Север
Шрифт:
Красный как осенняя рябина Велопутов лишь растерянно развел руками. Зато неожиданно ответил сам дикарь:
— Шека главный! Самый храбрый, самый сильный найнен!
— Что еще за найнен? Вождь?..
— Воджть! — закивал варвар. — Йохтая. [13] Найнен-йохтая. Главный дженчин!..
— Что?!.. — полезли на лоб глаза у начальника охраны. — Женщина?!.. Что еще за хрень?..
— Найнен по-фински — точно женщина… — пробормотал Велопутов.
— Это ты, конечно, успел выучить!.. — фыркнул Сошин.
13
Йохтая (johtaja) —
Лицо несчастного охранника запылало так, что, казалось, сейчас на нем вспыхнет одежда. А начальник охраны продолжал недоумевать:
— Но неужели ими заправляет баба?!.. Вот те на!..
Собравшиеся заулыбались, запереглядывались. Это не ускользнуло от внимания Сошина.
— И что?! — прихлопнул он ладонью по столу. — Это что-нибудь меняет, по-вашему?.. Кандалакшу-то они разрушили! И не ее одну, похоже. Вот, Николай говорит, что они распределяются по всему нашему периметру, до нас, во всяком случае, точно добрались… — Тут он вспомнил, что его слушает и один из варваров, поморщился и приказал стерегущим пленного охранникам: — Уберите его!
— Куда? — встрепенулся один из них. — Совсем?..
— Я тебе дам «совсем»! — погрозил бойцу начальник охраны. — Мы-то ведь пока еще не дикари!
— А куда тогда? В городскую каталажку, что ли, везти?..
— В каталажку сейчас не надо… — задумался Сошин, а потом махнул рукой: — Да бросьте пока в подвал. И покормите чем-нибудь…
— Эн!!! — подскочил, словно ужаленный, варвар. — Не надо подвал!!! Не надо кормить!!!
— Чего это он?.. — удивленно заморгал начальник охраны.
— Так мы же грозились им змея в подвале накормить, — сказал Нанас. — Вот он и…
— А-а!.. — заулыбался Сошин и сказал дикарю: — Змея мы выпустили. Ты же его не хочешь кормить, вот и пусть его твои друзья в лесу попотчуют. Так что подвал свободен, садись смело.
Когда пленного увели, начальник охраны, прищурившись, окинул Нанаса подозрительным взглядом.
— Насчет змея этого ты хорошо придумал, но дикарь-то почему тебе поверил?
— Да не придумал я ничего! — подскочил парень. — Я ведь рассказывал: он меня едва насмерть не задавил!
— Змей?
— Змей! Белый змей.
— Что, в самом деле белый? Может, то заяц был? — хмыкнул Сошин, и его поддержали несколькими неуверенными смешками.
— Не заяц! Он длинный, толстый, обвил меня, сжимать сильно начал, потом за руку зубами схватил. Вот… — подтянул Нанас обшлаг рукава и выставил напоказ багровеющее кровоподтеками запястье. — И шерсть у него короткая, жесткая и белая, а лап нет, только плавники какие-то спереди…
— Ну, ты прям все собрал, — недоверчиво помотал лысиной Сошин. — И шерсть, и плавники, и волчьи зубы… Только вот на змея мало похоже. Тому, вроде как, плавники и шерсть не полагаются. Да и не слышал я, чтобы у нас такие страхолюдины водились.
— Но это правда! — обиженно заморгал Нанас. — Зачем мне придумывать? Можете у Киркина спросить,
— Ладно, спросим, — отмахнулся начальник охраны, потеряв интерес к белому змею. Потом обвел присутствующих взглядом и сказал уже куда более серьезным тоном: — Главное нам сейчас разбить варваров. А для этого необходимо наметить тактику действий…
Нанас почувствовал, что голос командира стал его убаюкивать. Произносимые тем слова стали складываться в совершенно непонятные фразы, словно Сошин тоже стал разговаривать на финском языке. Голова юноши то и дело норовила упасть, а глаза закрывались, как бы он их ни старался таращить. Дикая усталость давала о себе знать, но признаться о своем состоянии ему было стыдно.
К счастью, Сошин сам все быстро понял.
— Иди-ка ты спать, герой, — сказал он парню. — Ты свое дело на сегодня исполнил. Да и раньше утра, думается мне, варвары не нападут, им тоже спать требуется. Так что с утра сюда и явишься.
— А… куда же мне идти?.. — кое-как разлепил сонные веки Нанас.
— И впрямь… — почесал лысину начальник охраны, а потом взял со стола рацию и сказал в нее: — Парсыкин, Костя, слышишь меня? Подойди.
Почти сразу же дверь распахнулась, и в комнату вошел водитель.
— Слушаю вас, Сергей Викторович!
— Бери этого героя и вези его в общежитие. Скажешь коменданту: я велел поселить. Пусть найдет ему койку и поставит на довольствие. Документами позже оформим, когда с дикарями разберемся.
— Есть везти в общежитие! — заулыбался Парсыкин. — А мне назад возвращаться?
— Не надо, я все равно здесь до утра пробуду, если что — вон, на лавке прикорну. А ты Лопареву помоги устроиться, покажи, где там и что. А утром доставишь его сюда. Все понятно?
— Так точно!
— Тогда исполняй. Да, зайдите в оружейку, пусть сдаст автомат… — Заметив, как дернулся Нанас, начальник охраны буркнул: — Не навсегда, до завтра. Ты не внутренник, чтобы с оружием по городу шляться.
Когда пошатывающийся от усталости Нанас вышел из теплого помещения на холод, сонливость слегка отступила. Во всяком случае, достаточно для того, чтобы вспомнить о Наде. Парня даже бросило в жар, несмотря на вполне ощутимый морозец: как же он мог так надолго забыть о любимой?!.. А ведь она-то наверняка переживает сейчас о нем, беспокоится… А если еще Надя догадалась обратиться на пост и ей ответили, что его отправили драться с варварами, — вообще сейчас с ума сходит!..
— Костя, — обратился он к Парсыкину, — давай сначала съездим к Наде? Пожалуйста!
У водителя, который как раз открывал дверцу машины, лицо сразу сделалось очень кислым.
— Ну куда мы ночью поедем? Она, поди, уже спит давно…
— Не спит, — принялся уговаривать его юноша, — она меня ждет! Она ведь не знает, что со мной, как… Ну давай съездим легохонько! Очень тебя прошу!
— А, ладно!.. — махнул рукой Костя. — Поехали. Только быстро. Покажешься ей — и назад. Я тоже, между прочим, спать хочу. А до утра не так долго осталось.