Север против Юга
Шрифт:
Но Марс и сам уже догадался, что нужно делать: сорвав ветку смолистого дерева, — таких деревьев на острове было много, — он зажег ее спичкой и осветил умирающего. Джилберт опустился подле него на колени.
Это был еще молодой негр-невольник. Сквозь изорванную рубашку виднелась зиявшая на груди кровоточащая рана. Рана, по-видимому, была смертельна: нож пронзил легкое.
— Кто ты?.. Кто ты?.. — спрашивал, наклонившись к нему, Джилберт.
Раненый молчал.
— Кто тебя ранил?
Но негр не мог уже вымолвить ни слова.
Тем временем Марс при свете факела
Он разглядел частокол и через приоткрытые ворота увидал смутные очертания блокгауза.
Это действительно был форт, построенный когда-то в Черной бухте, но давно заброшенный и совершенно забытый обитателями графства Дьювал.
— Форт! — вскричал Марс и, оставив Джилберта возле умирающего негра, сам устремился к воротам.
Через минуту он уже проник в блокгауз и обежал комнаты, выходившие с обеих сторон в центральное помещение. В одном из них дымился очаг. Значит, в блокгаузе еще недавно кто-то жил. Но кто? Для кого он служил убежищем? Для поселенцев ли Флориды, или же для семинолов-кочевников? Это нужно было во что бы то ни стало выведать у раненого. Необходимо было узнать, кто его убийцы, бежавшие отсюда, по-видимому, совсем недавно.
Марс вышел из блокгауза, обошел внутри ограды весь двор, освещая факелом малейшие закоулки. Нигде ни души! Если бы они с Джилбертом попали сюда утром, они, быть может, и застали бы кого-нибудь из обитателей форта, но, увы, они опоздали!
Мулат вернулся к своему господину и объявил ему, что они находятся у блокгауза Черной бухты.
— Сказал вам что-нибудь раненый? — спросил он.
— Нет, он потерял сознание и едва ли придет в себя, — ответил Джилберт.
— Попробуем, мистер Джилберт, привести его в чувство, — предложил Марс.
— Тут какая-то тайна. А помочь разгадать ее может только этот несчастный. Если он умрет…
— Верно, Марс, верно. Давай перенесем его в блокгауз… Быть может, там он придет в себя… Не умирать же ему тут на берегу!..
— Возьмите-ка факел, мистер Джилберт, — сказал Марс, — я и сам донесу раненого.
Джилберт взял горящий факел. Мулат поднял почти безжизненное тело и понес его через ворота блокгауза в одно из помещений форта, где и положил умирающего на охапку травы. Затем он поднес к его губам свою фляжку.
Сердце раненого еще билось, но очень слабо, с большими перебоями. Жизнь едва теплилась в нем… Неужели же он испустит последний вздох, не раскрыв им тайны?
Но несколько капель водки, казалось, оживили его. Он открыл глаза и устремил их на Марса и Джилберта, которые пытались вернуть его к жизни.
Он силился говорить… Какие-то слабые звуки сорвались с его губ… Быть может, чье-нибудь имя!..
— Говори!.. Говори!.. — твердил Марс.
Мулат волновался так сильно, будто вся его жизнь зависела от последних слов умирающего.
Невольник тщетно пытался что-то сказать, но у него не хватало сил.
В эту минуту Марс совершенно случайно нащупал у раненого в кармане какую-то бумажку.
Он мигом выхватил ее оттуда, развернул и прочитал при свете факела.
Там нацарапано было углем несколько слов. Вот они:
«Нас похитил Тексар
Почерк был Марсу хорошо знаком.
— Зерма! — вскричал он.
При этом имени умирающий открыл глаза и слабо кивнул головою, как бы желая подтвердить догадку.
Джилберт слегка приподнял раненого и спросил его:
— Зерма?
— Да, — чуть слышно отвечал негр.
— И Ди?..
— Да.
— Кто тебя ранил?
— Тексар…
И, сказав это, несчастный невольник упал мертвым на травяную постель.
8. ОТ КЭМДЛЕС-БЕЯ ДО ОЗЕРА ВАШИНГТОНА
Около полуночи Джилберт и Марс вернулись в Кэмдлес-Бей. Они насилу выбрались из Черной бухты.
Когда они покидали блокгауз, над долиной Сент-Джонса уже спускалась ночь. В бухте было совсем темно, и если бы не инстинкт, руководивший Марсом, они наверняка заблудились бы среди островков и протоков и ни за что бы не выбрались к реке. Сколько раз их лодка, наткнувшись на непреодолимую преграду, должна была возвращаться назад в поисках выхода из этого лабиринта! Марсу приходилось освещать себе путь факелом из смолистых ветвей, укрепив его на носу лодки. Но особенно трудно было отыскать тот единственный проток, который соединял бухту с Сент-Джонсом. Мулат никак не мог обнаружить брешь, проделанную их лодкой в зарослях тростника, сквозь которую они совсем недавно проникли в лагуну. К счастью, начался отлив, и убывающая вода сама увлекала за собою их легкое суденышко. Через три часа, быстро проплыв расстояние в двадцать миль между Черной бухтой и плантацией, Джилберт и Марс высадились на пристани Кэмдлес-Бея.
В Касл-Хаусе их ждали с нетерпением и не расходились по своим комнатам. Продолжительное отсутствие Марса и Джилберта всех тревожило. Обыкновенно они возвращались к вечеру. Что же случилось с ними? Быть может, они напали на какой-нибудь след, который приведет их розыски к желанному концу? Мучительное ожидание! Понятно поэтому, как все бросились навстречу пропавшим, когда те вошли, наконец, в холл.
— Ну что, Джилберт? — обратился Джемс Бербанк к сыну.
— Алиса права, отец, — ответил юноша. — Сестру и Зерму действительно похитил Тексар.
— У тебя есть доказательство?
— Читайте! — И Джилберт подал отцу клочок бумаги, на котором рукою мулатки было нацарапано несколько слов. — Сомнения нет, это испанец! — продолжал молодой офицер. — Он или его приспешники упрятали их в старый блокгауз Черной бухты. Там и было его тайное убежище. Зерма поручила одному из невольников передать нам эту записку. Но несчастный, от которого она, вероятно, и узнала, что Тексар собирается перебраться на остров Карнерал, поплатился жизнью за то, что согласился исполнить ее поручение. Мы нашли его умирающим от раны, нанесенной ему Тексаром, и оставили на острове мертвым. Правда, Зермы и Ди уже нет в Черной бухте, но мы знаем по крайней мере, в какую часть Флориды их увезли. Искать их надо в Эверглейдсе. Туда, отец, мы и должны завтра же отправиться…