Сеть «Нанотех»
Шрифт:
Когда Левшов вышел из туалета в коридор, сирена все еще продолжала завывать, и все бежали по коридору – почему-то в разные стороны. Когда мимо него пробежал Полковник, наконец-то вновь овладевший своими ногами, Левшов вытянулся в струнку и отдал ему честь. Полковник недовольно посмотрел на неизвестного ему нового широкоскулого охранника с маленькими щегольскими усиками, торопливо кивнул и побежал дальше.
Делать Левшову здесь действительно было больше нечего. Но прежде чем выйти из здания, ему надо было осмотреть прилегающие улицы. Он поросил Нанотех соединить его с какой-нибудь птицей, пролетавшей над зданием. Через секунду он уже смотрел на мир глазами голубя с высоты птичьего полета. Больше всего Левшова интересовала улица перед главным входом в здание. Левшов давно не летал голубем, и потому первые пару взмахов крыльями получились у него довольно
Левшов отключился от голубя и пошел к выходу. Охранник на проходной успел сказать лишь: «Ваш пропус…» и внезапно окаменел.
На улице несколько изумленных прохожих могли наблюдать как из лужи напротив главного входа в здание без вывесок вдруг начал расти большой белый пузырь, который через несколько секунд превратился в причудливый, очень компактный одноместный автомобиль. Под прозрачной верхней частью было видно лишь одно сиденье. Перед ним не было ни руля, ни педалей, ни какой-либо панели управления. И что самое странное, у автомобиля не было дверей. Еще через несколько секунд из здания выбежал широкоскулый охранник с усиками и подбежал к странному автомобилю. В корпусе автомобиля вдруг образовалось большое овальное отверстие. Прохожие стояли с отвисшими от изумления челюстями. «Доброе утро!» – вежливо сказал им охранник, пролез в образовавшееся отверстие, сел на единственное сиденье. Отверстие тут же затянулось, как будто его и не было, и автомобиль совершенно бесшумно тронулся с места, не оставляя за собой никаких выхлопных газов.
Через пятнадцать минут, когда Левшов уже ехал по загородному шоссе, он заметил за собой погоню. Автомобиль увеличил скорость. По бокам у него начали расти крылья, как у самолета. Еще через минуту он оторвался от земли, колеса растворились – не убрались, не втянулись, а именно растворились, а крылья стали немножко длиннее. Еще через несколько секунд самолет скрылся от преследователей за горизонтом.
Левшов летел на восток, навстречу восходящему солнцу, набирая высоту. Впервые за несколько дней у Левшова появилась возможность спокойно все обдумать. Ему предстояло отчитываться перед Советом Администраторов сети «Нанотех» за то, что он применил ресурсы администратора, но его в первую очередь беспокоило не это – ресурсы администратора были применены исключительно в пределах необходимой самообороны, это подтвердят записи того, что видели его глаза, и он был уверен, что Совет Администраторов его оправдает. Гораздо больше беспокоило его то, что первоначальный план мгновенной революции сорвался. Конечно, он с самого начала предвидел сопротивление со стороны Системы, но не ожидал, что оно будет столь ожесточенным – как всякий изобретатель он был склонен видеть лишь положительные стороны своего изобретения, и ему поначалу казалось, что он в конце концов сможет склонить на свою сторону любого. Только теперь он по настоящему начал понимать, что борьба между коммунизмом и капитализмом будет продолжаться до тех пор, пока в душе человека разум будет бороться с инстинктом. То есть, возможно, вечно. Совету Администраторов предстояло выработать новый план действий.
Самолет вошел в облако, забрал из него дополнительный «сырой материал». Двигатели увеличились в размерах, стали еще мощнее. Крылья отогнулись назад, готовясь преодолеть звуковой барьер. Самолет продолжал набирать высоту. В кабине стало прохладно. Костюм Левшова начал превращаться из костюма охранника в нечто толстое, мягкое, теплое, со встроенной системой терморегулирования. Левшов согрелся и уснул. Он не боялся, что его обнаружат радары – для них его самолет был совершенно не видим. Нанотех уверенно вел самолет все дальше и дальше на восток. Вскоре под самолетом раскинулся от горизонта до горизонта зеленый ковер непроходимой сибирской тайги…
Эпилог.
Через пару месяцев после описанных событий в коридорах государственной думы время от времени стал появляться один отставной генерал спецслужб. Говорят его незадолго до этого «ушли» в отставку, за то что он бездарно провалил какую-то
«Ныне „товарищ“ Левшов изменил свою тактику.» – пишет генерал в конце своей брошюры – «если сегодня Вы возмете микроскоп и посмотрите на воду из Вашего водопровода, Вы не найдет в ней больше радиоуправляемых микробов. Большинство их самоликвидировалось после побега
А.П.Левшова. Однако у меня есть доказательства того, что Левшов не отказался от своих зловещих замыслов.
В последнее время в сибирской тайге, в районе урочища Малый Улюй стали пропадать целые деревни. То есть сами-то дома стоят. В них остались все вещи, даже паспорта и деньги, а самих людей нет. Я абсолютно уверен, что злостный коммунист Левшов уводит людей в тайгу, где организовал свою коммуну, и кормит людей водой прямо из речки Улюйка. Недавно он окончательно обнаглел и увел целый райцентр. Необходимо положить решительный конец этому безобразию, пока коммунистическая зараза в виде радиоуправляемых микробов не распространилась на всю Россию и не погубила ее, на этот раз окончательно.
Я предлагаю сбросить на урочище Малый Улюй водородную бомбу. Это единственный способ полностью стерилизовать этот очаг заражения радиоуправляемыми микробами. Я отдаю себе отчет в том, что это очень жестокая мера, погибнет много людей, но когда конечность заражена гангреной, единственный способ спасти организм – это ампутация.»
Думцы слушали отставного Генерала, улыбались, а затем приглашали милиционера, чтобы он вывел его из Белого Дома, где ему быть не положено. Но на следующий день генерал каким-то образом снова пробирался в коридоры власти и снова пытался раздавать брошюрки.
Идеи отставного Генерала не нашли отклика даже среди самых горячих сторонников теории заговора мировой закулисы. «Вообще-то Генерал – мужик хороший и благонамеренный» – говорили они – «Но с раздачей видеомагнитофонов по водопроводу он явно загнул. Своим бредом он дескредитирует Идею, и неплохо бы ему немного подлечиться.»
Потом Генерал куда-то пропал. По некоторым слухам он живет сейчас в большом казенном доме, где всегда под рукой санитары со смирительной рубашкой, на тот случай, если ему вдруг захочется написать продолжение своего опуса про «коммуно-масонов» и «радиоуправляемых микробов».
Где сейчас находится Левшов точно не знает никто. Возможно, он действительно ушел в сибирскую тайгу. Возможно он понял, что нельзя нас пускать в коммунизм такими как мы есть, завистливыми, жадными и не знающими что делать с собственной жизнью – передеремся все, друг дружку перекалечим, сдуреем от изобилия бесплатных вещей, сопьемся от бесплатной водки. Нужно чтобы кто-то научил нас жить по новому, чтобы кто-то направил. Нужно какое-то управление, какое-то государство. Но не такое, какие были до сих пор, все построенные по одной модели, модели обезьяньего стада, где вожак всегда имеет право на лучший кусок и на лучшую самку, потому что он вожак. Главной целью государства, построенного по такой модели, всегда было, есть, и будет властвовать над народом, а не служить и помогать ему.
Как построить государство на основе разума, а не обезъяньего инстинкта? Ответ на этот вопрос не знает никто. И вполне возможно, что Левшов, как истинный ученый, пытается найти ответ с помощью своего сибирского эксперимента на относительно небольшой группе людей, прежде чем дарить Нанотех всему миру.
Впрочем все мы, каждый из нас, должны искать ответ на проклятый вопрос – может быть, кто-то и найдет. Просто сказать, что капитализм и демократия конечно плохи, но это лучшее из того что смогло придумать человечество, и на этом успокоиться – не годится. Всегда существует что-то, что лучше лучшего, просто мы его еще не нашли.