Север. Цитадель
Шрифт:
Ну да, Император же никого не прислал в качестве Регента, что, кстати, очень странно. Именно сейчас есть отличный шанс захватить власть над Севером, почему же Айн этим не воспользовался? Возможно ли, что в соглашении действительно были и другие пункты, о которых Владыка или не знал, или не сообщил мне? Но о моих сомнениях прочим знать не стоит, так что смотрю на банкира прямо, уверенно, намного увереннее, чем чувствую себя, но Вауу я или где? И, о чудо, Милфейс отступает, вновь откидывается на стуле и замолкает. Не тут-то было.
— Йелла Мирвиэль, у вас есть
Банкир понимает, что сам загнал себя в угол — просто промолчать в ответ на прямой вопрос он не может. Высказать сомнения, значит, возможно, противопоставить себя большинству в Совете. Милфейс слишком труслив для этого, только при поддержке Бьернов он был бы готов воевать со мной до конца. Но Медведь молчит и у йелла Мирвиэля остаётся только один выход:
— Да, я признаю ваши права, Сиятельный.
Отлично. Теперь он уже не сможет позднее оспорить принятые решения, на основе невысказанного несогласия.
— У кого-то еще есть возражения?
Но никто больше не рискует говорить. Слишком быстро я взял их в оборот, так быстро, что опытные политики не успели подстроиться под меня, не смогли уловить узор беседы и перехватить инициативу. Это ненадолго, они скоро оправятся, я не обольщаюсь — им не потребуется много времени, чтобы просчитать меня, чтобы вычислить мои слабости, понять, как можно мною управлять. Но пока этого не произошло, нужно споро двигаться вперёд и я продолжаю:
— Раз возражений нет, то перейдем к повестке дня. С большей частью вопросов вы могли ознакомиться из разосланных йелла Маслаунимом материалов, но об одном деле я велел вас не информировать заранее. И начнем мы с него.
Градус подозрительности и настороженности еще немного возрос. га, я лошадка тёмная, хоть и светлой масти, кто знает, что я выкину дальше.
— Мастер Марсикх, встаньте, пожалуйста!
Тот, кому оставалось совсем недолго носить позорную приставку к имени, незамедлительно встал, хоть и поглядывал на меня с непониманием.
— Подойдите ко мне.
Так же молча дроу подошел, встал рядом с креслом-троном.
— На колени.
Проблески понимания засветились в его глазах, какая-то безумная надежда сверкнула и почти тут же погасла, а дроу опустился на колени, покорно склонив голову. Ну да, он же ожидает титул Малого Дома, а значит и исключение из Совета. Думаю, и шепотки между присутствующими переносили ту же мысль. Ох и весело сейчас будет!
— В награду за верную службу, прикрытую спину и спасённые жизни, по праву Младшего ерцога Севера, с Высокого разрешения Императора и по Божественному дозволению Ллос…
Чей-то громкий выдох раздался из людской части высокого собрания, но я не уверен, так как всё внимание моё приковано к внезапно вскинувшемуся дроу, чьи глаза знакомо округлились. Как мне нравится удивлять невозмутимых дроу! У них сразу так забавно вытягивается обычно кирпичеобразная морда лица!
— …провозглашаю бывших нарзи Цаде самостоятельным Домом и дарую им титул Высокого Дома…
Кто-то громко хмыкнул, кто-то удивленно крякнул, но никто не произнес ни
— …и по Воле Великой Тёмной Богини, Ллос, Прядущей Нити Жизни в Вечности, называю их Оуссзинге, Наследниками Руин. Мастер Марсикх, бывший глава нарзи Цаде, принимаешь ли ты новое имя?
Быстро, не раздумывая, дроу громко отвечает:
— Принимаю.
— Мастер Марсикх, глава Высокого Дома Оуссзинге, готов ли ты принести клятву крови от имени всего своего Дома и от имени всех будущих потомков?
И вновь, без единого колебания дроу перерезает себе вены на обоих запястьях:
— Я, Мастер Марсикх, Лоза на Стене, Глава Высокого Дома Оуссзинге, Вассального Дома Ледяной Цитадели, клянусь своей жизнью, своим разумом, своей силой, своей кровью, а также всеми, кто одной со мной Крови и одним со мной Домом, клянусь в вечной верности и покорности Великому Дому Вауу. По воле Вауу мы будем рождаться, жить и умирать. Не нарушим ни словом, ни делом, ни бездействием верности служения. Будем хранить, приумножать и несть в Мир власть Великого Дома Вауу. Отныне и во веки веков!
На последних словах, коленопреклоненный дроу протягивает меня свои ладони, почти полностью наполненные густой кровью. Самое неприятное, что мне предстоит выпить всю эту кровь до последней капли, что я и делаю, а после быстро залечиваю ранку. Малое Заживление как никогда кстати, жаль только не может избавить от солоноватого привкуса во рту.
— Я йелла Раэль Вауу, Белый Вихрь, Наследник Великого Дома Вауу, Первого Дома Ледяной Цитадели, Истинный Инкуб, Посвящённое Дитя Льдов, Младший Герцог Севера принимаю твою клятву крови и дарую тебе домен Чёрного Замка. Поднимись и вернись на своё место.
Глаза новоиспеченного Оуссзинге наполняются краснотой, но этого никто не замечает. Если бы я взорвал рядом с ними одну из гномьих петард, эффект наверняка был бы меньше. Все присутствующие тут же загомонили, возражая, возмущаясь. Ну конечно, кто из них не мечтал прибрать к рукам Чёрный Замок? Развалины? Да, но с каким потенциалом! Молчали четверо: Владыка Малаголил, йелла Дайгрим, Мастер Ямир, ну и Наставник. Последний, на правах моего учителя решил навести порядок:
— Тихо! С каких пор решения Герцога обсуждаются? Тем более, что домен Чёрного Замка — это древние владения Правителей Севера! Что хотят, то и делают с ними! Чего вы всполошились, как торговки на базаре, будто у вас что-то украли?!
— Но Владыка Тайзен, Чёрный Замок — это стратегически важный объект для обороны Севера, его нельзя отдать…
— Кому, Мастер Тито? Их исконным владельцам? Цаде его построили, теперь их потомки и наследники будут там жить. Или вы плохо поняли намёк от Ллос?
Свизрен нахмурился, но заткнулся. А Мастер Кирмиль неожиданно встала и, слегка повернувшись к Мастеру Марсикху, торжественно произнесла:
— Наследник Руин, примешь ли ты нас под своды нашего некогда общего дома?
— Конечно, Кирмиль. Вам всегда будут рады в Чёрном Замке…