Шрифт:
1
Необычно теплый даже для бабьего лета день клонился к закату. Заканчивалась пятница, и в жизни Стивена Тревора все шло своим чередом.
Сделка, которую газета «Чикаго таймс» называла «невозможной», почти заключена, и это придавало предстоящему уик-энду особую тональность. А сегодня вечером Стив ужинает в своей роскошной квартире в Скоки в обществе длинноногой дивы, чьи портреты красуются на обложках доброй половины американских журналов. Это событие, правда, ничуть не мешало мужчине проявлять повышенный интерес к голубоглазой блондинке, которая
Два человека, разделенные полем письменного стола, противостояли друг другу уже в течение нескольких часов. В затянувшейся дуэли каждая сторона пыталась взять верх. Стив все время был начеку, не позволяя себе ни на минуту отвлечься от главного – буквы закона о контрактах. Теперь, когда все детали сделки обговорены и контракт подписан, он может посмотреть на свою клиентку глазами мужчины. По мнению мистера Тревора, эта привлекательная женщина обладает всеми качествами, чтобы обратить на себя внимание представителя сильного пола.
Диана Уильямс – умная, образованная, элегантная – относилась к тому типу женщин, который нравился Стиву. И он знал, как с такими особами следует обращаться. При этой мысли на губах хозяина кабинета появилась понимающая ухмылка, которая смягчила жесткие красивые черты лица.
Дама заметила выражение лица адвоката.
– Не будьте так самоуверенны, – сказала она непринужденно. – А то я начну беспокоиться, что уступила вам слишком много.
Стив мягко рассмеялся, блеснув белыми зубами, и небрежно заметил:
– Ну-ну, мисс Уильямс. Вы же знаете, что говорят о тонком искусстве ведения переговоров: отдавая что-то, вы что-то получаете взамен.
Блондинка улыбнулась, откинулась на спинку кресла и закинула ногу на ногу. Ее скромная на вид юбка поднялась на несколько сантиметров выше колен. Мужчина прищурился: мелькнуло ли черное кружево или ему только показалось?
– Я ведь не вчера родилась, мистер Тревор. Мы оба прекрасно знаем, что означает «тонкое искусство вести переговоры». – Диана посмотрела ему прямо в глаза. – Выбивай столько, сколько можешь и пока можешь. Не правда ли?
Интересно, подумал Стив, мы все еще обсуждаем сложности заключения контракта или предметом дискуссии уже стало нечто другое?
– Возможно, – ответил он с усмешкой, снова сверкнув зубами. – Но я никогда не получаю удовольствия от сделки, которая не устраивает все заинтересованные стороны.
Диана Уильямс рассмеялась низким контральто.
– Я слышала об этом. – Визитерша снова скрестила длинные ноги. На этот раз у Стива не возникло никаких сомнений насчет черных кружев. – Знаете, – продолжала искусительница вкрадчиво, – мне одновременно было и волнительно, и боязно иметь дело со знаменитым Стивеном Тревором.
Мужчина наклонил голову в шутливом поклоне и обезоруживающе улыбнулся.
– Очень трудно представить, мисс Уильямс, что вы можете испытывать страх перед кем-либо.
– Называйте меня просто Диана, пожалуйста. Пора уже оставить этот официальный тон. – Между двумя рядами ровных белых зубов показался кончик бледно-розового языка, который прошелся по нижней губе. Посетительница поднялась с кресла. – Я даже думаю, что мы могли бы пообедать вместе. А потом… Кто знает?
Стив почувствовал,
– Вы довольно откровенны, – сказал мужчина немного охрипшим голосом и, оттолкнув свое кресло, встал.
– Да. – Соблазнительница прикоснулась к его руке, и Стив сразу почувствовал через мягкую шерсть пиджака жар ее пальцев. – Вам это неприятно?
– Наоборот. Я нахожу это восхитительным. – Стив поднял руку и провел указательным пальцем по бархатистой щеке женщины. – Во взаимоотношениях с людьми я ценю именно откровенность и прямоту.
– Об этом я тоже слышала. – Диана улыбнулась. – Мне импонирует эта черта.
Губы Стива снова растянулись в усмешке:
– Должен предупредить: в некоторых вещах я остаюсь старомодным.
– Вы хотите сказать, что наши отношения могут войти в противоречие с личными интересами? – Женщина негромко засмеялась.
Не отводя взгляда от голубых глаз, Стив медленно протянул руку и нежно обхватил женскую грудь. Он услышал протяжный вздох, полный сладкой истомы.
– По правде говоря, – сказал Стив самым будничным тоном, – я размышлял о принципе «отдавать – получать». – Диана издала стон удовольствия, когда большой палец, слегка касаясь, прошелся по контуру ее груди. Стив почувствовал, как внезапно напрягся сосок. – В этой связи вам не мешает знать, что я предпочитаю быть тем, кто решает, что отдавать, – палец снова пришел в движение, – и что брать. Есть возражения?
– Нет, – ответила поклонница откровенности и прямоты. Стив видел, что женщина отчаянно пытается овладеть собой. – Никаких возражений. Вы можете…
Рука опять заскользила по груди. Пальцы Дианы вцепились в его запястье, в то время как мужчина продолжал нежно гладить ткань жакета, плотно облегающую округлую форму. Он почувствовал, как по телу женщины от сексуального возбуждения молнией прошла сильная дрожь.
Стиву было приятно и в то же время досадно, что удалось так быстро проникнуть через оболочку хладнокровия и самоуверенности мисс Уильямс. То, что она говорит и обещает сейчас, ничего не значит. Позже эта особа захочет большего, того, что он не сможет ей дать ни за что на свете.
В жизни Тревора встречались женщины, которые упрекали его в холодном равнодушии, но это было несправедливо. Он мог получать удовольствие от сексуальной связи, но любовь? Любовь – слово, придуманное сочинителями поздравительных открыток. Оно не настоящее. Любой разумный человек понимает это. А господин Тревор всегда оставался трезвомыслящим мужчиной.
Внезапно он почувствовал себя уставшим, как будто ему не тридцать два года, а гораздо больше. Стиву до смерти надоела игра, которую он вел бесчисленное множество раз. Он отступил немного назад, мягко взял даму за плечи и привычно растянул губы в вежливой улыбке.