Сервисное руководство
Шрифт:
– Ты о чем?
– Могут быть более крупные проблемы, чем несколько царапин на машине. Ты ведь сама прекрасно понимаешь, чем мы занимаемся.
Он повернулся к Мие и небрежным жестом окинул мастерскую рукой.
– Никто не похвалит нас за такое. В первую очередь за него.
Самым краем зрения я увидел указательный палец, направленный в мою сторону.
Уилл подошел и принялся подключать руки. Я уже видел, насколько лучше они стали. С виду никогда не отличил бы это покрытие от настоящей кожи. Были
– Уилли, можешь пока не включать его, когда закончишь?
– Почему?
Мия принялась выкладывать пакеты из своего рюкзака.
– Я приготовила грим, чтобы улучшить лицо. Мне будет легче всё это приклеивать.
– А он не будет против?
Уильям посмотрел на меня:
– Ты не против, чтобы она поработала над твоей мордой?
За этим последовала демонстративная пауза.
– Молчание – знак согласия. Делай что хочешь.
Мия победоносно подняла вверх кулачки и прыгнула на диване.
Уильям устанавливал руки больше получаса. Сначала он их установил. Затем ему что-то не понравилось, и он повторил процесс. Всё это время я был нем как рыба, не мог шевелиться и даже выбрать в какую сторону смотреть. Но так время тянется в сто раз легче, чем когда лишен всех органов чувств.
Он стоял около консоли, позади моей головы раздавались щелчки по клавиатуре. Наконец, донеслось его одобрительное «гхм». Вероятно, таким образом он убеждал себя, что всё сделал правильно.
– Мия, он твой. Позови когда закончишь.
Уилл поднялся наверх с пустой чашкой. В это время Мия складывала пакеты обратно в рюкзак. Я пытался угадать, что она делает. Через мгновение она разложила какие-то инструменты мне на грудь и села прямо сверху.
– Рик, главное – не моргай. – Произнесла она с легкой насмешкой.
Я и не мог. Я прекрасно видел, как она склонилась над моим лицом. Ее длинные темные волосы обволокли мою голову. Ее декольте я мог разглядеть во всех подробностях. Черт возьми, в этот самый момент я по-настоящему пожалел, что у меня не было человеческого тела.
Ее яркая улыбка, обворожительное лицо, смелая одежда – всё могло заставить меня чувствовать себя мальчишкой.
Она что-то делала с моим лицом. Ее волосы периодически попадали мне в рот и глаза, а я смотрел на нее, не отрываясь. Она производила какие-то манипуляции с веками. После этого достала небольшую пластиковую коробочку и пинцет.
– А теперь, Рик, я хочу сделать тебя таким, каким запомнила.
С этими словами она стала вклеивать в лицо маленькие волосинки. Какое-то время она уделила ресницам. Намного больше – подбородку, области под носом, и вискам. На это ушло часа два, не меньше. Она ни разу не остановилась, не сходила за водой, не встала размяться. Она продолжала монотонное вживление волос.
А затем достала машинку и сбрила большую часть.
После
– Вот теперь здравствуй! Почти такой, как тогда. Еще бы добавить около шеи, но грим закончился.
Склонившись надо мной, она загадочно улыбалась. Это те глаза, в глубине которых можно утонуть. Ее длинные волосы обняли меня, еще немного и я почувствовал бы их прикосновение. Я смотрел не отрываясь. Даже если бы Уилл включил мои двигательные функции, в этот момент я не отвел глаза.
Она вглядывалась поочередно в каждый глаз. Она проверяла каждый вживленный волос, поправляла мои веки, проверяла каждый сантиметр моего лица.
– Уилли, запускай!
Спустя несколько секунд наверху раздалось знакомое шарканье. Мастер лениво спускался в свою вотчину. Мия спрыгнула на пол и сгребла в сумку все инструменты, разбросанные на моей футболке. Уильям подошел и стал пристально всматриваться в мое лицо. В какой-то момент даже подумалось, что она могла написать на лице что-то нецензурное ради шутки.
Но Уильям одобрительно кивнул.
– Ты сама этому училась?
– Да, обожаю всякие ролики на видеоресурсах.
– С таким резюме тебя сразу взяли бы в Сайро. А может, и в Голливуд. Ну что, Рик, сейчас сам посмотришь.
Он хлопнул меня по плечу и подошел к консоли. Скоро я запомню последовательность щелчков клавиатуры. По какой-то причине сервисные инженеры не используют сенсорные панели для ввода команд. Большинство подключают клавиатуры. В особо тяжелых случаях – механические, которые щелкают особенно громко и торжественно, провозглашая о мастерстве инженера.
– Поднимайся.
И я поднялся с кресла. Это необъяснимое ощущение свободы, когда тебе возвращается контроль над телом. В первую очередь я подошел к зеркалу рядом с вешалкой для одежды.
На меня смотрел Ричард. Почти тот самый Ричард, которым я себя запомнил. Не совсем те скулы, не идеально совпавшие пропорции лица. Но это очень близко к тому лицу, которое я запомнил при жизни.
– Что скажешь? – С любопытством спросила Мия.
– У меня нет слов.
– Так ты найди.
– Ты запомнила меня лучше, чем я сам. И сделала невозможное.
– И это всё? Может, стоит как-то расплатиться со мной?
– К примеру?
– К примеру, выполнишь мое желание. Подходит?
В этот момент в разговор вмешался Уильям.
– Это всё прекрасно. Но вам пора домой.
Больше он ни о чем не сказал. Но я понял, что этой ночью у мастера будет чем заняться.
Я не могу объяснить, как это работает. Ты видишь на улице человека, и сразу можешь сказать, что он турист. В Чикаго они моментально бросаются в глаза. Как это определить? Они глазеют на здания, рассматривают общественный транспорт. Фотографируют супермаркеты.