Сэритей
Шрифт:
– А ты себя?
– Железку свою ржавенькую убери, нервничаю.
– Ничего, сейчас успокоишься. На-ве-ки.
Сказав это, Мистрей радостно прищурился. Воздух вокруг спорщиков буквально зазвенел от напряжения, еще немного и молнии замелькают. Аленгард, который все это время пытался решить: "Прибить обоих сейчас или после того, как с демонами разберутся?" решил, в конечном итоге, что оба еще могут пригодиться, посему он сделал несколько шагов и, подняв обе руки вверх, сказал:
– Вы оба, прекратите. Немедленно.
– сказав это, он повернул голову в сторону Мистрея, ожидая ответа.
Мистрей убрал копье и сдержанно кивнул.
– Да.
Эйз разжал пальцы и, убрав руки в карманы, мрачно поинтересовался:
– А купол он зачем снял? Знал же наверное, что демоны явятся?
Аленгард нахмурился и пожал плечами:
– Ликкер, порой, делает вещи, объяснить которые не в силах даже он сам. Вероятнее всего, он хочет изменить полотно судеб и для того, чтобы все вышло как он того хочет, его предательство является одним из основоположных факторов. Ясно?
Эйз, вложив в свои слова как можно больше иронии, проворчал:
– А… Так это он нам добра желал? А я, тугодум этакий, и не понял сразу…
Мистрей зло прищурился, на скулах заиграли желваки. Эйз, которому было известно о, прямо-таки нездоровой привязанности Мистрея к Видящему, растянул губы в гнусной ухмылочке. Видя, что ситуация вновь начала накаляться, Найран, наивная душа, сделал шаг вперед и встал между Эйзом и Мистреем. В тот же момент, кулак Эйза врезался в левый бок Найрана, а колено Мистрея впечаталось ему в живот.
Наместник кузнеца улыбнулся и пробасил:
– Друзья мои, давайте не будем ссориться?
– говоря это, Найран, чисто по-дружески, приобнял обоих спорщиков. Естественно, вложив в эти объятия всю свою нежность и любовь к этим двоим. В силу того, что объятия у Найрана были воистину медвежьими, лица Мистрея и Эйза приобрели, радующий глаз, нежно-голубой оттенок.
Аленгард еще пару мгновений любовался на это все, в конце концов вздохнул и сказал:
– Достаточно. Сейчас и в самом деле стоит заняться кое-чем поважнее.
В это время за окном, окутанные снежной пеленой, на Орден неслись крылатые твари. Черные силуэты, пока еще совсем маленькие, с каждым мигом становились все больше и больше, быстро приближаясь к цели. Совсем скоро кроваво-алый свет луны скроется за черным облаком крыльев.
Аленгард посмотрел на Эйза и сказал:
– Не волнуйся, Ликкер сможет защитить мальчика.
Эйз хмыкнул и ответил:
– Очень на это надеюсь.
Рядом послышалось раздраженное шипение. Аленгард повернулся к Мистрею и спокойно сказал:
– Я понимаю причину твоего недовольства, но тебе стоит больше верить в его силы.
О чем именно идет речь, Эйз не понял, но уточнять не стал. Вновь спрятав руки в карманах штанов, Эйз
– Пойду оденусь.
Аленгард схватил его за плечо и сказал:
– Будет лучше, если ты спустишься в убежище.
Эти слова вызвали презрительный смешок со стороны Мистрея, что, естественно, больно задело гордость Эйза. Повернувшись к свечкоголовому, Эйз, довольно холодно, произнес:
– Предлагаешь мне прятаться?
Аленгард с трудом подавил раздражение.
– Именно это и предлагаю.
На миг повисла тишина, которую нарушил Аленгард, сказав:
– Посмотри на улицу, никаких мыслей в голову не приходит?
Черный Лис бросил взгляд за окно, хотя в этом и не было нужды.
Прав факелоголовый, прав. Луна, стоящая высоко в темном небе, была цвета свежей крови. Даже у непосвященного возникнут ассоциации с древним пророчеством, что уж о нем, Эйзе говорить?
Скрипнув зубами, вор ответил:
– Хорошо.
Аленгард кивнул и повернулся к Мистрею с Найраном.
– Где младшие?
– Заняли места на башнях.
Мистрей, который, несмотря на свой отвратительный характер, все же был джейшей, в обязанности которого входила защита Ордена и тех, кто его населял, повернул голову в сторону уходящего Эйза и сказал:
– Мы позаботимся о демонах.
Эйз передернул плечами и, ничего не ответив, скрылся за поворотом, Мистрей хмыкнул и улыбнулся.
Эйз чем-то напоминал Мистрею его самого, в те времена, когда он был обычным человеком. Возможно, именно поэтому вор вызывал у Мистрея некоторую неприязнь.
Аленгард, который наблюдал за происходящим, храня молчание, снял Сейлин с плеча и, проведя по острому лезвию пальцем, сказал:
– Сегодня будет славная ночь.
На бледном лице красноволосого джейши появилась улыбка, один взгляд на которую заставил Мистрея внутренне содрогнуться.
Все же, из всех охотников, Аленгард самый непредсказуемый. Даже можно сказать, сумасшедший. За всю свою жизнь Мистрей не встречал людей с таким неистовством отдававшихся битве. Словно яростное пламя сжигало красноволосого джейшу в те мгновения, когда живая коса пела свою погребальную песнь, направляемая твердой рукой хозяина.
Томно, с легкой хрипотцой в голосе и немного растягивая слова, Аленгард произнес:
– Пой, Сейлин, наше время пришло…
Бывшее королевство Тайлон. Горы.
Ликкер разжег костер в центре пещеры и, скрестив ноги, уселся прямо на пол. На стенах плясали причудливые тени, словно огромный паук ткал свою паутину, черным кружевом покрывая холодный камень. Видящий стряхнул снег с волос и, откинув назад голову, с улыбкой посмотрел на огонь. На улице выл ветер, поднимая в воздух снег он кружил его, раскидывая на многие метры вокруг. Выпустив облачко пара, Ликкер подул на озябшие пальцы.