Сердце просит счастья

Алюшина Татьяна

– Ваш Петенька очень послушный мальчик, – мягко говорила Мира. – Бабушка велела ему стоять возле скамейки, на которой лежала, когда ей стало плохо в холле нашего театра, никуда не убегать и не бояться. Вот он и стоял, а потом устал стоять и сел и, видимо, заснул и прислонился к бортику скамейки, поэтому его долго никто не замечал. Сейчас он находится все еще в здании театра. Мы его успокоили, в туалет сводили, накормили, и он в полном порядке. Только слегка напуган и очень устал.

– Дайте ему трубку, – потребовал Андрей Алексеевич.

Мира протянула

трубку ребенку.

– Папа хочет с тобой поговорить.

Мальчонка свел бровки, приняв очень деловой вид, и приложил трубку к уху:

– Привет, это я! – порадовал он родителя и спросил: – Ты где? Ты за мной едешь?

Послушал, что ему говорит отец, и ответил, привычно кивнув:

– Да, хорошо. – Послушал еще и попрощался: – Пока. – И протянул телефон Мире: – Папа сказал вам отдать.

– Слушаю вас, Андрей Алексеевич.

– Как вас зовут? – совсем иным, потускневшим тоном спросил он.

– Мира Олеговна, – представилась девушка.

Встала из-за стола и отошла в сторону, чтобы Петенька, с удовольствием допивавший морс, не слышал их разговора. На всякий случай. Мало ли что можно ждать от его отца? Вдруг ругаться примется или хамить обвинительно.

Но он не сделал ни того, ни другого, а искренне, по-человечески, совсем как-то умученно, почти пожаловался:

– Мира Олеговна, у меня сегодня все по закону упавшего бутерброда: непростая ситуация на работе, а тут с мамой беда случилась, и Петька потерялся, к тому же выяснилось, что наша помощница по хозяйству свалилась с каким-то диким гриппом с температурой под сорок. А я в данный момент нахожусь в двухстах километрах от Москвы. Сейчас я обзвоню друзей и родственников, и кто-нибудь непременно подъедет и заберет Петьку, но до этого вы могли бы еще побыть с мальчиком?

– Давайте так, – убрав все обволакивающие, успокаивающие модуляции голоса, сказала Мира, мгновенно приняв решение. – Вы же понимаете, что ребенок испугался и сильно устал. Ему необходимо поспать, успокоиться и почувствовать себя в полной безопасности. Вы собираетесь сегодня приехать в Москву?

– Конечно, – отозвался мужчина, слегка удивившись вопросу.

А что удивляться? Люди разные бывают, и сыновья тоже разные, а уж отцы и подавно. Кому и мама в больнице, и пропавший сын – не стресс, а ерунда, не стоящая беспокойства.

– Тогда не надо никого обзванивать, – озвучила она свое предложение. – Мы с Петенькой сейчас пойдем ко мне домой, это совсем недалеко от театра. Он поспит, я его накормлю после сна, потом займу какими-нибудь играми, а вы вечером приедете и заберете сына.

Он молчал. Не ответил сразу. Размышлял о чем-то.

– Давайте я подумаю и перезвоню вам минут через десять-пятнадцать, – не предложил, а скорее распорядился Андрей Алексеевич и уточнил с нажимом: – На ваш телефон.

– Давайте, – улыбнувшись про себя, согласилась Мира и продиктовала номер своего смартфона.

«Ну, правильно», – подумала она, взглянув на Петю, который был занят тем, что рассматривал остатки морса в стакане, и отошла к окну.

А

почему он должен сразу же соглашаться с ее предложением помощи? Мало ли что там за тетка разговаривает с ним по телефону сына? Может, мошенница какая, или шантажистка, или еще чего пуще? И вообще все, что он знает о своем ребенке, это только с ее слов.

Если бы она была на месте этого папаши, то сейчас звонила бы в дирекцию театра и выясняла, все ли обстоит именно так, как рассказала ему неведомая барышня, и существует ли эта барышня в реальности, и на самом ли деле она в данную минуту сидит с его ребенком в театральном буфете?

Тут зазвонил ее смартфон. Быстро он, подивилась Мира, увидев неизвестный номер на экране, и десяти минут не прошло.

– Мира Олеговна, – раздался голос отца Петеньки. – Без обид, но я дозвонился до вашего директора, и он мне подтвердил все, что вы рассказали, – слышно было, как он хмыкнул, – и дал вам весьма лестную характеристику, я бы сказал, даже восторженную.

– Не обращайте внимания, – улыбнулась Мира. – Виктора Павловича нашего частенько заносит.

– Мира Олеговна, я с благодарностью приму ваше предложение. Только когда именно приеду, не могу сказать определенно. Скорее всего поздно, – подумал и уточнил: – Совсем поздно.

– Ничего, – уверила его Мира и, сообщив свой адрес, принялась выяснять, что ест ребенок, есть ли у него запрещенные продукты, и распорядок его дня.

Вроде все обсудили и обо всем договорились.

А когда распрощались, Мира обнаружила, что Петенька совсем засыпает прямо за столом.

– Э-э нет, – попыталась разбудить она его, присев перед малышом на корточки. – Подожди, дружочек, не спи. Нам надо дойти до дома.

Но Петька уже не реагировал на ее тормошения – глазки еще как-то пытался открыть, но бесполезно.

– Все, спит парень, – раздалось у нее за спиной.

Николай. Вот только его не хватало! Вот же…!

Не поднимаясь с колен, Мира с досадой опустила голову вниз. Вот ведь… она же специально сбежала через холл к центральном дверям, чтобы не сталкиваться с ним на служебном выходе. И не дошла, остановленная мальчиком Петей Барташовым, сильно хотевшим писать.

Ох, Коля, Коля… Ты же вроде уехал домой, что ж тебя принесло-то?

А он, словно прочитав ее мысли, радостно так объяснил, подав ей руку и галантно помогая подняться:

– Я уже два квартала проехал, когда позвонила Валькина и рассказала, что ты мальчика нашла и теперь с ним возишься. Вот вернулся.

Ну, разумеется, Валькина, кто ж еще! Наипервейшая и самая ярая сплетница театра, с упоением собирающая любую информацию обо всех коллегах, смакуя ее, домысливая, раздувая и преувеличивая до размера великого скандала.

Ну как она могла не позвонить Николаю! Ведь всем известно, что Ростошин тайно и совершенно безнадежно сохнет по Андреевой, а та его любовь игнорирует, и это такая вечно горячая, свеженькая тема для всяких домыслов и сплетен… А тут целая история стряслась! Андреева нашла мальчика!