Северо-восток
Шрифт:
Я вздрогнул и оглянулся. Никого.
– Ты где?
– В Караганде! – непонятно отрезал неизвестный.
По моей спине скользнуло что-то липкое и шероховатое одновременно. Наверное, сорвал комок ржавой грязи с трубы. Но разобраться со спиной я не успел.
– Смотри! – воскликнул невидимый спаситель.
Я машинально оглянулся и… ничего не увидел. «Студень» исчез. На месте кровавого пиршества остались только тщательно обглоданные кости самки рукокрыла.
– А Поле где? Испарилось? – удивленно уточнил я.
– Ага,
– Чего сделало? – не понял я.
– Если оперировать твоими, примитивными, понятиями, то утолило первый голод, – снисходительно пояснил неизвестный.
У меня от его тона аж кулаки зачесались. Если бы он сегодня не спас мне жизнь, точно в репу получил бы!
– Ну и чего стоим, кого ждем? – сварливо поинтересовался незнакомец. – Ты выбираться отсюда думаешь или как?
Я решил пока проигнорировать его вызывающий тон и осмотрелся по сторонам. Уходящий вправо-влево коридор с трубами по-прежнему тонул во мраке. Идти туда мне категорически не хотелось. Лучше выбраться обратно на верхний этаж и попробовать спуститься по лестнице. Если Поле Смерти и впрямь наелось, то, наверное, мимо него можно проскользнуть безбоязненно.
На всякий случай этот момент я решил уточнить у незнакомца.
– Там можно пройти? – Я указал на пролом, за которым притаилось невидимое теперь Поле.
– Да, – откликнулся он. Я уже сделал было шаг в ту сторону, когда незнакомец ехидно добавил: – Можно, если тебе жить надоело. Если страдаешь мазохизмом и жаждешь испытать перед смертью ну очень болезненные ощущения.
Я так и застыл с занесенной ногой.
– Поле Смерти никуда не делось, просто стало прозрачным, – терпеливо и на этот раз серьезно повторил спаситель. – Если войдешь в него, погибнешь. Понял?
– Значит, пойдем в обход, – я смерил взглядом темные рукава коридора, прикидывая, в какую сторону идти. – А сам-то ты где?
– У тебя в голове, – ехидно хмыкнул незнакомец. – Ты разве не заметил, что мы с тобой разговариваем не вслух, а мысленно? Вернее, это я мысленно, а ты ревешь как раненый тур.
Мне резко поплохело. Я вдруг четко осознал, что невидимый собеседник говорит правду – голос раздается не снаружи. Он и в самом деле звучит только у меня в голове!
– Я твой глюк, – продолжал издеваться неизвестный. – Ты хоть знаешь, что такое глюк?
Конечно, я знал. Это когда люди начинают видеть то, чего нет. Есть у нас в Кремле один такой блаженный. Однажды он слишком долго рядом с Желтым Полем Смерти проторчал – изучать его пытался. Изучить не изучил, а рассудком подвинулся. Теперь к нему каждый день глюки в гости приходят.
Погоди-ка, погоди-ка… Так, может, и я уже того?.. Вот же оно – Поле Смерти, за стенкой! Наверное, никакого спасителя и впрямь нет, а есть галлюцинация, навеянная близостью к Полю, и я с ней разговариваю. Так же
От этих мыслей мне аж плохо стало. Захотелось очутиться как можно дальше отсюда – от Поля и от глюков.
Я машинально сделал несколько шагов в сторону от пролома.
Тут мой несуществующий собеседник опять напомнил о себе:
– Ты ножками-то активнее перебирай. Не спи на ходу. А то заснешь и больше уже не проснешься… Налево иди, – скомандовал он.
Я спорить не стал. Налево так налево. Лишь бы подальше отсюда.
Через пару шагов моя нога наступила на что-то невероятно твердое. Света тут еще хватало, и я сумел рассмотреть на полу странный скелет. Внешне один в один человеческий, только череп и кости сверху зачем-то покрыли металлом. Причем не сталью, а каким-то другим, прочным и в то же время невероятно пластичным. Я такого металла никогда не видел, но сразу в него влюбился. На вид тускло-серый со свинцовым отливом, он был не просто живым, а… не знаю, как сказать… каким-то родным, что ли. Даже больше. Такой металл мог бы быть частью человека. Эх, меч бы из него отковать, ему б цены не было!
– Это тантал, вернее, танталовый сплав, – пояснил глюк. – И ты очень верно подметил: он биологически совместим с живыми организмами. Именно поэтому танталовый сплав использовали для укрепления костных тканей скелета. А меч из него и впрямь неплохой бы получился… если бы какому-то идиоту пришла в голову блажь понапрасну тратить драгоценный металл на всякую муру.
Я машинально сжал кулаки и поиграл желваками. Это ж надо такое про меч сказать. Мура! Да что этот глюк зачуханный понимает в оружии!
– Уж побольше твоего, – холодно парировал он, отвечая на мои невысказанные мысли.
Я решил проигнорировать его. Принялся с интересом разглядывать находку. Потрогал покрытые танталовым сплавом кости ногой.
– Ты своими копытами не очень-то шеруди! – обозлился глюк. – Вот тебе бы понравилось, если бы твой собственный скелет ногами пинали?
Я вновь промолчал. Будем считать, что никакой галлюцинации и в помине нет. Ведь если делать вид, будто с тобой не происходит ничего необычного, то ты вроде как нормальный. По крайней мере окружающие станут думать именно так…
Глюк не обратил внимания, что я его игнорирую, и продолжал сварливо читать мне нотацию:
– Вы, хомо, самые настоящие дикари. Вот кио никогда бы не стал топтать твои кости. А ты его…
– Кио? – перебил я. – Это скелет кио?!
От удивления я совсем позабыл о своем намерении не замечать разговорчивую галлюцинацию.
– Да, это останки кио. Причем не простого, а координатора, – в голосе глюка послышалась смертная тоска. – Девяносто Девятого…
– Почему девяносто девятого? – не понял я.