Сердце робота
Шрифт:
– Ого! – восторженно воскликнула дочка.
– А ещё когда-то была традиция, связанная с этим цветком. Когда юноша хотел сделать предложение руки и сердца своей возлюбленной, приносил ей веточку ландышей. Если девушка была согласна, то прикалывала подаренный цветок к волосам или платью, а если бросала на землю,
– Разве можно бросать такие красивые цветы? – с детской непосредственностью спросила Настя.
– Я бы сказал, что нельзя, но в данном случае ландыш выступает в качестве символа, который помогает без слов продемонстрировать решение девушки, – пояснил Роберт.
Мне показалось, что на этом месте их разговор можно прервать, поэтому намеренно сделала несколько твёрдых шагов и вошла в комнату.
– Как вы? Не скучали? – задала дежурный вопрос.
– Нет! – радостно воскликнула моя малышка, вскакивая с дивана. – Роберт мне столько всего интересного рассказал! Вот послушай!
И она начала быстро и сумбурно рассказывать мне содержание их беседы. Я мало поняла из того, что она натараторила, но важно было то, что Настёна счастлива. Бросив на Роберта благодарный взгляд, я тепло улыбнулась.
До вечера мы просидели за работой, сумев определиться с основной идеей, составить план и даже написать третью часть всего текста. С роботом дело шло гораздо легче, благодаря его способности быстро и точно находить требуемую информацию.
– Спасибо вам огромное, – поблагодарила я Роберта, когда он уже собрался уходить. – Сама бы я неделю билась над тем, что мы успели сделать за один день.
– Мы же договорились, что переходим на «ты», – сказал он, глядя мне прямо в глаза и снисходительно улыбаясь.
– Я ещё не привыкла, – неловко улыбнулась в ответ.
– Когда сможем
– Предлагаю завтра отдохнуть, чтобы не чувствовать себя варёной селёдкой во время рабочей недели. Тебе-то это не грозит, а вот я в зоне риска, – смущённо хохотнула. – Что-то можем дописать в саду во время тихого часа, а если этого будет мало, то посвятим сценарию ещё одну субботу.
– В таком случае, предлагаю провести её не дома, а в развлекательном центре. Настя побегает, попрыгает и покатается на аттракционах, а мы закажем столик и поработаем, – Роберт тут же посмотрел на мою дочку, у которой азартно загорелись глаза.
– Я согласна! – взвизгнула Настя, хлопнув в ладоши и подпрыгнув, а потом схватила робота за руку и благодарно прижалась к ней щекой.
Я в который раз поразилась тому, как быстро она успела привязаться к Роберту. Ни один из моих кавалеров никогда не вызывал даже тысячной доли того благоговения, которое малышка испытывала по отношению к… машине.
Мысль о машине резанула. Как бы там ни было, Роберта было очень сложно воспринимать, как гору железок, микросхем и проводов. Он был по-настоящему живым, если не обращать внимания на некоторые моменты.
Поймала себя на том, что, как и Настя, начинаю испытывать к нему уважение и кое-где даже восхищаться им. Новая неделя, которую мы провели бок о бок в детском саду, заставила меня взглянуть на Роберта по-новому. Теперь я не воспринимала его, как инфантильного подростка. До зрелого мужчины, правда, ему тоже было ещё далеко, но до уверенного в себе молодого мужчины он уже дотягивал. Метаморфоза была поразительной. Я даже стала подозревать, что робот активно учится, добывая откуда-то информацию, а потом корректирует своё поведение.
Конец ознакомительного фрагмента.