Сердце Земли
Шрифт:
— Древесная виверна?
— Она самая. Яд этих ящеров имеет сильную кислотную основу и вызывает паралич для ослабления жертвы. Чёрный рынок Листмура наверняка богат подобными товарами.
— Он будет жить?
— Сложно сказать. Всё зависит от объёма яда, попавшего в кровь. Обычно паралич не длится так долго. Либо наступает смерть, либо пострадавший приходит в себя. А здесь… очень странно. Его состояние в целом стабильно. Возможно, дело в снадобье. Есть одна мысль, но хорошо
Немного покопавшись в припасах, Лиара обнаружила деревянную ёмкость точь-в-точь схожую с той, что использовал орк. Шеймус принял сосуд из рук девушки и приоткрыл крышку. Едкий запах тут же коснулся обоняния волшебника. На его морщинистом лице появилась улыбка.
— Хитёр — усмехнулся Шеймус.
Лиара окинула мага вопросительным взглядом.
— Понюхай. Чувствуешь знакомый запах?
— Похоже на… ну конечно! Клаусетец!
«Klauseteic» более известный среди простого люда, как «Гнилоног» — является редким грибным растением, произрастающим исключительно в северо-восточных регионах материка Талан. Это маленький маслянистый гриб, тёмно-зелёного цвета с характерным едким запахом. Ядовит, вызывает слабость и приступы галлюцинаций в связи с чем, пригоден в пищу только животным. Однако, несмотря на ряд негативных свойств, клаусетец является популярным ингредиентом у алхимиков и лекарей со всего Асхана. При правильной обработке из гриба можно создать сильное обезболивающее снадобье, а даже маленькая доза грибного масла, разбавленного водой, способна ослабить воздействие ядов на кровь, параллельно с тем замедляя процесс жизнедеятельности. Именно эту настойку и принял Крог. Сочетание затормаживающего эффекта снадобья, полученных ран и парализующего яда, попросту отключило нервную систему орка.
— Он будет в порядке, — прикрыв ёмкость, улыбнулся маг. — Когда проснётся, мы наложим компресс и смажем раны. Но до того момента… предлагаю его связать, да покрепче. На случай, если впадёт в кровавую ярость.
— Не думаю, что нам позволят это сделать, — глядя на Куса, ответила Лиара. — Доверься мне, Хал-ан. Крог не причинит нам вреда.
— Не слишком ли рано, ты делаешь выводы о том, кого знаешь от силы тридцать часов? — маг протяжно выдохнул. — Ладно, вижу выбор у нас не богатый. Пусть отдыхает. Идём, я приготовлю чай.
***
Волшебник и друидесса уселись на маленькой кухне. Стол заполнили угощения — сладкие мучные лепёшки, терпкий чай и маленький бочонок меда. Сам Шеймус сел напротив девушки, забивая табак. Морщины старого мага оставались неподвижны. Шеймус не знал с чего начать. Лиара смотрела на все яства пустым, безразличным взглядом, согласившись лишь на глоток воды. Шеймус достал из шкафчика стеклянную ампулу с прозрачной слегка зеленоватой жидкостью и налил в стакан.
— Выпей.
Девушка сделала глоток, ощутив приятный травяной аромат и знакомый вкус успокаивающего снадобья, что изготавливали друиды. Спустя
— Скоро станет легче, — улыбнулся старик.
Лиара улыбнулась в ответ, но в этой улыбке не было радости. Она достала из кармана какую-то красную побрякушку и, натянув на руку в несколько слоёв, попыталась связать порванные ремешки, не произнося при этом ни единого слова.
Шеймус выпустил дымное колечко.
— Значит… тёмные эльфы? Что с остальными?
— Не знаю. Часть бежала в леса. Все, кто был со мной — погибли.
Спрашивать, кого именно постигла та печальная участь, волшебник не стал. Взгляд пустых синих глаз говорил куда больше слов.
— Есть мысли, ради чего они пришли?
— Не знаю. Думаю… это как-то связанно с «Талмоном». Мы отправились в храм, чтобы забрать артефакт, но попали в засаду. Отец, Рилан, мастер, Алай… все они отдали жизни, чтобы «Талмон» не попал в чужие руки.
Лиара замолчала. Эльфийские глаза наполнились слезами. Захныкала. Больше девушка не пыталась себя сдерживать. Все эмоции, все чувства, копившиеся в ней последние пару суток, вырвались наружу в одном неудержимом порыве. Всё что сумел Шеймус — придержать Лиару в объятьях и ощутить, как его собственные глаза наполняет влага.
— Шеймус, кто мог пролить столько крови?! Ради одного только камня?! Что это за проклятый камень?!
— Не знаю, дитя. Но обещаю, мы всё выясним, — маг прижался щекой к волосам Лиары. Костлявые руки ещё крепче сжали её трясущееся тело. — Всё-всё. Тише-тише. Я рядом. Старик тебя не оставит.
Лиара продолжала безудержно реветь, пока снадобье не возымело эффект. Девушка успокоилась. Она всё ещё жалась лицом к сырой от слёз мантии, потонув в потоке собственных более ненавязчивых мыслей. Шеймус отпустил собеседницу, посадил за стол и настоял, чтобы та приняла пищу. Учитывая то, что Лиаре пришлось перенести и почти сутки с последнего приёма пищи — девушке требовались силы. Пусть и нехотя, но Лиара согласилась.
До самой темноты, маг и эльфийка находились на кухне, ведя тихий разговор. Лиара перебирала деревянной ложкой бульон, Шеймус вновь и вновь забивал трубку, пока вдруг, из гостиной комнаты не послышался жуткий треск…
4
Крог осмотрелся по сторонам, пытаясь осознать окружение и отыскать свой меч. Перемотанное тело полнилось болью, беспощадно наказывая орка за каждую попытку движения. Голова всё ещё кружилась, а размытый взгляд пытался распознать детали окружающих образов.
Кус, до сего момента дремавший на ковре, проснулся и в порыве радости набросился на вожака. Как и следовало ожидать, Крог оказался не готов к подобной выходке. Раздался треск дерева. Красивый мягкий диван, обтянутый алой тканью, привезённый Шеймусом из Листмура, дал брешь под несколькими центнерами живого веса. Радостный волк придавил орка, а розовый язык, раз за разом касался его лица. Весьма забавная картина, от вида которой глаза Шеймуса округлились, а уста произнесли нечто беззвучное, но нарицательное.