Североморье
Шрифт:
...Шумящий темный лес, скрип колес, негромкий говор и освещенная впереди дорога факелами - я крепилась....Но что-то нехорошее, темное уже караулило мое сердце, не давая нормально вздохнуть. И уткнувшись Джону в грудь, сжав руки, зашептала молитву....
А впереди показались огни поселения, закрытые наглухо ворота, и сторожевая вышка... Мы приехали. Меня сразу провели на второй этаж крепко сколоченного большого дома, в небольшую комнату...Дом Карла Дюшуе, главы поселения. Осмотревшись, увидела трюмо с зеркалом, кровать с балдахином, шкаф; на одной из темных деревянных стен полка с большим количеством книг, в бархатном переплете...В дверь, чуть позже, постучала девушка-служанка, представившись Нирой, принесла кувшин с полотенцем, платье и предложила мне помочь. Ее помощь
Приведя себя в относительный порядок, я спустилась вниз, в освещенную большую комнату с несколькими людьми. От стен шел яркий свет - массивные канделябры со свечами, деревянный большой стол сдвинут в сторону, освобождая пространство в центре; улыбающиеся довольные лица крепких, невысоких мужчин - они даже чем-то похожи между собой; три дамы музицируют в дальнем углу - среди них своей грацией выделяется одна, невысокая темноволосая девица, листающая нотную тетрадь. Две другие чуть в возрасте, и не замолкают ни на секунду. Через миг на меня было обращено самое пристальное внимание... Несколько потерявшись, вдруг услышала голос Джона: 'Дамы и господа, позвольте представить вам мою невесту - Елену Ховард' - и крепкая рука бережно сжимает талию. Он рядом, хватит дергаться... Искоса посмотрев на него, замечаю и улыбку, скользящую по губам, и внимательный взгляд темных глаз, говорящий мне: 'Все хорошо, успокойся...'.
Через какое-то время его отвлек господин Дюшуе, а мне навязал разговор не в меру упитанный обладатель хрипловатого голоса - господин Дартье. Прослушав его подробнейший рассказ о всех членах его многочисленной семьи, о свадьбах, прибавлениях в семействах, сборе урожая - почувствовала непреодолимое желание куда-нибудь удрать...И взгляд мой упирается в ту самую темноволосую, миловидную даму, о чем-то спрашивающую барона. Светлое платье с глубоким декольте, рука, слегка обмахивающая веером, и глаза...Глаза, которые...Черт!! Я не сразу, но поняла - взгляд играл и призывал; губы складывались в чарующую улыбку; ее ладонь скользнула по сережке, вставленной в ухо и играющей на свету разноцветными бликами, по оборкам платья и как-то недвусмысленно поправила брошь, приколотую под этими чертовыми оборками....
Ох...И задрожало все внутри - хочется подойти и оттаскать ее за волосы, оторвать эти чертовы оборки, сломать гадкий веер!.... Твою мать, Еле, успокойся!! Да успокойся же, не ломай ты дров!! Боже...Нормально дышать не получалось, сердце заходилось в бешеном темпе - и наткнувшись на какой-то чуть ироничный и странный взгляд Джона, сорвалась с места....Мимо разговаривающих людей, на улицу, плевать что смотрят, бегом, пока правда не накинулась на нее, и не испортила всем вечер!....Черт!! Выбежав на освещенное крыльцо, и вцепившись в перила, дышу. Просто дышу с открытым ртом.... И тут крепкая рука, спокойно оторвав меня от перил, разворачивает к себе... 'Еле, ну...Что случилось?'. 'Ни-че-го. Иди, Джон...У тебя потрясающая собеседница...'. 'Ты ревнуешь? Еле, ты ревнуешь?'. 'Я?! Ревную?! Ты с ума сошел, что ли!...' - и замолкаю, почти ошарашено глядя на улыбающегося Корда. 'Боже...ты ревнуешь, приятно, черт возьми! Только напрасно...' - и умолкает - на крыльцо вышел господин Дюшуе, позвав барона для разговора. Поцеловав мне руку, Джон, улыбнувшись, быстро проговорив: 'Зайди лучше в дом', ушел с Карлом Дюшуе....
Я ревную? Боже, так и есть...Ну, и что мне теперь делать? Что делать то?! В лицо подул прохладный ночной ветерок, охлаждая мою голову...И вот здесь мне почудился шорох...Вздрогнув, стремглав бросилась в дом, мимо людей, на второй этаж, и с жутко колотящимся сердцем замерла лишь перед дверью в свою комнату...Нервный смех пробил меня...Ну невеста, блин...Что обо мне люди подумали, там внизу? Резко замолчала, икнув - так мне почудился шорох или нет?? Рехнуться запросто можно.... А войдя в комнату, испустила крик...Но его никто не услышал, репутация моя не
'Сядь...Дарну на дороге видела? Ну, старуху?'. 'Да...Сэра, что все это значит?? Пожалуйста, ответь!'. 'У меня нет времени отвечать на твои вопросы. Мы еще встретимся, Елена, и я надеюсь, что к этому времени ты.... Короче, неважно. Я держу их, но на сколько меня хватит - я не знаю...Завтра мчитесь! Ясно?'. 'Сэра, но они запросто последуют за мной дальше! И прикончат!'. 'Нет...Все не так просто...Здесь ее территория, издревле....Там нет. Не рискнет она, не должна...'. 'А если рискнет? Что делать?!'. 'Умирать, Елена, а дальше видно будет...'. Умирать??! А она исчезла, оставив меня в таком мучительном раздрае, что хоть волком вой...Да вряд ли поможет....В голове молотом била последняя фраза: 'Умирать, Елена, а дальше видно будет...' - что кому видно? Как это - умирать?? Рухнув на кровать, уткнувшись в подушку, я заревела... Сил не осталось...
Ночь длилась мучительно долго...Так и не сомкнув глаз, лишь заголосили петухи, я спустилась вниз. Практически приказала держать себя в руках. Мне было плохо...У лошадей, проверяя седельные сумки, суетился Растон, напевая какой-то легкомысленный напевчик. Увидев меня, стушевался; но через миг, решив, что я своя в 'доску', продолжил петь...Да ради Бога, Растон, если это делает тебя счастливым....Облокотившись о карету, прикрыла глаза....и опять Сэра и слова ее страшные...И такая безысходность меня пронзила, что едва на ногах держусь...Послышались голоса - на крыльце показались любимый Корд с господином Дюшуе; крепко пожав друг другу руки, Джон стремительно направился к нам...
....'Еле, что случилось? На тебе лица нет - с тревогой смотрит, и кончиками пальцев проводит по скуле, - не нравишься ты мне....Потерпи немного, скоро уже дома будем. Растон, поехали!'. И вот карета тронулась с места,...а я задумалась о будущем, которого, как оказалось, вполне может не быть... 'Еле, как ты?' - в сознание проник взволнованный голос Джона; взглянув на него - вернулась в реальность; 'Ты бледная, хмурая, и ...такая далекая. Еще раз спрашиваю, что случилось?'. 'Я видела Сэру. Ночью, в комнате...Она сказала, что держит их, но насколько хватит ее сил - она не знает....Еще сказала...' - и замолчала, не в силах продолжить. 'Что она сказала?'. 'Что если они последуют за мной, то я скорее всего ....умру...'. Глядя на Джона, на его вдруг побледневшее, злое лицо, вспыхнувшие яростью глаза, осеклась... 'Никогда, не смей никогда так говорить! Еле, мы справимся! Сэра их сдержит, сил у нее хватит! Никто, за нами никуда не последует. Мы приедем, и у нас все будет хорошо! Уяснила? Запомни, пожалуйста, мне не жить без тебя.... Глубоко вздохни, и выброси все эти горестные мысли из головы...Я люблю тебя, Еле' - и прижав меня к себе, стал целовать...
А я отвечать ему; обхватив его голову руками, я решила, захотела обо всем забыть...Будь, что будет. Но мое намерение было неосуществимо - проклятый кулон с каждой секундой становился все горячей...Да какого черта!! Следующим моим порывом, конкретным - стало снять кулон с шеи....Дальнейшее рационально объяснить не смогу, как впрочем и Джон....Он....будто прирос к коже, прилип, в общем если отдирать, то вместе с ней - с кожей....В голову полезли ругательства; и ничего умного. 'Джон, да что такое?' - почти плача, уткнулась ему в плечо...И замерла - горестный смешок любимого и зарывшись ко мне в волосы, его тихий голос: 'Он такой же, как я - хочет, что б все было правильно...Только я не могу себя контролировать...Успокойся, любимая, все хорошо...' - и поцеловав меня в висок, прижал к себе...
А на меня навалилась дремота... Бороться со слипающимися глазами никаких сил не было. Приснилась Сэра, ярко рыжеволосая, с окровавленным мечом, смотрящая на меня с какой-то горечью, что ли...И голос ее: 'Поспешите, не останавливайтесь...Рядом они...'. Пробудившись, как от толчка, с крайним изумлением услышала голос Растона, предлагающий заехать на постоялый двор - передохнуть... 'Джон! Нет! Не надо останавливаться! Пожалуйста!' - секунду он смотрит на меня, словно заглядывая внутрь; и звучит команда: 'Растон, едем!'.