Сердце ворона
Шрифт:
Проснувшись, девушка надела скромное светло-зеленое платье и покрыла голову легким шарфом того же цвета. Она должна предстать перед бароном Рэвенспером одетой именно так, как подобает юной благовоспитанной леди! С минуту она любовалась своими новыми зелеными кожаными сапожками. Голенища их были украшены тиснением в виде крылатых коней. О, ее отец знал, что выбрать для своей любимой дочери!
Розанна спустилась к завтраку довольно поздно. Ей не хотелось встретиться с отцом или его воинами, и уж тем более — с сэром Брайаном Фитцхью! Никто не должен был знать о ее дерзкой затее.
Она пробиралась к конюшням, то и дело оглядываясь по сторонам. Подойдя
— Как видишь, — с усмешкой обратилась она к Доббину, я поеду сегодня на послушном, вышколенном ягненочке, так что тебе нет нужды посылать мне вдогонку грума.
Старик осклабился, обнажив беззубые десны.
— Да от этого, правду сказать, все равно мало проку! Вы ведь успеваете скрыться из виду, прежде чем бедный малый сядет в седло!
Скача через поля и пустоши, Розанна чувствовала, как от невыносимого зноя спина ее между лопатками начала покрываться липким потом. Было нестерпимо душно, и девушка, предчувствуя недоброе, с тревогой подняла голову, вглядываясь в синее небо. Вдалеке собирались темные грозовые облака, похожие на клубы дыма. Розанна нахмурилась и пришпорила кобылу. Она постаралась уверить себя, что буря пройдет стороной или разразится лишь к вечеру.
Из-под копыт лошади выпорхнула жирная куропатка, и молодая кобыла испуганно шарахнулась в сторону. Розанне стоило немалого труда успокоить ее. Животное, возобновив неспешный бег, прядало ушами, то и дело тряся головой. Внезапно вдалеке послышались первые приглушенные раскаты грома. Выходит, не зря лошадь проявила такую нервозность: своим чутким слухом она уловила приближение грозы гораздо раньше, чем ее юная всадница.
— Проклятье! — выругалась Розанна, заставив лошадь перейти с рыси на галоп. Она надеялась добраться до спасительного укрытия леса прежде, чем начнется ливень. И это ей почти удалось. Она была не далее чем в двухстах ярдах от первых деревьев, когда небо над ее головой разверзлось и все вокруг потонуло в пелене дождя. Розанна, успев вымокнуть до нитки, направляла свою кобылу в глубь леса, лавируя меж стволов могучих деревьев и заставляя животное перешагивать через поваленные ветки. Вскоре потоки дождя стали проливаться сквозь густую листву, и под копытами лошади захлюпала грязь.
Розанна спешилась и повела упиравшуюся кобылу в поводу. Через несколько минут девушка остановилась под огромным дубом, густые ветви которого раскинулись над ней, словно гигантский шатер. Земля здесь была почти сухой, и Розанна, привязав кобылу к толстой ветке поваленного дерева, примостилась на его шершавом стволе. Девушка со вздохом оглядела свое влажное, безнадежно испорченное платье. Ей пришлось снять с головы шарф, который еще сегодня утром был таким красивым, а теперь стал похож на половую тряпку! Розанна раскинула по плечам мокрые волосы в надежде, что они хоть немного просохнут, пока она пережидает дождь.
Прошло около часа, прежде чем удары грома стали понемногу стихать, а дождь почти прекратился. Розанна облегченно вздохнула: гроза миновала! Она отвязала лошадь и, держа ее за поводья, собралась сесть в седло, но в этот момент неподалеку
Выругавшись про себя, Розанна в который уже раз пожалела, что не решилась выехать сегодня на Зевсе. Иметь дело с этой молодой трусливой кобылой оказалось куда опаснее, чем со свирепым конем-великаном! Розанна отправилась на поиски капризного животного. Она пробиралась меж деревьев, выходила на широкие поляны и снова углублялась в чащу и, утомившись, совсем уже было решила отказаться от дальнейших усилий, когда вдруг услышала беспомощное ржание. Двигаясь в направлении этого звука, она вскоре вышла к широкому, спокойному ручью. Лошадь продолжала испуганно ржать, стоя посередине реки и не делая никаких попыток выйти на берег, хотя вода едва доходила ей до боков. Розанне не оставалось ничего другого, кроме как прийти на помощь обезумевшему от страха животному.
Сев на землю, она стащила с ног нарядные сапожки, приговаривая:
— Держись, моя хорошая! Сейчас я помогу тебе! — В голосе ее звучала нежность, хотя девушка была не на шутку сердита.
Стоило ей подойти к лошади и потянуться к поводьям, как та резво выскочила на берег, обдав хозяйку целым водопадом брызг, и умчалась прочь с такой скоростью, словно сам дьявол преследовал ее по пятам. Розанна снова вымокла до нитки. Душа ее была полна гнева и досады.
Выйдя из неглубокого ручья, Розанна поняла, что заблудилась. Она не могла вспомнить, в какой стороне находится ее дом. Ей пришлось брести наугад, и после двух часов безуспешных поисков знакомых мест гнев в ее душе уступил место отчаянию. Огромный Шервудский лес был полон диких зверей, и, хотя днем они вряд ли решились бы напасть на нее, ночью, оставшись здесь в полном одиночестве, она вполне могла стать их добычей. Одежда девушки все еще не просохла. Сапоги остались на берегу реки. Лошадь исчезла. А ведь ещё сегодня утром она была уверена, что ей удастся без особых усилий осуществить свой план!
— Ау! — крикнула она дрожащим голосом. — Ау-у!
К немалому ее удивлению, неподалеку послышался треск веток под копытами лошадей, и вскоре на поляну, где она стояла, выехал молодой мужчина в охотничьем костюме.
— Кто это здесь грустит в одиночестве? — молодцевато спросил он и насмешливо сощурил темные глаза. Следом за его конем на поляну вышла крупная лошадь, к седлу которой была приторочена туша убитого вепря.
— Я заблудилась, — хмуро произнесла Розанна.
— Ничего подобного, дорогая! — развязно произнес всадник. — Ведь я вас нашел! Уверен, что вы об этом не пожалеете!
Гордо выпрямившись, девушка вскинула голову.
— Я — леди Розанна Кастэлмейн!
В ответ на ее слова охотник презрительно рассмеялся.
— Вы — маленькая лгунья, моя дорогая!
— Простите, но если я вас правильно поняла, вы не верите мне? — надменно произнесла Розанна.
— Прощаю, дорогая. От всей души! И часто вас беспокоят приступы мании величия?
Наглец от души забавлялся унизительным положением, в котором она оказалась. Похоже, он и вправду не поверил ей. Розанна чуть было не выкрикнула ему в лицо, что она — дочь самого короля, но вовремя удержалась от этого. Взгляд ее упал на охотничий рог, висевший возле его седельной сумки, и она с возмущением воскликнула:
— Так это вы трубили нынче утром?! Из-за вас моя кобыла понесла, и я не смогла ее догнать! Кто вы такой?!
Он церемонно наклонил голову и, давясь смехом, ответил: