Серпентес

Дуэль Аллен

Дверь открылась, и показалась рыжая голова. Кларисса была недовольна. Эйлин вообще не видела, чтобы та улыбалась, уголки ее рта всегда смотрели вниз.

– Тебя отчисляют? – Кларисса смотрела на Эйлин.

– Нет…

– Тогда не вижу повода, почему вы тут скачете, как овцы на лугу. – Кларисса прошла мимо них.

– Кларисса, в чем проблема? – Эйлин действительно хотела разобраться.

– Моя проблема? Так называемая «проблема» – это ты! И она не только моя, она касается всей школы! – Уголки ее губ стали ниже обычного. – Представь, что к породистым собакам привели дворняжку и она начала на всех

тявкать и показывать свои никчемные гнилые зубки! Породистые собаки такое поведение терпеть не станут, они загрызут жалкую шавку, помяни мое слово!

– Забавно, что ты сравниваешь себя с собакой! Вот только собаки – верные животные, в отличие от тебя, милая Кларисса!

Эйлин не знала, зачем сказала это. Она думала, что уже забыла разговор с Мейсоном и тайну их «отношений», которую он ей рассказал. Но после колкостей Клариссы рот будто сам открылся.

– Что ты сказала? – Кларисса приблизилась к Эйлин.

– Твой парень знает, как ты развлекаешься без него?

«Дура! Замолчи!»

Хлопок. Эйлин получила смачную пощечину, и ее лицо загорелось. Трикс подлетела и оттолкнула Клариссу в сторону.

– Тварь! Я уничтожу тебя! Твоя жизнь превратится в ад! – Кларисса захлебывалась собственным бешенством.

Вот что значит горькая правда.

– Кларисса, ты не посмеешь! Эйлин теперь в «Гадюках»! Все знают: тронешь «Гадюку» – будешь иметь дело со Стиллой, а она пощады не знает, – сказала Трикс с каменным лицом.

– Что? Ее взяли в «Гадюки»?! Я туда год пытаюсь попасть, а тут заявляется эта дворняжка и ей сразу все лавры?! – Ноздри Клариссы раздувались все сильнее и сильнее.

Она стрельнула молниями в сторону Эйлин, подхватила свою сумку и вылетела из комнаты.

– Ты как? – Трикс с сочувствием посмотрела на подругу.

– Почему здесь все такие желчные?

– Потому что живые.

На рассвете Эйлин сидела на своем привычном месте. Лавочка стала ей как родная за такое короткое время. Сегодня был важный день: первая тренировка в группе поддержки. Эйлин должна выложиться на полную. Солнце уже освещало ее лицо, и кофе она почти допила, но почему-то не могла встать. Ноги стали ватными и не хотели слушаться.

– Ты перестанешь сюда приходить? – раздался мужской голос за ее спиной.

Эйлин могла и не оборачиваться, чтобы понять, кто с ней говорил. Знакомых парней у нее было мало, поэтому догадалась она легко.

– Я прихожу сюда каждое утро и видела тебя здесь только один раз.

– Да, потому что все остальные разы я уступал свою лавочку тебе. – Мейсон приземлился рядом с ней и прикурил сигарету.

– Твою лавочку? Что-то я не видела на ней твои инициалы, – улыбнулась Эйлин.

– Плохо смотрела. – Мейсон указал на спинку, где ножом было вырезано его имя.

Эйлин закатила глаза, а он рассмеялся, выдыхая дым и освобождая легкие.

– Ты в курсе, что успела многим надоесть? – неожиданно произнес он.

– Ты про Клариссу? Она уже нажаловалась своему возлюбленному?

– Осторожнее со словами. – Его лицо стало серьезным. – Я

не только про Клариссу, многим не понравилась твоя выходка в коридоре. Ребята не привыкли, что кто-то высказывает свое мнение вот так в лицо. – Мейсон затянулся. – Тебе повезло, что теперь ты под покровительством главы «Гадюк», вовремя ты туда попала.

– А меня мало волнуют эти неудачники! Если у них богатые родители, это не значит, что им все должны поклоняться. – Эйлин надула губы.

Мейсон сморщил лоб, как будто набирался смелости что-то сказать. Затем посмотрел на нее своим ледяным взглядом и твердо произнес:

– Еще раз увижу тебя на моем месте – полетишь с обрыва вниз.

У Эйлин зазвенело в ушах. Такой милый и приятный в общении Мейсон за несколько секунд превратился в обычного желчного и грубого ученика этой чертовой школы. Эйлин смотрела на него не отрываясь в надежде увидеть улыбку – вдруг он пошутил. Но взгляд Мейсона был суровым и опасным. Она отвела глаза и встала с лавочки. Не проронив ни слова, Эйлин развернулась и пошла в сторону школы. Слова Мейсона заели в голове.

«…полетишь с обрыва вниз».

Оставалось несколько часов до тренировки «Гадюк». Этого времени было достаточно, чтобы принять холодный душ и взбодриться. Урок истории был довольно нудным, и девушку клонило в сон. Когда она зашла в комнату, ей в глаза бросилась форма группы поддержки, лежавшая на кровати в ожидании хозяйки.

Костюм был совместный: верх белый, с черными полосами по бокам, и темно-зеленая юбка с небольшой эмблемой школы. А еще черные короткие шорты, которые нужно было носить под юбкой. Эйлин коснулась рукой своей новой формы: ткань была очень приятной.

После водных процедур, укутавшись в полотенце, она вернулась в комнату. Ей не терпелось примерить свой новый наряд. То, что она увидела, ошарашило: вместо идеальной новой формы на кровати лежала сотня мелких кусков. Ткань сначала рвали, а потом и вовсе разрезали чем-то острым. Перед окном сидела Кларисса, она смотрела в зеркальце и пудрила лицо. В Эйлин просыпался гнев.

– Ты что, ведьма, натворила? – Она поправила полотенце, чтобы то не спадало.

– Я? Ты что-то путаешь… – Кларисса даже не обернулась.

– Что ты сделала с моей формой?

– Ты ненормальная? Твоя форма была такой! Какая хозяйка, такая и форма – драная, – усмехнулась Кларисса.

Эйлин опустила голову и усмехнулась. Боковым зрением она заметила гранатовый сок, который стоял на туалетном столике. Недолго думая, она взяла напиток и вылила на рыжие волосы обидчицы. Бордовая жидкость потекла по белоснежной рубашке Клариссы.

– Дрянь! На этот раз Трикс тебе не поможет! – Кларисса встала и развернулась к Эйлин.

Дверь в комнату открылась, и на пороге показалась Стилла в форме. Выглядела она в ней сногсшибательно: ее белоснежные кудри спадали на светлую ткань, образ дополняла темно-зеленая лента, которой она перевязала волосы как ободком. Одну руку Стилла уперла в бок, а в другой держала помпоны под цвет формы: один черный, другой зеленый.