Сердце саламандры
Шрифт:
— Ура! — взвизгнув, я подпрыгнула на месте. — Арт, а у меня для тебя есть хорошая новость!
— Какая?
— Лина приехала в Саодрин!
Артаниэль устало закатил глаза. Академия сейчас напоминала змеиное гнездо, и эльф не выходил из своей комнаты без сильного охранного амулета. Только Арлин ему здесь не хватало! В Академии, где после падения Мардрена шла жесточайшая борьба за власть, не гнушались использовать любые рычаги давления. Не дай Светлый [4] кто-нибудь узнает про саламандру!
4
Светлый
Я скептически оглядела гардероб. С первого взгляда становилось ясно, что для жизни в столице мои наряды не годятся. Юбка, которая несколько лет назад была предметом моей гордости, на фоне пестрой одежды саодринцев выглядела линялой тряпкой. В чем же пойти на прогулку с капитаном?
Старое желтое платье я отмела сразу. В таком виде можно было появиться в Тмире, но не здесь. Из сумки соблазнительно выглядывал кусочек ярко-красного эльфийского шелка — подарка Арта. Подумав, решила, что явиться в подобном наряде на первое свидание все-таки слишком. Так и не придумав ничего путного, я натянула любимые темные брюки, легкую кремовую блузу с глубоким вырезом и жилетку-корсет. Дав самой себе обещание с первой же зарплаты купить приличное платье, я вышла к уже ждавшему меня гвардейцу.
Леон без доспехов мне понравился даже больше, чем Леон-стражник. Окинув взглядом высокого плечистого мужчину и задержавшись на чуть глубже, чем это позволяли приличия, развязанном вороте рубахи, я поняла, что сделала правильный выбор. Капитан протянул мне небольшой букетик нарциссов.
— Предлагаю сначала разобраться с делами. Тетушка Тария живет практически на соседней улице. Идем?
Я ухватилась за предложенный локоть. С каждой минутой жизнь казалась мне все краше.
— Кого ты мне привел, негодник? — проворчала вышедшая встретить нас женщина. Тетушка Тария оказалась… воинствующей амазонкой. Другого определения для этой высокой и сильной сорокалетней дамы я подобрать не смогла. Даже швабра в ее руках выглядела копьем.
— Ты же искала себе постоялицу, — немного робко спросил Леон. Не удивительно — перед такой женщиной я и сама чувствовала себя не в своей тарелке. Тария оглядела меня с ног до головы и громовым голосом спросила:
— Звать тебя как?
— Арлин…
— Лина, значит, — кивнула своим мыслям амазонка. Я тихо чертыхнулась: сговорились все, что ли? — Меня можешь называть Тарией. Проходи, покажу дом. А ты, — женщина шваброй остановила Леона, — остаешься здесь!
Гвардеец благоразумно не рискнул спорить с тетушкой.
Мы поднялись на второй этаж по добротной дубовой лестнице. В мансарде оказалось очень уютно: небольшой балкончик во двор, затененный ветвями раскидистого дерева, пестрый домотканый ковер на деревянном полу, высокая кровать с резной спинкой, полукруглый стол и шкаф. Со скошенного потолка свисали пучки ароматных трав.
— Устраивает? — я кивнула. — Отлично. Убираться здесь будешь сама. Оплата восемь золотых в месяц, если хочешь, чтобы я на тебя готовила — десять.
— Не любите уборку?
— Терпеть не могу, — согласилась Тария.
— Девять золотых, и в обмен на еду я содержу весь дом в чистоте? — предложила я. С сестрой мы именно так и делили обязанности: Лета готовила, а я следила за порядком.
—
— Завтра, — решилась я. Если я так быстро сбегу от Арабески и Дара, они никогда мне этого не простят. К тому же, что-то мне подсказывало, что Леон запланировал прогулку на весь сегодняшний день и так легко меня не отпустит.
— Как тебе моя тетушка? — спросил капитан, как только мы покинули гостеприимный дом.
— Мы поладим, — уверенно заявила я. Проходя мимо кухни, я успела оценить доносящиеся оттуда ароматы и поняла: кормить меня будут вкусно. А так как моей стряпней Лета травила тараканов, за подобную роскошь я была готова простить Тарии любые странности.
— Рад, что смог помочь, — улыбнулся Леон, сворачивая к ратуше. — Хотел показать тебе местную достопримечательность.
Я уже догадалась, что имел в виду стражник и совсем не удивилась, когда он подвел меня к огненному дереву.
— Говорят, на этом месте погиб молодой воин, а влюбленная в него фея от горя превратилась в дерево… — капитан запнулся и с обидой посмотрел на хихикающую меня. — Что не так?
— Серьезно? — я не могла сдержать смеха. Интересно, Раби с Даром знают, какую чушь про них придумали? — Хочешь знать, как было на самом деле? Этот воин, кстати, совсем не молодой — ему лет триста пятьдесят или больше, не помню, был смертельно ранен, а на площадь со всех сторон наступали орки. Вот фея кинулась к нему и вырастила дерево, в котором спряталась со своим любимым. А когда бой закончился, их оттуда вытащили и вылечили. Конец, все живы и счастливы. Хотя такое изложение легенды вряд ли стало бы популярным.
— Ни одна фея не сможет вырастить дерево за несколько секунд, — усомнился Леон.
— Эта — может. Она наполовину темная, так что у нее вечно какая-нибудь неведомая гадость получается.
— Темная? Ты что, хочешь сказать, что эта история про хозяев «Лесной Феи»?
— Ну да! Неужели никто не знает?
— Да откуда, — махнул рукой ошарашенный гвардеец. — Близко не подходи, оно агрессивное.
— Знаю, — в очередной раз хихикнула я. — У нас с подругами чуть разрыв сердца не случился, когда Ар пошла к нему цветы на свадьбу просить.
Шокированный капитан только посмотрел на меня и ничего не ответил.
До позднего вечера мы бродили по широким улицам Саодрина. Леон оказался очень приятным молодым человеком — учтивым, идеально вежливым, настоящим рыцарем. Гвардеец, как только начало темнеть, проводил меня до «Лесной феи» и, нежно поцеловав руку, попрощался. Впервые за долгое время я уснула со счастливой улыбкой на лице.
«Привет, Арлин! Прекрати меня ревновать к своему эльфу, мне это светловолосое чудо даром не нужно. Случайно я в его комнате оказалась! Хотя, признаюсь, ничуть об этом не жалею.
К сожалению, встретиться мы сможем только во время городских праздников — студентам запрещено покидать территорию Академии в обычные дни. Это одна из причин, почему я до сих пор единственная обитательница общежития. Никто не хочет под замок раньше времени.
Даже если я ОЧЕНЬ постараюсь — никаких приключений я здесь не найду. Академия будто вымерла, поговорить не с кем. Зато мне дали допуск в библиотеку! И, между прочим, здесь очень симпатичный ректор, рыжий, как пылающий факел. Есть, на что полюбоваться.
Жду осенней ярмарки, тогда и встретимся.
Очень скучаю по тебе и твоим талантам в уборке. Мне их не хватает.
С любовью, Лета».