Сердце волчье
Шрифт:
Он протянул навигатор Красли. Тот нажал кнопку, отключая прибор, и сунул его в нагрудной карман.
– Ладно. Все, пора… – Эрик протянул руку. – Дайте пожать ваши руки – и начнем.
Мы по очереди пожали руку. Потом Эрик отправился к компьютеру, а мы стали усаживаться на полу платформы. Андре сел первым, показывая, как нужно держаться за ремни. Потом кивнул Эрику. Тот дернулся и засуетился.
– Ли, постарайся расслабиться, – сказал Красли.
– Ага, легко вам говорить… – буркнула я.
– Начинаем! – выкрикнул Эрик.
Тихо что-то загудело. Панели синхронно
Свет изменился. Сначала бледно-желтый, он начал менять окраску, становясь синим, с зелеными переливами. А потом и вовсе окрасился всеми цветами радуги. Красиво, черт возьми!
Профессор что-то выкрикнул, но я не поняла:
– Что? Не слышу!
Он махнул рукой и подмигнул. Свист прекратился. Зато кожу стало покалывать, осторожно так, назойливо. Но неприятного ощущения не вызывало. Я вытянула руку, заметив, как волоски на коже стали светиться. Взглянула на Андре, сидевшего с напряженным видом, и показала ему руку. Но он не отреагировал.
Панели все так же синхронно развернулись, и стало жарко. Я рванула свитер, стараясь вдохнуть воздух, горячий и тяжелый. Ногти на пальцах вдруг выгнулись, как пластилиновые, такими смешными лепесточками. Я повернулась, чтобы посмотреть на Эрика, но оказалось, что лаборатория исчезла. Сиреневый туман с золотистыми искорками. Солнце. Горячий воздух. Свитер, ставший таким тяжелым. Жарко…
Я заметила, что у Пола вдруг из носа пошла кровь.
– Пол, у тебя кровь идет!
Он не услышал. Вопросительно мотнул головой…
– Кровь, говорю, идет! – показала я пальцем.
Но Пол исчез. Да, вдруг взял и испарился. Я испуганно оглянулась на профессора. Он начал менять очертания, словно его сдувало потоком воздуха. Красли как-то слабо улыбнулся и тоже исчез. Что с Андре – я так и не успела посмотреть. Потому что пол провалился, и я куда-то мягко ухнула, судорожно цепляясь за ремни…
Сердце оборвалось. Я хотела закричать, но не смогла…
Жарко…
*
Лонг и Стамм встретились вчера после заседания Парламента, за одним столиком в маленьком баре, который находился в подвале здания Императорского дворца.
Когда министр пришел сюда, людей было совсем мало. Он сел за столик в дальнем темном углу, и улыбнулся подошедшей официантке.
– Добрый день, господин министр, – улыбнулась она в ответ. – Вы пришли пообедать?
– Да, Алиса. Что у вас вкусного сегодня? И кто, кстати, повар?
– Син Чжоу Бен, сэр, – ответила девушка. – Желаете его новое блюдо?
Лонг заинтересовался.
– Отварное мясо кальмара. К нему идет соус из чеснока и шампиньонов. На гарнир – спаржа, сваренная на винных парах. Из напитков могу предложить «Берстон» две тысячи семьдесят девятого года. И, естественно, наш фирменный хлеб с чесночно-сливовой подливкой.
– Отлично! Сначала вино, Алиса.
– Слушаюсь, господин Лонг.
Она ушла, чуть покачивая бедрами. Лонг проводил ее взглядом. И, чтобы как-то занять
Официантка вернулась быстро. Поставила перед Лонгом высокую бутылку, откупорила вино ловким движением и налила совсем немного в бокал. Подвинула к министру:
– Прошу Вас.
Он взял бокал за ножку, посмотрел вино на свет, потом отпил маленький глоток, смакуя. Приятный бархатный привкус с легкими оттенками персика. Неплохо, неплохо…
– Да, – кивнул он девушке.
– Хорошо, сэр. Приятного времяпровождения! Скоро будет готов Ваш заказ.
– Благодарю.
Лонг пил уже второй бокал вина, когда увидел, как к нему приближается Стамм.
Рейхс-полковник подошел и уставился на Лонга тяжелым взглядом. Потом резко отодвинул второй стул и сел. Щелкнул громко пальцами и показал Алисе на бокал. Та кивнула и принесла.
– Вы обманули меня, – просто и без лишних слов тихо сказал Стамм. Налил себе вино из бутылки и посмотрел на Лонга. – Вы попросту меня обманули, Лонг…
Министр прищурился:
– Когда именно, рейхс-полковник?
Стамм откинулся на спинку стула и тоже прищурился:
– Или будем говорить о том, где вы спрятали своих подопечных из проекта «Перевертыш»?
Лонг отставил бокал в сторону:
– Я не понимаю, о чем Вы, Стамм…
– Понятно. Как я понимаю, наш договор расторгнут? А как же подпись Императора? Что за кислятина?! – поморщился Стамм, отпив. Повертел стакан и отставил его в сторону. – Вы уже не признаете власть, Лонг?
– Я не понимаю. Вы пришли ко мне, принесли бумагу с подписью Императора о совместной работе над проектом, но меня интересует один вопрос… А с чего Вы взяли, что проект существует?
Стамм онемел. Долго смотрел на министра, потом процедил:
– Лонг, старая ты сволочь… Я же читал отчеты! Только не говори мне, что это – фикция! Я своими глазами видел!
– Что именно?
Стамм полез в карман и вынул несколько фотографий. Швырнул их на стол. Лонг взял одну и долго смотрел на лицо молодой женщины, искаженное гримасой, в которой угадывались черты звериной морды…
– Хм… Интересный монтаж. Что это?
Рейхс-полковник побледнел от злости:
– Это?! Это женщина, которая участвует в проекте! И не говори, что тебе ничего об этом неизвестно!!!
– А что Вы, собственно, кричите на меня? – спокойно сказал Лонг.
Стамм быстро взял себя в руки:
– Извиняюсь. Лонг, ты прекрасно знаешь, откуда эти фотографии. С камеры слежения в вашей лаборатории.
Министр покатал по столу свою ручку, потом уставился на Стамма:
– Вы хотите сказать, что тайно побывали в одной из наших лабораторий? Так? А я считаю, что Вы мне подсунули прекрасный фотомонтаж. И не морочьте мне голову, рейхс-полковник. Я не знаю, о каком проекте Вы говорите, но могу уверить – Вы глубоко ошибаетесь. Такого проекта нет. По крайней мере, в нашем ведомстве точно… И это вы не признаете власть, Стамм. Император лично сообщил Вам, что его подпись считается аннулированной. Не забыли?