Северус
Шрифт:
— Надо все-таки больше тренироваться, — пробормотал он. – Так, где тут первая часть ключа была? – он начал искать статуэтку черной богини, про которую уже практически забыл. – Я не благородный рыцарь, я – вор. Раз уж мне не суждено быть причастным к крупнейшему открытию века, то и никто не сможет этого сделать. И ищите потом виноватых. Палочку директору я вернул? Вернул. Как она действует, он видел, так что вперед, господа. А если у вас не получится на другой берег попасть, так это меня должно волновать? Ага, три раза ха-ха, – продолжал бубнить себе под нос Ворон, ища статуэтку.
Наконец
— Надо же, действительно, ключ, — Ворон недоверчиво повертел в руках большой, как от амбарного замка, ключ.
Навершие ключа украшала тонкая резьба. Присмотревшись, Ворон с удивлением обнаружил, что на противоположных сторонах изображены фигурки богинь, которые совсем недавно были статуэтками.
— Забавно, — Ворон сунул ключ в карман и выскочил из комнаты.
Постоянно оглядываясь, он выбежал из замка и припустил по тропинке, ведущей к ручью.
— Сейчас опробую ключ, и мне на ближайшие два с половиной года будет чем заняться, — в боку кололо, дыхание перехватывало, но валет продолжал бежать, бормоча себе под нос: – Нужно полностью обследовать катакомбы, в которых змей живет, желательно, без моральной поддержки в виде Малфоя. С Филчем много чего обсудить и поэкспериментировать. Провести пару тренировок, обыгрывая различные ситуации. Много что нужно сделать. А Амелия и Эммелина пусть учатся зелья полезные варить. Мы вам всем покажем, на что способны, — валет погрозил в пространство кулаком. – А вы, господин Дамблдор, и вы, господин Реддл, идите лесом. А с дедом я позже поговорю.
Добежав до ручья, Ворон упал на колени и дрожащей рукой вытащил ключ. Действуя по наитию, он приложил его ко льду той стороной, на которой была изображена Парвати. Руны начали быстро вращаться и выстраиваться в подобие моста, по которому совсем недавно Ворон перешел этот ручей.
— Так, понятно, красотка открывает, а если вот так, — не дожидаясь, пока мост достроится, Ворон перевернул ключ и приложил его ко льду противоположной стороной.
Руны принялись бешено вращаться, лихорадочно меняясь местами, а затем Ворон заметил, что форма рун также изменилась.
Прошло не меньше пяти минут, пока руны не закончили мельтешить перед глазами. Когда поверхность льда успокоилась, валет с улыбкой оглядел получившийся узор.
— Вот так-то, — встав на ноги, он отряхнул снег с колен и снова побежал, теперь уже в обратном направлении.
Ему очень повезло. На обратном пути Ворон так устал, что ему было уже не до конспирации. Никого не встретив, он ввалился в комнату и, скинув с себя верхнюю одежду прямо на пол, кое-как разулся и упал на кровать.
—
— Да, похоже на то, — Люпин брезгливо поднял куртку Ворона, с которой ручьем стекал растаявший снег. – Ты нам расскажешь наконец, куда ты бегал?
— Угу, сейчас, только дух переведу, — Ворон попытался приподняться, но тут же со стоном упал обратно на подушку. – Рем, будь другом, добей меня, — простонал он.
— Вот ведь, — Люпин направился в ванную и принес оттуда флакон с восстанавливающим зельем. – Держи, страдалец. Как знал, что нужно запастись.
— О, мой спаситель, — провыл Ворон, протягивая к заветному флакону дрожащую руку.
— Тебя гонять нужно, чтобы ты после небольшой пробежки не умирал, — рядом с Люпином встал Мальсибер, скрестив на груди руки.
— Вот с завтрашнего дня и начнете, — зелье подействовало, и Ворон сел. – Я уже сам ощутил необходимость немного улучшить физическую форму.
— Ты рассказывать будешь?
— Да. Так вот. Когда я узнал, что директор и Лорд захотели нас кинуть, оформив все это непотребство как наказание, то обиделся. Сильно обиделся. Немного побил посуду в Выручай-комнате и встретил Роксану, которая рассказала, что же за хрень мы нашли в гробнице. Оказывается, это часть ключа, который может открыть, что угодно, а также запечатать все, что угодно - любой замок. Вторая часть у нас уже была. Я закрыл ручей. Теперь я сомневаюсь, что к гробнице можно будет пройти, даже применив этот же ключ.
— Я понимаю твои мотивы, правда, — Рей взял ключ и принялся его разглядывать, — но ты мог нам самим лазейку оставить?
— Или так, или никак, по-другому нельзя, — развел руками Ворон.
— Поттер и Блэк, — хлопнул себя по лбу Люпин. – Они же разболтают всем, что мы что-то вынесли из кургана.
Парни переглянулись. Ремус решительно пошел к выходу.
— Давно хотел попрактиковаться накладывать Обливиэйт, — и раньше, чем его успели остановить, Люпин выскочил за дверь.
— Директор же увидит, что им стирали память, — простонал Ворон.
— Не увидит, — ответил Люпин, вернувшись в комнату. – Если подправить только крохотный участок, то никто ничего не поймет - нужно знать, где искать. – Заметив недоуменные взгляды друзей, Ремус смущенно добавил: – Чтобы стать полноценным берсерком, необходимо тренироваться воздействовать на разум, как на свой, так и на чужой. Со своим разумом у меня все нормально, а вот практики влияния на чужой мозг у меня до сегодняшнего дня не было. Я всего лишь изменил маленький кусочек памяти. Теперь они «помнят», что ты сунул руку в нишу, но в ней ничего не оказалось.