Серебряное сердце
Шрифт:
– Фабиана! – изумленно вскрикнула Роза.
– Леди Коппер, – пораженно пробормотал Джек Эш. – Я подозревал Леди Стил.
Фабиана, неестественно изогнувшись, откинула голову и зашипела на Розу:
– Маленькая дурочка, – скалилась она, – ты должна была присоединиться ко мне. Мне следовало быть настойчивее. Женщина Меди нуждается в тебе.
Жрица направилась к тиглю, глаза ее горели зловещим светом. Дженни Эш метнулась к ней с проворностью змеи, но Жрица лишь небрежно оттолкнула ее рукой. Маленькое тело Дженни, пролетев по воздуху несколько метров, упало на кучу подготовленного
Ополченцы взяли в кольцо Макса и Джека, но не делали попыток арестовать их. Остальные приблизились к Леди Коппер, желая схватить ее, но та отбросила их назад, почти не прилагая усилий. Из ран Ополченцев хлынула кровь – когтистые руки Жрицы были опаснее острейших лезвий.
В атмосфере витал первобытный ужас, делая воздух влажным и холодным. Он сковывал людские сердца цепями страха. Ополченцы застыли на месте. Коффин стоял в нескольких шагах позади, неспособный пошевелиться.
Макс знал, что перед ним не Фабиана – ее больше не было. Долгая трансформация завершилась сегодня утром, утром последнего дня. Все происходило постепенно, Зло подкрадывалось к жертве, как опытный хищник. И вот оно – воплощение Вечной Смерти, агонии всего живого, заключенное в границах человеческого тела, но такое же безграничное и необъятное, как сама Множественная Вселенная.
Жрица зашипела и ударила ногой в пол, вызвав вибрацию во всем здании. С потолка сорвались металлические балки. Фабиана изогнула спину, шевеля руками в воздухе. Она словно готовилась к атаке.
Макс обратился к Коффину:
– Вот настоящий враг Карадура. Не я, не жители свободных зон. Если бы Карадур шел истинным путем, эта сила не проникла бы к нам. Металл не смог противостоять падению морали людей. Они стали злыми и агрессивными. Клановые Войны явились мощнейшим ритуалом, пробудившим и вызвавшим сюда эту темную силу. Она таилась здесь в течение тысячелетий. Я был рожден, чтобы сразиться с ней.
Жрица рассмеялась низким зловещим смехом.
– Ты! Маленькая тварь из мяса и костей! Ты ничтожество! – она бросилась вперед, вскинув когтистые руки.
К удивлению Макса, Коффин, нечленораздельно зарычав, ринулся к ней. Однако Макс не позволил ему вмешаться – он раскинул руки и схватил Жрицу в объятия. Она начала извиваться, кусаясь и царапаясь в попытках освободиться. Макс почувствовал, как ее зубы вонзились ему в щеку, вырывая плоть, ее ноги молотили его голени. Серебряное Сердце с гудением билось внутри, ударяясь о его живое сердце и сплавляясь с ним. Макс перевел дыхание.
– Из девяти вещей создаются три. Три порождают четвертую, а все четыре вместе дают одну. Великие силы Множественной Вселенной, я взываю к вам! Помогите мне. Услышьте мой зов!
Эти слова повергли Жрицу в ярость. Макс чувствовал, что она вот-вот разорвет его на куски. Пора.
Мысленно он вызвал священных животных. Магический камень на шее раскалился докрасна. Все три создания приблизились и подняли на лапах и когтях их обоих – и Макса, и Жрицу. Все направились к тиглю.
В последний
– Макс, нет!
Он послал приказ животным. Пора! Легендарные создания освободились от своей ноши, бросив ее в тигель. Макса и Фабиану поглотил белый кипящий металл.
Роза страшно закричала. Она не могла сдержать этот крик. Это был вопль огромного горя, низкий и отчаянный. Она бы раньше и не поверила, что человеческое горло может издать такой звук. Так вот каким должен быть конец? Серения ничего не говорила об этом. А как же Алмаз? Макс не выполнил свою последнюю задачу.
В Литейне повисла звенящая тишина. Никто не двигался. Даже безумные выкрики, доносившиеся с улицы, прекратились. Карадур застыл. Роза чувствовала, что на всех присутствующих, даже на Ополченцев, жертва Макса произвела сильнейшее впечатление. Даже если они еще не понимали ни цели, ни причины этого, они все равно были глубоко тронуты.
По щекам Розы потекли слезы. Похоже, ночь в ее душе так и не пройдет. Ей было холодно и одиноко, безнадежность и отчаяние захватили ее. Роза прижалась лбом к холодным металлическим перилам лестницы, словно это могло унять ее боль.
– Роза.
Голос Джека. Она подняла голову и увидела, что над тиглем появился образ магического камня с проявившимся на нем четвертым символом – Серебряным Сердцем. Четвертая святыня.
– Так это было Серебряное Сердце, – проговорил Джек. – Это был сам Макс. А я не понял этого.
Роза, спотыкаясь, спустилась вниз, где Дженни тоже поднялась с пола и потирала ушибленное тело. Роза подошла к отцу, которого осматривал Капитан Коффин. Было странно приблизиться к нему теперь. Все причины, делавшие их врагами, исчезли.
– Он жив? – спросила Роза. Коффин кивнул.
– Пока – да.
– Джек! – позвала Роза. – Помоги мне.
Роза приподняла голову отца, а Джек провел руками над его телом. Все почувствовали онемение. Никто не понимал, что произошло.
– Его еще можно спасти?
Джек задержал дыхание, потом вздохнул:
– Повреждения не слишком значительны, и я мог бы вылечить его, но… – он посмотрел Розе в глаза. – Он сломлен и хочет оставить этот мир.
– Отец, – в отчаянии зашептала Роза, прижимая пальцы к его щекам. – Не оставляй меня. Мне нужно столько тебе рассказать, – она наклонила голову, прикоснувшись лбом ко лбу отца. Она не могла потерять их обоих. Это было невыносимо.
Лорд Айрон закашлялся, и несколько капелек крови сорвались с его губ. Он с трудом протянул к Розе дрожащую руку, и она крепко обхватила ее. Пальцы отца были холодны.
– Я люблю тебя, – дыхание Розы сбивалось, слезы мешали говорить. – Поверь мне, отец, я поступила правильно. Я не сделала ничего плохого. Карадур – моя жизнь, моя душа. Все, что я сделала, – это во имя города. Макс принес себя в жертву, чтобы Карадур смог выжить.
Лорд Айрон немного приоткрыл глаза. Только узкие щелки блеснули между веками.