Sex Only
Шрифт:
Отстраняется, охватывая взглядом, снимает со стола и переносит на кровать. Я цепляюсь за его шею, вдыхаю запах лайма и дерева, и кажется меня накрывает афтершоками. Ну не может же быть, чтобы я получила шестой или седьмой оргазм просто от запаха? Он отстраняется, стаскивает пиджак, снимает галстук, начинает расстегивать рубашку, не отрывая взгляда от моих раздвинутых ног.
– А где твои очки? – почему-то спрашиваю я. Я помню, у двери он еще был в них, а потом… не помню.
Он усмехается, поднимает уже брошенный на пол пиджак, достает их из кармана и надевает. А рубашку наоборот снимает, вслед за ней брюки,
– Подожди! – говорю я, когда он стягивает платье с моего плеча и высвобождает грудь. Его губы замирают в миллиметре от напряженного соска, и я уже жалею, что заговорила. – Как тебя хоть зовут?
Он накрывает сосок горячими губами, и я даже не замечаю отсутствия ответа. Пока язык пляшет по краю ареолы, руки задирают платье, сильно и жарко гладят кожу, пальцы знакомо – о, я успела соскучиться по этому ощущению! – сжимаются на бедрах.
Он берет меня жестоко, жадно, словно стараясь напитаться, наесться после недель голода. А ведь максимум – недели, это если не считать, что после меня он вероятно тоже не скучал. Такие мужчины, которые предусмотрительно везде с собой таскают презервативы, они редко скучают. Особенно в бедных странах, где отельный завтрак после ночи с девушкой— уже отличная плата за секс с красивым иностранцем.
Жгучая ревность смешивается с обжигающим оргазмом – мамочки, я же так никогда не кончаю! Но зализанная до полусмерти, я вся целиком – одна эрогенная зона, и удовольствие прошивает от каждого прикосновения, самого невинного. Что уж говорить о том, как он нанизывает меня на себя, быстро, жестко, стискивая в объятиях и снова не отрывая пронзительного взгляда за очками от моих глаз.
Я обвиваю его руками и ногами, вжимаю в себя, так что он утыкается губами мне в ключицу и тут же пользуется случаем, чтобы пройтись по коже острым языком. Но я подаюсь бедрами вверх, и еще раз, и он глухо стонет куда-то мне в шею, замирая, и я чувствую внутри себя как дергается его член.
Он поднимает голову – наконец-то в его глазах расслабленная муть, и целует меня глубоко и нежно.
– Альберт, – говорит он хрипло, как будто давно не пользовался голосом. – Очень приятно.
– Карина, – киваю я и оправляю платье, пряча грудь.
И мы долго-долго смеемся, глядя в глаза друг другу.
Я не знаю, о чем его спросить в первую очередь.
Как он меня нашел? Ну несложно, наверное, по турфирме вычислить отель, а дальше коррупция поможет.
Зачем он меня нашел? Ну он только что ответил на этот вопрос – и словами, и действиями.
Это он подарил сережки? Вообще идиотизм, а кто еще-то?
– Где серьги? Достань, – подтверждает Альберт мои мысли. – И сними платье.
Пока я лезу в сейф, он стаскивает презерватив, завязывает его, и я даже жду, что положит в пакетик и заберет с собой, чтобы не разбрасываться своей ценной ДНК в гостях у незнакомых девушек. Он же не знает, какая я, вдруг воспользуюсь случаем, чтобы забеременеть и шантажировать потом? Но он обходится, просто выбрасывает в мусорное ведро.
Я протягиваю ему открытую бархатную коробочку на ладони и сбрасываю изрядно помятое платье. Синие глаза отрываются от сапфиров и оглядывают меня с таким демонстративным бесстыдством, что становится жарко.
Но Альберт не торопится продолжать. Он прижимает меня к себе, целует в шею и очень аккуратно вдевает серьги мне в уши. Тяжелые капли качаются, когда я наклоняю голову. Мне нравится это ощущение.
– Знаю, что это пошлятина, – как-то смущенно говорит он и вновь лезет в карман своего пиджака. – Но пока я… думал о тебе… – спотыкается он об слово, и меня встряхивает от истинного смысла этого «думал». – …все эти дни, никак не получалось отделаться от картинки в голове.
Я вопросительно смотрю на него, но он только подталкивает меня обратно к кровати. Когда я падаю на нее, он наклоняется, и на мою шею змеей скользит холодное ожерелье с сапфирами – даже крупнее, чем в серьгах. А запястья и лодыжки обвивают браслеты с синими камнями. Я голая, но на мне надета квартира в Москве. Может, даже элитная, я плохо разбираюсь в ценах на украшения. Чертовски странное чувство, слишком киношная картинка, какая-то такая… из фильмов о знаменитых куртизанках. А я кто? Кто – я?
Альберт проводит ладонью по своим волосам, и они снова складываются в безупречную прическу. Хочу познакомиться с его парикмахером!
– Что, нравится тебе? – я демонстративно откидываюсь назад на локтях и наклоняю голову, чтобы синяя капля качнулась над плечом.
– Смотри, как, – Альберт указывает на полностью готовый к бою член.
– А ты ведь фетишист… – тяну я насмешливо. – Сапфировый фетишист, довольно дорогое извращение.
– Что?! – синие глаза яростно сверкают ярче сапфиров.
Он подтягивает меня к себе за ногу, и, пока я верещу, переворачивает на живот, приподнимает и берет сзади, как-то моментально справившись с презервативом. Я кошусь на свой чемодан. Интересно, сколько у него в запасе? Такими темпами перейдем на мои.
Сильные руки сжимают бедра жестко, до синяков. Большие пальцы ложатся на задницу, раздвигают ее, задумчивый хриплый голос сообщает:
– Надо было еще анальную пробку сделать…
– С сапфиром? – я задыхаюсь от его обманчиво размеренных движений, особенно когда параллельно им внутрь тугого колечка проникает одна фаланга пальца.
– Конечно, с огромным-огромным сапфиром… – он трахает меня все жестче, но палец входит нежно, на еще одну фалангу. – Хорошая мысль, подскажу рекламщикам для VIP-коллекции…
Его свободная рука скользит по моей спине, нажимая на позвонки и заставляя выгибаться, тереться грудью о простыни, задирая задницу все выше. Меня потряхивает от жгучей похоти, я представляю, как это все выглядит со стороны: импозантный седой красавец четкими движениями бедер вбивается в женщину, одетую только в сапфиры. И в этом есть нечто просто нереально развратное.
Альберт что-то такое шипит сквозь зубы, уже невнятно, резко втягивая воздух, когда я повожу бедрами, а палец входит еще глубже.
Потом он резко вынимает его и внутрь скользит горячий язык. Я вся сжимаюсь от невероятных ощущений, и Альберт кончает, кажется, неожиданно для себя самого. Падает сверху, прижимая всем весом к кровати.
– Хочешь еще? – рука пробирается между нашими телами и ложится на мой лобок. Но мне интересно другое:
– VIP-коллекции? Сапфиры? Кто ты вообще такой?