Севера. Часть 2
Шрифт:
– Итак, товарищи, можете, если хотите, считать себя господами-министрами. Сейчас, когда наше положение более-менее стабилизировалось, мы переходим к полностью плановому хозяйствованию. Понятно, что будут какие-то форс-мажоры, какие-то внезапные события, но основная работа будет вестись согласно планов, которые вы сами для себя составите, исходя из заданных целей, и которые согласуете со мной. За выполнение этих планов будете отвечать. И передо мной, и перед всеми людьми. Работы нам предстоит непочатый край. Нужно фактически с нуля создать всю инфраструктуру поселения, дать людям все необходимое вплоть до парфюма, и обеспечить их защиту, что от диких зверей, что от всяческих бандитов вроде тех же албанцев или уголовников. Расклад по людям вы знаете. Здесь, в крепости, сейчас пятьдесят восемь человек, не считая временно пригретых
Михайленко кивнул, соглашаясь. На его лице появилось удовлетворенное выражение, будто он давно ждал чего-то подобного и, наконец, дождался. Бородулин же продолжал:
– Рома, тебе тоже нужно строить свою картотеку, - обратился он к медику. – Заводи медицинские карты на всех жителей, планируй медосмотры, выявляй хронические заболевания. Закончишь здесь, в крепости, командируем в Озерный, а потом и в другие поселки. Формируй аптеку, пиши заявки на лекарства, на медицинское оборудование – там, капельницы, шприцы, кардиографы, ингаляторы и прочее. С нашим комендантом подбери комнаты для медицинского кабинета и там обосновывайся со всем своим хозяйством. Если что, можешь и поселиться там же, неподалеку. Да, для стоматологии тоже нужно комнату определить. Поставь задачу стоматологу, пусть подготовит список оборудования, само собой, в рамках весового лимита.
«А мальчик-то матереет», - мимоходом отметил Андрей.
– «Давно ли робко топтался у стенки, а сейчас уже сидит наравне со всеми. Лишь бы не зазнался, ну да это подправим».
– Эдик!
Тропинин, погрузившийся в какие-то свои мысли, дернулся, чуть не упав с табурета.
– Твоя вольница заканчивается. Ты, как глава технической службы, ищи помещение, можешь занять один из домов вне крепости. Твоя задача – чтобы вся техника, какая есть у анклава бесперебойно работала. Поставь на учет каждый механизм, каждый лодочный мотор. Распиши графики планового обслуживания по каждой учетной единице. Оборудуй мастерскую. Подготовь списки инструмента и оборудования. Параллельно разбирайся с лесопилкой. Нужны доски, хотя бы и сырые. Надо пилить лес, много пилить. Потребность в стройматериалах просто гигантская. Часть сразу в дело пустим, часть – в сушку положим. Предложения по сушилке представишь через день. Помощника своего запрягай на всю катушку. Но и техника безопасности чтобы была на высоте, чтобы никакого мне - слышишь? – никакого производственного травматизма. Ясно?
Доморощеный умелец несколько ошалело кивнул, а Бородулин уже переключился на следующего:
– Сергей! Во время рейда к албанцам связь была не слишком хорошей.
– Андрей Владимирович, тут есть несколько причин… - начал было радист.
– Причины, Сереж, это для тех, кто понимает. Мне от тебя нужны конкретные предложения по улучшению качества связи вместе со списком необходимого: антенны, усилители и прочая твоя тряхомудь. А также на тебе инвентаризация всех раций и привязка носимых к конкретному человеку. Кроме того, подумай о разделении частот. Эфир здесь пустой, так что рулить им будешь ты. Еще одна задача – дать возможность шифрования переговоров. Некоторые вещи должны быть скрыты от посторонних ушей. Подготовь рации для установки на судах. И здесь, и на озере.
– Сделаю.
Набрав темп, Бородулин пошел озадачивать одного за другим. Следующим по его списку был биолог.
– Аркаш, ты до весны на общих работах. Только заранее прикинь, что будем сеять, где и что для этого нужно. Семена, удобрения, сельхозинвентарь и прочее.
– Понял.
– Николай Михайлович!
– Я весь внимание.
– Вы, Катя Новикова и обе ваши команды до весны тоже на общих работах. Если появятся какие-то предложения по оснащению судов,
– Коля!
– Слушаю!
– От тебя жду схему распределения между поселками трофеев и подарков от Экспериментаторов. Кроме того, если есть резон, выдай предложения по модификации того оружия, которое будет у твоих ребят. Ну и остальные задачи, касающиеся обучения людей. То есть, организация стрельбища, подготовка плана занятий и все остальное. И еще: нужно поговорить с молодым Юрой и наладить радиальные разведывательные выходы из поселка. Сейчас болота замерзнут, на лыжах можно будет пройти куда угодно. Километров на десять удаления, группами по три человека. Нужно осмотреть окрестности на предмет чего-нибудь интересного. Когда замерзнет река, сделаешь то же самое на другом берегу.
– Есть!
– Ну вот, все получили указания. Но это все день сегодняшний. А теперь давайте сообща подумаем о будущем. Как мы собираемся жить и развиваться дальше. Вы должны были подготовиться, подумать. Прошу высказываться.
Все высказались. Кто-то коротко и четко, кто-то путанно и витиевато, но все ораторы сходились к тому, что территорию откусили изрядную, надо бы теперь ее обживать и обустраивать. Собственно, Бородулин и сам склонялся к этой идее. В самом деле, создан устойчивый анклав, который вполне может обеспечить основные свои потребности. Теперь надо развивать поселения, выискивать по лесам новых попаданцев, строить инфраструктуру. Смущал лишь один момент: все серьезные приобретения, все бонусы от Экспериментаторов доставались именно тогда, когда они не сидели ровно на пятой точке, а двигались. И чем активнее двигались, тем весомей был приз. Впрочем, сейчас, по зиме, движение в буквальном смысле заморожено. Так что в ближайшие полгода, как бы того ни хотелось, придется c активными действиями притормозить.
– Хорошо, так и запишем. А теперь я жду от вас конкретных предложений по реализации генеральной линии. Желательно, с обоснованием.
Вечером того же дня к Андрею зашел Михайленко.
– Поздравляю вас, Андрей Владимирович. Сегодняшний день можно без преувеличения считать днем рождения государства.
– Вы так считаете?
– Да, считаю, и могу объяснить.
– Будет любопытно услышать.
– Извольте. Государство – по определению – это организация. Его основа – это бюрократия. А у нас до сих пор было, простите, сборище людей. Племя, община, если хотите. Да, какое-то направление движения им придавать удавалось. Но вы ведь сами ощущали, что этого было недостаточно для эффективного управления. А теперь все в порядке. И более того, вы еще увидите, что и люди в большинстве своем одобрят такой ваш заход.
– Если честно, я в этом не уверен.
– И напрасно. Вспомните, как часто в нашей прошлой жизни народ поминал твердую руку. Да и моя собственная бабушка, светлая ей память, говорила бывало: «Сталина на вас нет». Но ведь твердая, сильная власть – это не обязательно репрессии и лагеря. Это, в первую очередь, экономическая и политическая стабильность общества и возможность с разумными затратами удовлетворять материальные и духовные потребности людей. Вот вы эту твердость власти и продемонстрировали.
– Вы говорите убедительно, Станислав Наумович. Но мне бы хотелось ваши слова обдумать.
– Думайте на здоровье, у вас вся ночь впереди.
Михайленко улыбнулся, но тут же посерьезнел.
– Но я, собственно, зашел по другому вопросу.
– Что ж, задавайте свой вопрос.
Заместитель подошел ближе и понизил голос.
– Андрей Владимирович, я заметил, что среди прочей литературы вы заказывали вполне секретные наставления по обращению с оружием.
– Было дело.
– Так вот: раз Экспериментаторы дают вам такую литературу, может, дадут возможность получить личные дела людей? Из полиции, спецслужб каких-нибудь. Да хоть те же медицинские карты. Все Роме попроще будет. Да и мне тоже. Раз вы меня на кадры посадили – не думайте, я не против, - но хотелось бы знать о прошлом наших граждан. Вот мы, к примеру, приняли к себе остатки мажорной группировки. А, может, они патологически асоциальны? Надо это выяснить прежде, чем возникнут проблемы. А то сейчас они отогреются, успокоятся, решат, что от… отлегло, в общем. И возьмутся за старое.