Сэйл-мастер
Шрифт:
Совсем решено было организовать собственную группу и выступать вооруженными до зубов, с кельтскими народными мелодиями, но тут-то общее веселье затихло и все разбрелись спать, а Сашка пошел сменить все-таки Княгиню.
Белобрысов пялился в Эфир за иллюминаторами, улыбался, думал о том, какие, в сущности, вокруг хорошие люди и как ему повезло в жизни, ну и что, что он никогда не станет адмиралом флота, все равно он никогда особенно не хотел… и не заметил, как задремал.
Проснулся он ровно за десять секунд до того, как по
— Белобрыскин, точно был сигнал, ты ничего не путаешь?
— Говорю тебе — волна прошла. Очень слабая, но отчетливая.
— И откуда?
— Вон оттуда. Между пятью и шестью румбами по левому борту, и склонение 1 румб по палубе.
Сандра прищелкнула языком.
— Ты бы еще весь горизонт задал!
— Ну извини, точнее — никак. Сигнал не повторился.
— Может, флюктуация какая…
— В штилевой зоне?
— Согласна, фигню спорола. Зовем капитана?
— Уже. Сейчас она подойдет.
И действительно, Балл поднялась в рубку буквально тут же, как будто специально подогнала свое появление к реплике штурмана.
Услышав изложение инцидента в казенных фразах, капитан задумалась, а потом спросила, какими средствами проводилась попытка магического поиска.
— Я использовал стандартный «Лоцман», — ответил Сашка. — В сфере действия ничего материального. Отклик не вернулся.
Балл чуть приподняла брови: всем известно, что в эфире поисковики работают не слишком далеко. Потом помедлила немного — белый палец, загнутый ястребиным когтем, постучал по краю Чаши — и предложила:
— Госпожа кормчий, а почему бы не попробовать вам?
— Мне? — изумилась Сандра. — То есть, есть, капитан. Но я не знаю всех этих навигаторских фишек.
— И тем не менее. В самом простом исполнении — только на отражение от материи, без направления. Александр вам поможет.
Сашка и впрямь помог. После нескольких неудачных попыток Сандра провела ритуал довольно уверенно, ей даже понравилось — такая щекотка изнутри, немного непривычная (ей никогда не приходило в голову в эфире колдовать наружу корабля), но приятная. По радару из центра чашки к бортика побежала круговая волна импульса.
— Ух ты! — восхитился Белобрысов. — А у тебя почти не затухает! Как это ты так?
— Веришь, мне самой любопытно, Зла… Александр, — откликнулась та и они вопросительно посмотрели на Княгиню. Та сделала вид, что не заметила взглядов.
А через три с четвертью минуты получили отклик — такую же волну, как наблюдал на вахте Сашка.
— Это уже интереснее, — признала Балл и вызвала Бэлу на мостик.
Пройдя по штилевой зоне, еще дважды применив поисковое заклятие и выполнив триангуляцию, экипаж «Блика» смог установить местонахождение загадочного объекта, следы активности которого
— Здороооов… — протянул Сашка, рассматривая чужой корабль в ходовой иллюминатор рубки. — Не суперкласс, но в «пушку» точно не влезет. Регистрирую фоновую магическую активность. Двигатели не работают.
Это означало, что работают корабельные кристаллы — по крайней мере, их часть. А то бы корабль давно вышибло в открытый космос.
— Объект в дрейфе, — добавила Катерина, — внешних сигналов нет. На коммуникационные и световые сигналы не отвечает.
— Пилот, сблизиться до расстояния один кабельтов, — скомандовала Балл.
Белка провела маневр, и теперь борт корабля стал виден предельно четко. Транспорт — танкер или сухогруз — неподвижно висел в штилевой зоне. Он не казался ни особо потрепанным, ни особо новым, явных повреждений они тоже не заметили.
— Голландец? [51] — спросил Сашка как будто себе под нос.
Ему никто не ответил: ясное дело, невозможно понять, голландец или не голландец, пока не достанешь бортовой журнал. Но если и впрямь голландец и если никто в агентстве Ллойда эту посудину не хватится — значит, его можно продать. Даже если на одни запчасти, все равно с такого гиганта экипажу «Блика» достанется хорошая доля прибыли.
«Блик» подошел слегка под углом к палубе «потеряшки», и стало отчетливо видно, что створки переднего грузового люка распахнуты в эфир.
51
«Голландцами» называют корабли, оставленные экипажем в результате аварии.
— Значит, не чума, — пробормотала Белка. — Или… капитан, а может быть такая эпидемия, чтобы экипаж сошел с ума и выпрыгнул в эфир?
— Тогда бы мы их здесь и нашли: течения нет. Нет, пилот, уже ясно, что болезнь тут не причем.
На борту ближе к носу белели номер и название — «PFS-1074-О Priscilla».
Сашка немедленно полез в монументальную «Опись», что обреталась в шкафчике в рубке. Страницы за долгую жизнь справочника подклеивали столько раз, что от оригинальной бумаги в нем практически не осталось. Найти там какой-то корабль для него было делом мучительным, а уж если речь шла о «Privatfrachtshiff», то бишь частном грузовом судне… Эти вообще не всегда регистрировались.
Через две минуты он убедился, что да, действительно — под этим названием значится английский почтовый шлюп «Присцилла», турецкий линкор (странноватое имечко для турков) и… и все. Никакого сухогруза.
— «О» — это же Оловать? — неуверенно спросила Катерина, которую одолевали похожие мысли.
— Тогда должно быть «N.О.» — Новая Оловать же, — разъяснил Сашка
— Но ведь только старые колонии сокращаются до одной буквы. Какая еще старая колония начинается на «О»?