Серые сутки
Шрифт:
— Не думаю, что против тебя у меня есть шансы, — словно прочитав мои мысли, ответил Найт. — Однако я бы не отказался от небольшого тренировочного спарринга.
— Прямо сейчас?
— Нет, не хочу опозориться у всех на глазах, — намекнул мужчина на проигрыш Гарда. — Но в любое другое время — всегда пожалуйста.
Я кивнул и молча направился в сторону выхода с плаца. Моя иллюзия параллельно толкала какую-то завершающую и ничего не значащую речь, которую, в принципе, немного подвыпившие рейдеры восприняли на ура, после чего тоже отправилась вслед за мной. На сегодня все дела были завершены, так что,
Следующее утро началось со всё тех же бесконечных бумаг, которые скоро уже начнут сниться мне в кошмарах, а также с Эльдара, влетевшего ко мне в кабинет со словами «У нас проблемы!»
— Да? — я перевел взгляд на заспанного рейдера, гадая, что случилось на этот раз.
— С проблемами я немного погорячился, — Эльдар тут же стушевался. — Но в любом случае дело не терпит отлагательств. Мы немного недооценили размер добычи, полученной после вчерашней атаки. Даже с учетом того, что большинство тварей пострадали от взрыва, а от некоторых вообще остались лишь ошметки, трофеев оказалось столько, что бригада из сорока человек закончила их сбор буквально час назад. Из особенно хорошего — был найден труп пустого, в котором чудом сохранилось ядро. Это самая ценная наша добыча.
— Ранг?
— Третий, — ответил Эльдар, подтверждая одну из моих вчерашних мыслей. Пустой третьего ранга не мог никаким образом создать такое серьезное маскирующее плетение, а значит, его товарищи выжили и банально сбежали с поля боя.
— Хорошо, — кивнул я, возвращаясь к насущным делам. — И почему такая хорошая новость вдруг стала проблемой?
Мой вопрос, был, скорее риторическим, потому что самое простое объяснение напрашивалось само собой. К сожалению, большинство ценных органов у тварей пустошей требовали специфической обработки для долгосрочного хранения, и специализированные холодильные камеры могли лишь немного замедлить процесс перехода трофеев в непригодное состояние. Чего уж говорить о моем подвале, который мы временно использовали как склад, хоть он и был предназначен для совершенно других целей.
— Текущих каналов совершенно не хватит, чтобы продать такой большой объем добычи, — Эльдар полностью подтвердил мои мысли. — А искать крупного клиента, способного выкупить такое — процесс небыстрый, особенно с учетом… некоторых сложностей.
На последних словах рейдер немного замялся, но и так было прекрасно понятно, что под «некоторыми сложностями» подразумевается моя чудесная репутация.
— Текущие прогнозы?
— С учетом того, что мы законсервируем максимум добычи, на который способны, как минимум половина трофеев придет в негодность.
— Неприятно, — цокнул я языком. — И что, нет никаких вариантов?
— В целом есть, — кивнул Эльдар. — Но такой вопрос однозначно должен решаться не на моем уровне.
— Понял, — усмехнулся я. — Значит решил свалить всю работу на меня. Идеи какие-то есть?
— Я пока не особо думал над этим вопросом, — честно признался Эльдар. — Но самое первое и банальное, что приходит в голову — любой другой форпост. Это мы новички в этих делах и не успели обрасти связями, а вот у других с подобными вещами всё должно быть более чем в порядке. Если не хотите связываться с родами, то можно выбрать какой-нибудь
— Точно нет, — отрицательно помотал я головой. — Не говоря уже о том, что они явно скупят всё за бесценок, нам в любом случае когда-нибудь придется самим заняться этим вопросом. Так что раз уж выпала такая ситуация, то сделаем это прямо сейчас, тем более что время есть. Случайно, не знаешь, куда из форпостов сбывают такие гигантские объемы добычи?
— К сожалению, нет. Но скорее всего родам с большим количеством алхимиков — они основной потребитель потрохов тварей.
— Понял, — кивнул я. — Если больше новостей нет, то можешь идти. И позови, пожалуйста, Себастьяна.
— Хорошо, — распрощался со мной Эльдар и исчез за дверью.
Себастьяна я решил позвать по одной простой причине — в реалиях нового мира он разбирался гораздо лучше меня, тем более что вопрос, куда всё-таки девалось такое количество трофеев был интересен. И да, самый логичный и правильный ответ — алхимики, которые очень высоко ценились даже несмотря на кривые, относительно меня, руки, но насколько я знал, абсолютное большинство из них почти сразу попадало под руку крупным родам, после чего таинственно исчезало. И я надеялся, что Себастьян сможет прояснить этот момент.
Спустя несколько секунд входная дверь в кабинет приоткрылась, и за ней показался мой главный помощник.
— Звали?
— Ага, — кивнул я, после чего быстро пересказал слова Эльдара.
— Всё правильно говорите, — дослушав меня и почти не раздумывая, ответил мне Себастьян. — Продавать надо алхимикам.
— Но как? — на моем лице появилось откровенное непонимание.
— Всё дело в том, что хоть это нигде и не говорится открыто, но по факту алхимики существуют почти в таких же гильдиях, как и рейдеры. Единственное отличие в том, что всё это действо происходит за закрытыми дверями, и во главе стоят не частные лица, а крупные рода. Ну и называется это всё не гильдия, а объединение.
— Но к чему такие сложности?
— Тут все просто, — усмехнулся Себастьян. — Всё-таки алхимики в первую очередь применяются в военных целях, так что основная их задача — обеспечить род необходимым количеством нужных эссенций. Но с таким подходом бюджета на производство не напасешься, так что как только план выполнен, они сразу переключаются на коммерческое изготовление. Почти все товары на полках — дело рук именно родовых алхимиков.
— А свободных алхимиков просто банально душат, чтобы они не смогли разрастись, собрать вокруг себя единомышленников и составить конкуренцию? — кажется, картина начала проясняться.
Интересно, чтобы со мной стало, если бы я тогда продолжил продавать эссенции? Всего через несколько посещений аукционного дома я уже заметил слежку, а судя по словам Себастьяна, ситуация обстояла гораздо серьезнее, чем я мог подумать.
— Ну не сказал бы, что прямо душат, — отрицательно покачал головой мужчина. — Но развиться в одиночку не дают однозначно. В большинстве своем просто предлагают очень хорошие условия, от которых отказываются единицы, и вот с такими уже проводятся совершенно другие беседы.