Давай лучше я расскажу интересную историю. Давным-давно родились два брата-близнеца. Что-то случилось с их матерью, поэтому братьев разделили и росли они в разных семьях. Один из них пошел по кривой дорожке и в итоге стал магом. Звали его Карл. А второй брат, Нестор, который тоже обладал немалыми способностями, стал волшебником. Его заметили, он сделал отличную карьеру при дворе. И даже занял пост личного целителя императорской семьи!
– - Твоя манера рассказывать отвратительна!
– скривился волшебник.
– - Возможно. Я, знаешь ли, не слишком часто общаюсь с людьми. Во всяком случае с теми, у кого рот не заткнут кляпом, - заметил маг.
– Главное, что факты изложены верно. Карл выяснил, кем стал его брат и решил предпринять в этом направлении определенные шаги...
– он задумался.
– Один раз - понятно, но почему она сказала, что этот червь дважды менял...
– Тео умолк, не договорив.
Гельмут не сводил с чернокнижника внимательного взгляда, ожидая продолжения, но его не последовало. Мягко ступая, чернокнижник обошел вокруг стола. Рассеянно перебирая листы, он пытался найти в них какую-то зацепку. Не хотелось признавать, но ему очень не хватало Йозефа. Его спокойной манеры рассуждения, подкрепленной весомым жизненным опытом.... Вдвоем они могли решить любую загадку. Что сейчас делает Йозеф? Сильно ли рассержен предательством? Вряд ли призыватель простит его, поэтому лучше им никогда не встречаться.
Тео бросил полный сомнения взгляд на Гельмута и неожиданно спросил:
– - Хочешь молока с медом? Обычное молоко, без яда или куриного помета, - поспешно добавил он, видя как изменилось лицо волшебника.
– Я взял его для Элейс, если твой допрос затянется.
– - Разве подобные ростки гостеприимства входят в перечень добродетелей магов?
– с подозрением поинтересовался Гельмут.
– - А почему нет? Лично ты не сделал мне ничего дурного. Во всяком случае, я надеюсь, что когда меня пытали каратели, ты при этом не присутствовал и не давал советов.