Сердце ведьмы
Шрифт:
Засунув руку в карман пиджака, Фил вытащил желто-коричневый конверт. Он достал небольшую стопку фотографий и сунул их Нику под нос. На верхней фотографии была белокурая женщина. Она сидела на качелях и смеялась. Ее волосы развевались, глаза радостно сияли.
— Это моя жена Линдси до того, как этот сукин сын забрал ее у меня. Она была самой доброй, самой красивой женщиной на свете. Мы думали о детях. Собирались состариться вместе. Теперь я состарюсь один. — Глаза Фила затуманились, и он сердито посмотрел на Ника. — А что бы ты сделал, если бы твою жену зверски убили? Что бы ты сделал, если бы свет твоей
Фил убрал первую фотографию, показывая следующую. Та же женщина, но она уже не смеялась. Она была искалечена и вся в крови. Полностью обнаженная, с ожогами и ножевыми ранениями на светлой коже.
Виски и кофе перемешались в желудке Ника и попытались вырваться наружу.
— Как тебе удалось достать фотографию с места преступления, черт побери? — спросил он. Его голос дрожал почти так же, как рука Фила, державшая фотографию.
— Не имеет значения. — По щекам Фила потекли слезы. — Единственное, что сейчас имеет значение, — это чтобы ты остановил маньяка прежде, чем он сотворит такое с другой женщиной.
Ник внимательно посмотрел на фотографию, не в силах отвести глаза. Он не знал, сможет ли остановить этого сукина сына. Но знал, что не сможет сказать Филу «нет». Он знал, что несмотря ни на что это было его дело. Он потерпел в жизни много неудач и потерял все, что являлось важным для него. Если он снова хочет смотреть на себя в зеркало, то обязан это сделать, и сделать без промахов.
Он вздохнул и медленно кивнул. Фил достиг своей цели: Ник не остановится, пока он или Железный Дровосек не погибнет.
ГЛАВА 13
— Ты когда-нибудь думал о попкорне и кофе?
Ник посмотрел на Марвина, своего соседа-бухгалтера, и уже не в первый раз удивился, о чем толкует этот парень.
— А что с попкорном и кофе? — спросил он, потирая лицо.
— Почему у них запах лучше, чем вкус? — Марвин скривился, будто сделал глоток из кружки.
— Если ты не любишь кофе, почему тогда пьешь мой?
Обычно визиты Марвина не очень раздражали его. Сегодня же Ник еле сдерживался, чтобы не выпустить несколько пуль из своей «беретты» в тощую задницу этого малого. Ник как раз собирался на встречу с Равин Скилер, когда забежал Марвин. Конечно, Ник мог сказать, что уходит и чтобы тот зашел попозже, но фактически эта задержка была ему на руку. Хотя сейчас он начинал жалеть об этом.
Марвин пожал плечами.
— Не знаю. Что делаешь?
— Может тебе и нечего делать, а я как раз собирался уходить, — сказал Ник. Глаза бухгалтера расширились, а брови исчезли в густых волосах.
— Дело? Железный Дровосек или кто-то другой?
— Как ты, блин, вообще узнал, что я веду дело Железного Дровосека? — Ник не собирался говорить это так резко, но фраза сама вырвалась в порыве гнева.
Восхищение на лице Марвина сменилось страхом.
— Я кое-что слышал. — Он пожал плечами. — Это что, большой секрет?
Ник зажег сигарету. Марвин ненавидел запах дыма. Ник надеялся, что тот ненавидит его настолько, что провалит отсюда
Но это не сработало.
— Знаешь, а я ведь могу тебе помочь. — Марвин сел на стул напротив, в его светло-карих глазах было столько рвения. — Я мог бы, например, пойти и побеседовать с кем-то, ну, или что-то вроде того. Посмотрев на меня, никто не догадается, что я сыщик.
Марвин был одет в потертые джинсы «Nike» и дешевую серую спортивную куртку, наброшенную поверх мрачной футболки с надписью «Def Leppard». Ник уже хотел возразить ему, что никто не поверит, будто он вообще где-то работает, но он и так достаточно обидел парнишку.
— Если я решу, что мне нужна твоя помощь, я тебе свистну.
Лицо Марвина расплылось в улыбке. Сначала на одной, а потом и на другой щеке появились ямочки.
— Обещаешь? — Очевидно, он не расслышал многозначительного «если».
— Да, обещаю.
— Спасибо, дружище. Если что, я за дверью, — с этими словами он направился к выходу, отмахиваясь от сигаретного дыма.
Теперь ничто не задерживало Ника. Ничто, кроме страха увидеть ееснова. Равин Скилер. Хуже страха было только ожидание. Именно это и беспокоило его больше всего.
В магазине с ароматическими свечами пахло даже лучше, чем в прошлый раз, когда Ник заходил сюда. В тот раз чувствовался сильный запах ягод. Сегодня пахло корицей.
Когда Ник вошел, его поприветствовала светловолосая девушка по имени Сорина, сестра Равин, как он выяснил позже.
— Добрый день, сэр. Чем я могу вам помочь? Он оглянулся. Равин здесь не было.
— Я заходил к вам на прошлой неделе. Другая девушка сказала, что сможет сделать для меня пятисотграммовую свечу.
— Хорошо. Давайте посмотрим. С каким запахом свеча? Блин, ему нужно увидеть ее сестру. Где она, черт побери?
— Я не… э-э … дайте-ка подумать. — Ник сделал вид, будто вспоминает. Вообще-то он не забыл. Как тут, блин, забудешь про аромат «Лавандовый сон». Краем глаза Ник заметил движение в углу комнаты и повернулся. Вот она — Равин Скилер. На ней была полурасстегнутая красная блузка с длинными рукавами, надетая поверх черной футболки, и черные джинсы. Волосы свободно спадали на плечи. Проклятье! Она была еще красивей, чем он ее запомнил.
— Равин, ты сделала пятисотграммовую свечу для этого джентльмена? Он был у нас на прошлой неделе, но тогда не было нужного ему размера. Он не может вспомнить запах.
— «Лавандовый сон», — кратко ответила Равин. Не очень дружелюбно. Но все, о чем мог сейчас думать Ник, это: «Она запомнила меня». — Да, у нас есть эти свечи.
Сорина Скилер подошла к полке со свечами и достала одну.
— Вот, возьмите, — сказала она.
И что теперь? Ник получил свою долбаную свечку и потерял предлог. Ему нужно было поговорить с Равин, но он не хотел сразу переходить к допросу. Не хотел, чтобы она узнала, что он частный детектив. Еще совсем недавно она очень неохотно сотрудничала с полицией; он не думал, что с ним она будет вести себя по-другому.