Северо-Запад
Шрифт:
— Направленный, — сказал я, предупреждая язвительные Настины пояснения. — Ну что, даешь?
— Бери, — обреченно махнул рукой Данила. — Только если не получится, обидно будет. Шлем старой ковки, один из лучших в Кремле. Боярский…
— Только не стони, ладно? — скривилась кио. — Лучше без кепки походишь, чем с нео на стенах махаться.
— Должно получиться, — сказал я.
Коническую верхушку шлема Данила, вздохнув, снес мечом. Отличный удар, после которого на лезвии появилась заметная вмятинка. Дружинник вздохнул вторично.
— Ладно тебе, оселком подправишь.
Надо же. А мне показалось, что кио за время моего отсутствия превратилась в конченую стерву. Рад, что ошибся.
Я заполнил шлем взрывчаткой и вставил в него механический детонатор замедленного действия с восьмисекундной задержкой. По сути гранатный запал с чекой, но применяемый для взрывных работ. К ручке боевой чеки я привязал длинный кусок парашютной стропы, который вывел через глазницу стальной полумаски. После чего аккуратно забил получившийся кумулятивный заряд в нишу. Оставалось чем-то заблокировать открытую часть шлема, причем заблокировать основательно.
Мы сообща оторвали последнюю пару ржавых, но все-таки сохранившихся дверей камер и закрыли ими дыру в стене. Дополнительно в тех же камерах из пола были выдраны железные «шконки», которые забили враспор, эдакой баррикадой от стены к стене, благо камера была небольшая. Естественно, что осуществлялся процесс за счет грубой силы мутантов и мудрого руководства генератора идей. То есть меня. Выдирать из пола и косяков железяки мне было не по силам, а вот направить мощь гипертрофированных мышц в нужное русло — это мы завсегда и с удовольствием.
Наконец между двумя стенами тесного карцера выросла довольно мощная перегородка.
Я взял в руки стропу и кивнул народу на коридор.
— Вылезайте из этого подвала. Стропы у меня не километр, и по саперному делу я далеко не отличник.
Признаться, сейчас я остро пожалел, что, как в прошлый раз, не запасся дистанционным пультом управления и радиодетонаторами. Помнится, после успешного применения такой комбинации я получил в качестве трофея ядовитые железы матки руконогов. Уже в своем мире, на Украине, я загнал их одному знакомому профессору за очень приличную сумму. Но за удобства приходилось платить немалые деньги, которые я предпочел вложить в нулевое огнестрельное оружие. Правда, сейчас от него остались одни воспоминания… Н-да, знал бы где упасть, упал бы в другом месте. И если сейчас меня завалит на хрен в этом подвале, то, кроме себя, винить некого. И Фыф, зараза, не говорит, что в этом схроне спрятано. Может, вообще впустую вся эта возня…
Я вышел в коридор, осторожно стравливая белый шнур между пальцев, и прижался спиной к стене. Всё, девять метров. Длиннее строп для Д-шестого парашюта не делают. Можно, конечно, связать несколько вместе, но толку от этого немного. Один хрен, если потолок обвалится, то по закону подлости обязательно на мою голову. В общем, впредь деньги впустую не тратим, а на весь наличный капитал запасаемся ультрасовременной снарягой. А пока…
А пока что я дёрнул стропу. После чего, почувствовав образовавшуюся слабину, развернулся на сто восемьдесят и рванул по коридору, освещая
Добежал. И тут фонарь выхватил из темноты глазищи.
— Какого…
Договорить я не успел — позади грохнуло. С потолка посыпалось что-то, раздался треск…
По саперному делу у нас были краткосрочные курсы во Французском легионе. Но какие побочные эффекты могут быть от применения кумулятивного заряда в замкнутом пространстве, я забыл напрочь. Потому на всякий случай прыгнул вперед, сбил с ног юную нео и накрыл собой сверху. Если потолок рухнет, Данила точно постарается разгрести завал. Глядишь, Рут выживет…
Потолок выдержал. Только рядом со мной грохнулся на пол приличный кусок отвалившейся штукатурки — и на этом дело кончилось.
— Не вставай, а? — донеслось снизу.
Вот черт! «К нам сегодня приходил снайпер нео-зоо-фил…»
Но это было еще не все. За мгновение до того, как я вскочил на ноги, над моей головой раздалось недоуменное:
— А чего это вы здесь делаете?
Естественно, по-другому и быть не могло. На лестнице стояли Данила с Настей, держа в руках факелы.
— Не видишь, что ли. Снайпер дырку пробивает. Кумулятивно, — сказала Настя.
— Смешно, — довольно сурово произнес Данила. — Знаешь чего, красна дева, заткнулась бы ты. А то я рассержусь ненароком и кой-кого говорливого воспитаю розгами по округлостям.
Сомневался я, что Данила сумеет осуществить свою угрозу. Да и почувствует ли боевая машина в женском обличье шлепки по роскошной попе — большой вопрос. Но, с другой стороны, в одном кио права. Надо уже определиться со статусом Рут, которая, похоже, твердо решила записаться ко мне если не в жены, то в наложницы. А я пока не настолько социально адаптировался в этом мире, чтобы заводить себе лохматую любовницу нежного возраста с мордочкой симпатичной обезьянки.
Все это промелькнуло в моей голове, пока я вставал с Рут, а потом удерживал юную нео, рассвирепевшую не на шутку. Честно говоря, это было нелегким делом — оскорбленная в лучших чувствах леди обладала первобытной силой. Настя расслабленно стояла на лестнице, держа в руках факел, и ее сладкая улыбка не сулила ничего хорошего. Я прекрасно помнил о скрытых способностях кио и понимал, что если Рут вырвется, то жить ей останется не больше секунды.
— Хорош рычать! — сказал Данила. Он подошел к нам, взял нео за загривок и слегка встряхнул. Рут послушно рычать перестала и захныкала, как провинившаяся школьница:
— А чего она…
— Хорош! — повторил Данила. — Обе. Не забыли зачем мы здесь?
— Вот это в точку, — сказал я, вытаскивая пальцы из шерсти на спине нео. — Пошли посмотрим, на что мы твой шлем извели.
…Баррикаду смяло взрывом в невообразимый ком рваного железа. Но и дыра в стене увеличилась существенно. Теперь она была размером почти в рост человека.
Данила уважительно крякнул и протянул мне факел — мол, кто дел наворотил, тот пусть первый и смотрит на результаты своей затеи. Эдакий жест уважения, после которого воспользоваться фонарем уже было как-то неудобно.