Серые Башни
Шрифт:
— Мои посиделки! — она шмыгнула носом. — Да кому я нужна сама по себе? Агами интересна только моя аптечка, Бертину рецепты, Торвальду, рассказы о розах в саду у бабушки.
— А остальные? — я осторожно вытер ее слезы, пригладил волосы.
— А остальные приходят послушать сказки! — выдохнула она. — Потому что в ваших все умерли!
— Ну вот видишь, ты всем нужна.
— Не я нужна! Не я! — она оттолкнула меня. — Нужна Тэйе, Высокая леди! А Тая не нужна никому, — едва слышно закончила она.
— Тая никому не интересна, всем плевать что она думает и чего
Она сопротивлялась, но я, завернув ее в одеяло, поднял и усадил обратно в кресло.
— Дурочка, — я прошептал это совсем тихо, но она услышала и недовольно засопела. — Знаешь, как тебя называют в крепости? Айна — сияющая. Люди поют твои песни и пересказывают друг другу твои сказки, не потому что ты леди, а потому что ты это ты. У тебя темнеют глаза когда ты сердишься и светлеют когда смеешься. Ты беспокоишься о здоровье Гру и поэтому всегда устраиваешься у камина, хотя тебе жарко. Ты обращаешься к каждому по имени и относишся с уважением, ты не считаешь зазорным спрашивать т просить извинения у слуг. Все любят тебя. Перед тобой не устояли даже мои капитаны, а мастер Торвальд? А Бертин, с утра до ночи изобретающий пирожные, только чтобы порадовать тебя!
— Я так соскучилась по родителям! — всхлипнула она.
— Мне так жаль, — я еще раз прикоснулся к мокрому лицу, — но никто в Мораке не сможет отправить тебя назад.
Я поднял ее и отнес на кровать, девушка немедленно свернулась калачиком на подушках, всхлипывая, пока не уснула. Аккуратно, чтобы не потревожить ее, я укрыл ее еще одним одеялом и тихо вышел.
Тэйе диа Агомар
Проснувшись, я еще долго лежала, ругая себя за слабость. Ну, зачем спрашивается, мне понадобилось реветь у него на руках? Говорить все это? Просить его!? Как стыдно! А ведь еще придется сидеть с ним рядом на ужине. Может не пойти? И без зеркала ясно, как здорово я сейчас выгляжу. И как теперь к себе проскользнуть? Я прислушалась, но тишину, кроме потрескивания поленьев, ничего не нарушало. Осторожно приподнявшись, я увидела Хока. Он сидел за столом и просматривал бумаги. Ну, раз незаметно не получилось…
— Я долго спала?
— Да нет, может час или чуть больше. Смотри, Бертин прислал, специально для тебя, — Хок показал на низкий столик у камина, на нем, источая божественный аромат, стояло целое блюдо пирожных.
Я не смогла удержаться, слетела со своего насеста и уже облюбовала для себя самое вкусное, но взглянув на лорда, положила его обратно.
Он смеялся.
— Теперь я знаю, как тебя утешить! Что же ты остановилась, это все для тебя!
— А где можно умыться? Я не могу есть такую красоту и выглядеть чучелом.
— Туда, моя леди. — Хок указал на дверь в углу.
Я постаралась как можно быстрее привести себя в порядок. Мне совсем не хотелось, чтобы Хок дольше необходимого смотрел на мое опухшее лицо.
В отличие от моей туалетной комнаты, эта выглядела совсем бедненько. Все чисто и по-спартански. Умывшись холодной водой, я как могла привела растрепанные волосы в порядок.
За время моего отсутствия на
— Похоже, все в крепости опасаются, что я обижу тебя, Тэйе. Твои служанки, Томи, даже Беорн, приходили сюда. А Гру сидит под дверью и больше никогда не скажет мне доброго слова, — улыбаясь, произнес Хок.
— Гру отходчивый, он не умеет долго сердиться. А ты разве не будешь? — Кивнула я на пирожные.
— Я не люблю сладкое, — Хок снова занялся бумагами.
— Ну, тогда хотя бы выпей горячего, — я принюхалась к пару, который поднимался над кувшином. — Это очень вкусно, с медом. Но совсем не сладко. Вот попробуй.
Я протянула ему глиняную кружку.
Он сделал несколько глотков и удивленно сказал:
— И, правда, вкусно.
Я наполнила кружку для себя и села рядом.
— Я могу спросить?
— Спрашивай.
— Что это за бумаги? Какие-то письма? Отчеты? Донесения?
— Как много вопросов. — Хок вздохнул. — Судя по всему мы не дождемся поддержки на Совете Кланов.
— Почему? Ты законный лорд — хранитель, по воле моего деда и праву мужа, — я скривилась, — Что они могут сделать?
— Своим появлением ты нарушила планы очень многих людей.
— Им мешаю я?
— Да нет, твои права никто оспорить не может, а вот мои…
— Я ничего не понимаю. Тебя признал клан. Какие могут быть вопросы?
— Тэйе, мы не выживем в одиночку. Клан Фраги тесно связан со своими соседями. Если Совет в Намарре признает меня не достойным, мне придется уйти.
— Чем конкретно ты можешь их не устраивать? — фыркнула я. Хок хрестоматийный феодал. Какого еще лорда им надо?
— Очень многим, — нахмурился Хок. — Боундлес и Ландфертил уже сейчас выступают против. У них есть свой кандидат. Вот его-то и хотят посадить на Крылатый трон.
— А я?
— А ты невеста лорда-хранителя леди.
Я подавилась пирожным. Ну ничего себе! Хок хмыкнул и подвинул мне кружку.
— А может, ну его?! И не ехать никуда?
— Нельзя. Нас раздавят. Некоторые уже выражают сомнения по поводу твоего существования, — он раздраженно смахнул несколько писем со стола. — Если бы я мог заручиться поддержкой, хотя бы одного из лордов-хранителей, было бы гораздо легче.
— Я могу помочь?
— При всем уважении, тут не помогут ни песни, ни сказки, моя леди! — покачал он головой. — Удели внимание подарку Бертина, только не увлекайся, он обещал нечто выдающееся на ужин.
Он отсылал меня, как ребенка, а минуту назад, мне показалось, что он видит во мне равную. Дура!
— Я могу идти к себе?
— Не надо обид, Тэйе. Ты, и правда, ничем тут не поможешь, — покачал он головой. — Хочешь, я открою тебе секрет!
— Ну? — буркнула я.
— Тебе вовсе не обязательно идти через всю крепость, чтобы попасть к себе. Вот смотри.
Он толкнул еще одну дверь, скрытую в глубине комнаты и пройдя небольшим коридором, оказалась у себя в спальне.
— Эта дверь открывается только с моей стороны, — хитро улыбнулся Хок, цапнул пирожное с блюда и ушел.