Север помнит
Шрифт:
– Зачем? – с вызовом спросил он. – Хочешь отрезать ей второе ухо?
«Я это заслужила», - напомнила себе Арианна.
– Нет, конечно нет. Всего на минутку.
Тристан все же медлил, глядя на Мирцеллу, но та что-то шепнула ему, и он вышел. Арианна была тронута тем, как он пытается защитить девочку; значит, Обаре будет сложнее осуществить свои планы, что бы ни было у нее на уме. А я знаю, что у нее на уме. Отбросив эту мысль, Арианна улыбнулась принцессе, на этот раз искренне.
– Вам лучше, моя милая?
Мирцелла молча смотрела на нее, в ее холодных, настороженных зеленых глазах не было ни намека на покой, теплоту или радость.
–
«Она учится быть королевой», - с грустью подумала Арианна.
– Завтра я уезжаю. Хотела удостовериться, что вы в безопасности.
– В безопасности? – Мирцелла искривила губы, дернув все еще перевязанной половиной лица, и на мгновение стала очень похожа на свою мать. – Надеюсь, что так. Ваш лорд-отец приставил ко мне стражников. Не знаю, почему они вас не остановили.
Принцесса всегда была такой милой и нежной, такой открытой, такой доверчивой, что эти слова в ее устах прозвучали вдвойне холоднее, чем если бы они исходили от кого-нибудь другого. Арианна протянула к ней руки.
– Моя дорогая, я никогда…
– Пожалуйста, ничего не говорите, - сказала Мирцелла. Ее высокие скулы побледнели. – Вы лгали мне.
– Кто вам сказал?
– Трис. Он рассказал, что случилось на самом деле и почему вас поместили под арест. По вашей просьбе я солгала, что сира Ариса убил Темная Звезда, но это не так. Все это время вы говорили мне, что вы мой друг и желаете мне добра, но на самом деле вы хотели объявить меня королевой, чтобы ваша семья могла начать войну против моего брата.
Арианне нечего было ответить, потому что девочка сказала правду. И все-таки она попыталась подобрать слова:
– Ваше величество… нет, это не совсем так. Вы в Дорне, и вы старше Томмена. По нашим законам, у вас есть все права. Вы станете хорошей королевой, и…
– Нет. – Мирцелла раньше никогда не повышала голос. – Это нужно было только вам. Или вы думали, я не догадаюсь?
Глупо чувствовать, что не можешь связать и двух слов, разговаривая с девчонкой, которая даже еще не расцвела, но Арианна действительно не знала, что сказать. У Мирцеллы острый ум, к тому же Тристан пересказывает ей все, что слышит от своих родных и принца Дорана, так что не удивительно, что она знает много такого, чего бы ей знать не стоило. Я просто хочу оградить ее от опасности, но как теперь заставить ее мне поверить? Действительно, она хотела короновать не Мирцеллу, а себя. Это была ее вина, и обвинения Мирцеллы справедливы.
– Ваше величество… - беспомощно начала Арианна.
– Пожалуйста, уходите, - услышала она тихий вежливый ответ. – Я уже не сержусь на вас. Но я не хочу больше вас видеть.
Арианне и так за этот вечер уже не раз приходилось удаляться с позором, но и сейчас у нее не было другого выхода, поэтому она кивнула и ушла, столкнувшись в дверях с разгневанным Тристаном. Теперь они оба меня ненавидят. На их месте она бы тоже себя ненавидела. Она вспомнила своих друзей - кого заточили в темницу, кого отправили в изгнание, кого поспешно выдали замуж, и голову Бейлона Сванна, которую ей пришлось вытащить из грязи, чтобы отдать Обаре. У нее на душе было неспокойно - ее обуревали сожаление, скорбь, неуверенность, собственная бесполезность; ее глубоко ранили отчужденность Мирцеллы, смерть Ариса и даже смерть Квентина, то, что она совершила, и к чему в результате пришла. У нее подкосились колени; она прислонилась к стене и, рыдая, бессильно опустилась на пол.
Арианна не знала, сколько времени прошло. Она плакала, чувствуя, что сгорит со стыда, если
Она резко обернулась, и ей на мгновение показалось, что перед ней мать, хотя леди Мелларио уже много лет не жила в Солнечном Копье; после того как муж отверг ее, она вернулась на родину, в Норвос. Но конечно, это была не она. Эта женщина была ей все равно что тетя: Эллария Сэнд, возлюбленная ее дяди Оберина. Взгляд ее темных глаз был полон участия.
– Ах ты, моя милая, - сказала Эллария. – Ну-ка, вставай.
У Арианны дрожали колени, но она позволила Элларии помочь ей встать и взяла протянутый платок. Она терла глаза, сморкалась и отчаянно старалась придумать какое-нибудь объяснение своим слезам, но Эллария не задавала вопросов. Она просто терпеливо ждала, когда Арианна справится с собой, а потом сказала:
– Ты завтра уезжаешь.
Это был не вопрос, а утверждение, но Арианна все равно кивнула. У нее мелькнула мысль – интересно, каких басен наплела Обара ее отцу насчет преследования и предполагаемой поимки Герольда Дейна. Принц Доран искренне намеревался предать его правосудию, да и Арианна была бы разочарована, если бы Темная Звезда сбежал в Вольные Города, не получив ни единой царапины. Она уже решила, что рано утром обо всем расскажет отцу. Вдруг она заметила в руке Элларии скомканный клочок пергамента, исписанный, как ей показалось, изящным почерком Тиены, и ее разобрало любопытство.
– Что это?
Эллария заколебалась, раздумывая, может ли довериться Арианне. Наверное, это новости о деле Вестерлингов; похоже, события развиваются с невероятной быстротой. Но Эллария вздохнула и сказала:
– Я очень надеюсь, что написанное здесь - неправда.
– Почему?
– Потому что, - произнесла Эллария, тщательно взвешивая каждое слово, - в таком случае это издевка над бесчисленными уверениями и обещаниями, да к тому же над самими законами природы. Потому что если это правда, то Обара помчится по Костяному Пути, изрыгая огонь. Весь Дорн восстанет, и прольется кровь.
Арианна почувствовала, что ее желудок словно ухнул вниз. Ним и Тиена в Королевской Гавани, одна в совете, а другая в лоне Веры, Сарелла занята в Староместе, значит, Обару некому сдерживать, - и, как нынче подтвердилось, она жаждет раздуть пламя войны. Четырем младшим Песчаным Змейкам, дочкам Элларии, нужно еще несколько лет, чтобы у них выросли ядовитые зубы.
– Весь Дорн и так вот-вот восстанет, - заметила она. – В поддержку Эйегона.
– Да, но… тут другое. – Эллария отвела глаза, и Арианне показалось, что та все-таки решилась ей рассказать. Она уже хотела подбодрить ее, когда возлюбленная его дяди сказала: - По словам твоей кузины, сир Грегор Клиган не умер.
Арианна ожидала услышать что угодно, но только не это.
– Что?
Песчаные Змейки были совершенно уверены в смерти Клигана; им был известен яд, которым их отец смазал копье. Сира Бейлона Сванна послали сюда, чтобы доставить череп, и этот череп был такого внушительного размера и такой тяжести, что чрезвычайно трудно найти другой такой же. Но если это обман… значит, Красный Змей погиб зря, и Обара со своей идеей убить Мирцеллу найдет множество сторонников. Но как такое возможно – и возможно ли?