Север
Шрифт:
От этого намека я покраснела, но послушно улеглась под горячий бок Севера, практически сразу уснув. Во сне я видела величественного белого медведя, что неспеша идет по льдам, закрывая собой хрупкую белокурую девушку, которая радостно улыбается зверю, держась за него рукой...
Я даже не знаю, от чего именно я проснулась....
Потому что стало прохладно? Что я перестала ощущать на себе горячие сильные руки моего огромного Бера? Или что над ухом назойливо звучал шипящий рык Янтаря?....
– Не делай этого, брат! Мы - одна семья, и хрена с два вы пойдете туда одни!
– Янтарь, успокойся
– НИ-ХРЕ-НА!
Я села, кутаясь в меха и сонно потирая глаза, пытаясь рассмотреть своих медвежьих братьев, которые возвышались надо мной, напряженные и злые, отчего сон сгинул под лед, словно его и не было.
Холодок предчувствия чего-то явно нехорошего прошелся по спине морозной поступью, и дело было не в том, что Север стоял рядом с Лютым, изогнув брови и пытаясь угомонить разъяренного Янтаря, глаза которого буквально извергали огонь, а не рядом со мной, согревая своим жаром.
– Прекрати эту истерику. Мы решили. Точка.
Голос Лютого как всегда был подчеркнуто холодный и колкий, что никто в здравом уме и твердой памяти не рискнул бы с ним спорить, только Янтарь и Туман были явно не из этого числа, сжимая свои кулаки с такой силой, что костяшки пальцев хрустели.
– Может, соизволите нас спросить для начала?
– прорычал Туман, хмуря свои черные брови, отчего я растерялась окончательно, неловко поднимаясь на ноги, оказываясь в самом эпицентре спора, пока совершенно не поминая по какому поводу были эти эмоции и рыки, но отчего-то содрогаясь уже заранее.
– Нет. Все решено. Вы только зря тянете время.
– ...что здесь происходит?
– тихо спросила я, понимая, что мой голос уже дрожит, хотя я еще не понимаю смысла происходящего. Проблема была в том, что даже расположение Беров говорило о том, что в семье произошел какой-то раскол, разделивший братьев на две непримиримые стороны. С одной стороны стояли Север и Лютый, выглядя так, словно устали от пустой болтовни, только если Лютый от этого явно злился, то Север умоляюще глядел на своих братьев, словно взглядом просил успокоиться и понять. По другую сторону полыхали яростью Янтарь и Туман, что не собирались отступать от своей позиции, не боясь Лютого, и не принимая позицию Севера. Сбоку от всех стоял Ураган, который пока молчал, буровя недовольными глазами чистокровных Беров, но и не вступаясь за Янтаря и Тумана...и слева от Лютого стоял Свирепый, напряженный и скованный, отчего его ямочки на щеках появились снова, но в этот раз не от улыбки, а потому что Бер плотно сжал свои губы, хмурясь и находясь явно не в восторге от происходящего.
Я же была посередине между всеми, дрожащая и перепуганная.
– Все в порядке, девочка, ты зря проснулась так рано, - Север тут же потянулся ко мне, обвивая своими руками и осторожно целуя, только вот его синие глаза смотрели так, словно и у меня просили прощения.
– В порядке?!
– снова взорвался Янтарь, дернувшись вперед, но остановившись, не сделав и шага, - ты хотя бы о ней подумай, брат!!
Сердце испуганно сжалось, когда я обхватила ладонями горячую руку Севера, сжав и боясь отпустить:
– О чем речь, Север? Что пытается сказать Янтарь?...
– Что ничего страшного не происходит....- начало было Север, сладко улыбаясь и касаясь
– Серьезно? По твоему это простая прогулочка?
– Брат, ты преувеличиваешь значимость этого мероприятия....успокойся уже.
Понимая, что они так и будут перепираться до скончания века, я перевела взгляд на Свирепого, который, как мне казалось, был той серединой весов, которая всегда находится в центре, не принимая тяжести ни одной из сторон, уравновешивая и отрезвляя.
Бер удивленно моргнул, когда я тихо прошептала, зная, что он услышит даже сквозь рев двух Беров:
– Пожалуйста, скажи....
Растерянность Свирепого и его ясные голубые глаза, которые метнулись на секунду к Северу, словно спрашивая его разрешения, не сулили ничего хорошего, только Белый брат, вдруг склонил свою белокурую голову, ответив так же тихо и осторожно, словно как всегда тщательно подбирал каждое произнесенное слово во внезапно воцарившейся тишине:
– Братья совершили покушение на короля рода Белых. По законам Беров это не может остаться безнаказанным. Наши воины дали время, чтобы все поправились и отошли от ран, но теперь они требуют битвы, чтобы отомстить за тяжелые ранения, нанесенные их королю и отцу. Это дело чести, Мия...этим утром они официально заявили о своем желании братьям...
– ... и братья согласились, - едва слышно выдавила я, бледнея и теряя почву под ногами, потому что лишь сейчас увидела шестерых воинов, которые ожидали на улице у самого входа, глядя зло и пронзительно на мою семью, словно насмехаясь над тем, как мои родные Беры спорили между собой. Огромные. Специально обученные и чистокровные....
Я тяжело сглотнула, не чувствуя собственных конечностей, переведя взгляд на Янтаря, который растерял свою ярость, теперь встревожено глядя на меня:
– Тогда о чем вы спорите, если уже приняли это решение?...
Север поморщился, чуть дернув бровью, глядя на Янтаря так, словно говорил с ним в этот момент на языке жестов, только ведь Беры не умеют врать...и Янтарь, поморщился тоже, тихо проронив:
– Лютый и Север решили пойти вдвоем на этот бой.
– Двое против шестерых?!
Все Беры кивнули одновременно, когда я пошатнулась, и донесся насмешливый ядовитый голос одного из ожидающих на улице воинов:
– Передумали, девочки?...
Вот только насмехающееся лицо ретировалось сразу же, стоило только Свирепому резко повернуть голову в направлении выхода. Но ненадолго... скоро один из воинов решил войти обратно, только совсем не для того, чтобы объявить, что они принимают мир и не собираются драться.
Беров мясом не корми - дай кулаками помахать....
Нагло и вальяжно он вышагивал вперед, не отводя своих голодных серых глаз....от меня!
Его не пугал, не смущал и никак не корежил тот факт, что я нахожусь в руках моего мужа, которому принадлежу душой и телом, испугавшись еще сильнее, когда почувствовала, как под моими ладонями напряглось огромное тело Севера, и дыхание изменилось став звериным - один протяжный вдох и два резких выдоха.
– Это не все, - пробасил воин, откидывая за широкие плечи свою косу, и, сверкнув глазами по мне, повернулся к Северу, - я хочу ее.