Сейф

Линь Стас

– И мы опять же ещё не знаем, был или есть, – вставил и я свою реплику, дико приревновав сейчас Лизу к этому папаше.

– Да ладно, – пошёл на попятную Всеволод, – я просто обстановку хотел разрядить. Извините…

– Так, господа-соседи! Я прошу тишины! – продолжал брать на себя функцию лидера бородач. – Все детали мы обсудим потом. Сейчас на первом месте у нас Владимир Ильич. И раз ключи у нас есть, мы должны пойти в его квартиру и проверить, жив ли он.

– Незаконное проникновение! – усмехнулся Всеволод.

– Ничего. Ильич, если он жив, нас простит! – отрезал бородач.

Возникла

неловкая пауза.

– Что ты на меня смотришь? – со смесью страха и удивления спросил Всеволод, уловив на себе прямой взгляд бородача. – Я к нему в квартиру не пойду, я трупов боюсь!

– Да ты не переживай, я пойду! – успокоил его бородач.

– Вместе пойдём, – вмешался я. – Я за свою жизнь на мёртвых насмотрелся вдоволь, так что не испугаюсь! – сказал я это, скорее, чтобы произвести впечатление на Лизу, но бородач первый одобрил мои порывы.

– Отлично, нас уже двое, – кивнул Душан. – Больше и не надо. Пойдёмте, господа-соседи, подстрахуете.

Делегация направилась на третий этаж.

Глава 10

У загадочной квартиры номер 24 бородач забрал у Лизы ключ и вставил в замочную скважину деревянной двери. Замок поддался, дверь распахнулась, но то, что мы увидели за ней, заставило нас ненадолго остолбенеть. Все соседи на площадке не помещались, некоторые оставались на лестнице. Но завидев реакцию стоявших у самой квартиры Ильича, и остальные стали проталкиваться к его двери.

– Ё-моё! Это ещё что? – не поверил своим глазам бородач.

Он распахнул деревянную дверь до самой стены. Перед нами предстала, как и описал Ильич в письме, железная дверь.

Но только вот слишком уж необычная железная дверь.

Глава 11

Это чудо творческой мысли было инкрустировано причудливым рельефным рисунком в виде полутораметрового дерева с густой кроной, занимавшего большую часть композиции. Под деревом сидели животные, на его кроне разместились птицы. Также пернатые создания летали по небу над всем пейзажем. И всё это было выполнено из металла, покрытого сверху позолотой. Отлито или выковано – не знаю, но каждая зверюшка, а их насчитывалось тут несколько десятков, не повторялась, явно была изготовлена отдельно и вставлена, приварена, припаяна или посажена на болты, не ясно, в общую сюжетную линию. Разглядеть это поверхностно и общим взглядом было невозможно. Тонкая, ювелирная работа, очень много мелких деталей. Шерсть, перья, листочки на дереве, всё оказалось выгравировано с особым усердием. Глаза просто разбегались, не знали, за что зацепиться и что в первую очередь внимательно рассмотреть. При этом в целом у рисунка не было ничего лишнего, в композиции всё настолько геометрически гармонировало друг с другом, что от этого захватывало дух.

– Это тяжёлая многолетняя работа, изготовить такую красоту, – задумчиво проговорил бородач, развеяв тишину.

– А что ещё человеку на пенсии делать? – усмехнулся Всеволод. – Вот и занимался инкрустацией двери. Интересно, позолота настоящая?

Я стал водить пальцами по рисунку. Картину обрамлял по всему периметру двери замысловатый орнамент.

– Какая разница?! –

опять нахмурилась Лиза.

Егор начал фотографировать надверную картину на телефон.

– Я её раньше не видел! – сказал Филипыч, кивнув на дверь.

– Её никто не видел! – вмешалась Карповна. – Ильич был нелюдим, он никого к себе не пускал.

– Он не был нелюдим, – возразила Лиза. – Он со всеми нормально общался. Но не пускал, да. Это правда.

– Не, не, не,– возразил Всеволод. – Пускал, почему. А электрики, сантехники, газовщики и эти, инспекторы всякие, которые у нас тут всё с проверками лазают? Как их не пустить? Я сам видел, как они к нему заходили.

– Ой, это что, так важно? – возмутилась вредная женщина.

– Нет, Всеволод прав, – заступился за него бородач. – Совсем никого не пускать не получится. Мы, кстати, с Ильичом тоже дружили, особенно моя жена. Света даже как-то ему лекарства приносила, он просил купить, но двери она не видела точно. Иначе рассказала бы во всех подробностях.

– Она ведь открывается вовнутрь, – стал рассуждать вслух я. – Может, Ильич просто открыл её до упора и завесил чем-нибудь. Вот вы её и не помните.

– Возможно! Карповна, ключ давай сюда! – бородач вытянул руку перед старушкой, желая поскорее закончить обсуждение двери.

– Да держи! – она положила ему в ладонь длинный ключ с зубцами в обе стороны на конце, как козырную карту. Бородач вставил его в замок. Щелчок, другой, замок открылся, дверь скрипнула.

– Ой, мне страшно! – призналась вредная женщина и спустилась на несколько ступенек вниз.

– Вас туда никто и не зовёт, – фыркнул Всеволод.

– Ну, что, пойдём? – бородач уверенно посмотрел на меня.

– Пойдём, что стоять? – ответил ему я.

– Кстати, мы же ещё не познакомились, меня Олег зовут, – он протянул мне свою белую руку.

Отлично, теперь я узнал, что Душана зовут Олег.

– Владимир, э-э… просто Вова, – немного замешкался я. – Сын Нины Николаевны, Царствия ей Небесного, на четвёртом этаже в её квартире сейчас живу.

– Да мы знаем, – улыбнулся Олег. – Мне дочка сказала, что над нами какой-то дяденька теперь поселился.

– Дочка?

– Да, Илона. Она тебя уже видела и запомнила, – хитро посмотрел на меня Олег. – Она у меня очень внимательная. Можно на «ты», да?

– Можно! Ясно…

Супер. Подумал я. Хипстер, оказывается, отец картавой девочки.

– Да, мы на первом живём, ну, ты понял уже. Жену мою Светлана зовут, она на пятом месяце.

– Хорошо, рад знакомству, Олег, – руки моей он пока не отпускал.

– Я здесь с рождения живу, так-то меня тут все знают, да? – он оглядел остальных соседей.

– Знаем, Олежка, – подтвердила Галина Карповна.

– «А кто меня не знает, тот просто мне завидует», помнишь песню? – состряпав глупую улыбку, бородатый отец вновь перевёл взгляд на меня.

– Не любит, – поправила его Лиза.

– Что? – не понял Олег.

– У Тимати было: «А кто меня не любит, тот просто мне завидует», – дополнила она.

– А, да? – удивился Олег, отпуская мою руку. – Эм… не важно…

– Друзья, вам не кажется, что вы сейчас специально тянете время? – Всеволод вернул нас в реальность.