"Сезам, откройся!"

Основная тема, ради которой я решился на эти воспоминания, является одной из наиболее засекреченных страниц любой

специальной службы, в том числе и нашей внешней разведки, в которой я проработал полвека.

Самое строгое «табу», категорический запрет придавать гласности информацию об операциях тайных безагентурных физических проникновении (ТФП), лежало до последнего времени на этой области разведывательной деятельности.

Стремясь нагляднее продемонстрировать все особенности, сложности и, я бы сказал, разведывательную романтику операций безагентурного ТФП, я показываю наиболее характерные примеры операций тайного агентурного проникновения (ТАП) внешней разведки в иностранные спецслужбы, обычно в нашей профессиональной терминологии обозначенные как внедрение агентов, разведчиков, подстава иностранной спецслужбе наших агентов, перевербовка иностранного разведчика.

На фоне наиболее трудных и ответственных разведывательных операций легче уловить специфику операций ТФП. которые, на мой взгляд, являются наивысшим достижением любой разведывательной службы.

За свою пятидесятилетнюю разведывательную карьеру я не могу вспомнить ни одного случая предания гласности ТФП наших разведчиков в «чужие», иностранные, объекты с целью извлечения из них секретных разведывательных материалов.

Таких материалов было мало, ничтожно мало по сравнению с огромным количеством опубликованных на Западе исследовании, мемуаров и других произведений на разведывательные темы. В процессе работы над рукописью мне удалось обнаружить только одну книгу, целиком посвященную этой теме, бывшего французского разведчика Марселя Леруа-Фэнвилля, мемуары которого появились в Париже в 1980 году, в результате ссоры автора со своей службой и вопреки желанию последней (Леруа-Фэнвиль М. СДЕСЕ. Служба 7. Париж,1980)

Отдельные эпизоды и факты, касающиеся операции ТФП других специальных служб, в том числе и наших, упоминаются в ряде мемуаров и публицистических работ весьма редко и очень скудно, как бы мимоходом.

Это явление замалчивания и ухода от предания гласности такой деликатной темы, как ТФП, явно диктуется нежеланием спецслужб посвящать общественность в особо секретную область своей деятельности. Воздерживались западные спецслужбы пока и от разоблачений фактов ТФП нашей разведки, вероятно, по той же причине, поскольку выступления на эту тему неизбежно вызвали бы интерес к аналогичной работе собственных спецслужб.

О том, что западным разведкам хорошо известно о проводившихся советскими спецслужбами операциях ТФП, сомнении не должно быть хотя бы потому, что о них знал ряд перебежавших на Запад изменников из числа сотрудников КГБ. Имели отношение к таким операциям Е Агабеков и бывшие сотрудники Второго Главного управления КГБ П. Дерябин и Ю. Носенко и работник 8-го Главного управления В. Шеймов. Ведь именно 2-е ГУ осуществляло ТФП в иностранные посольства и консульства в Москве с целью добывания шифров, которые поступали в 8-е ГУ. Наконец, совсем недавно, в 1994 году, появились «Записки контрразведчика», в которых Удилов В. Н., принимавший в свое время участие в операциях ТФП в Болгарии, впервые откровенно рассказывает о них. Признаться, появление этой книги (Удилов В. Н. Записки контрразведчика. М., 1994) также подтолкнуло меня к осуществлению вызревавшего замысла.

Взяться за перо на тему о ТФП меня побудили два соображения. В первую очередь, убеждение в том, что все, о чем я пишу, стало известно западным

спецслужбам в «принципе», в общей форме доносов изменников и предателей. Эти службы за последние годы получили доступ к практическим деталям осуществления многочисленных безагентурных операций ТФП, которые наша внешняя разведка проводила совместно со спецслужбами бывших социалистических стран Восточной Европы. Думаю, что этот мой тезис не требуется доказывать. Многочисленные примеры разоблачения Западом деятельности разведок ГДР, Чехословакии, Венгрии и других соцстран общеизвестны. Отмечу только, что специфическое положение в польских спецслужбах, создавшееся в Польше после прихода к власти оппозиции, не дает оснований для других заключений. А ведь операции ТФП проводились не только в Польше, а и в других бывших социалистических странах Восточной Европы.

В то же время, являясь ветераном внешней разведки, глубоко лояльным по отношению к своей службе, я, естественно, не собираюсь раскрывать какие-либо секреты, остающиеся неизвестными Западу, которые могли бы нанести ущерб интересам внешней разведки. С целью исключить даже малейшую возможность идентификации иностранной спецслужбой тех операций и объектов ТФП, которые могут быть неизвестны им, мною внесены необходимые изменения координат, псевдонимов, географии мест нахождения и т. д.

Второй мой мотив обусловлен стремлением не дать возможности западным спецслужбам опередить нас, представив достоверную картину осуществления внешней разведкой операций ТФП в бывшей социалистической стране, и лишить их свободы интерпретировать и тенденциозно толковать факты ц результаты сотрудничества КГБ с польскими спецслужбами. Об актуальности этого говорит отмечающаяся последнее время на Западе тенденция публиковать то, что замалчивалось до сих пор спецслужбами. Так, появилось несколько книг, рассматривающих и операции ТФП. Помимо книги Леруа-Фэнвилля. в 1982 году американский журналист Джеймс Бамфорд опубликовал объемный труд о деятельности Агентства национальной безопасности США (АНБ), главной функцией которого является «кража чужих суперсекретов» (Бамфорд Дж. Дворец головоломок. Лондон, 1983).

Стали появляться и отдельные журнальные статьи в «Тайм», «Ньюсуик», «Пари-матч» и других периодических изданиях, в которых, в частности, сообщалось о ТФП агентов ФБР во французское посольство в Вашингтоне и изъятии оттуда французских шифров.

Можно ожидать появления на Западе публикаций о деятельности внешней разведки в этой области. При этом, как показывает опыт, такие публикации будут извращать действительные факты, искажать их для дискредитации КГБ и нашей внешней разведки. Начало этому кладет книга изменника В. Шеймова «Башня секретов», изданная в 1993 году в США.

Так следует ли нам, задавал я себе вопрос, дожидаться, когда придется либо оправдываться, либо хранить «гордое молчание», которое всегда истолковывается не в пользу обвиняемого?

Немаловажно и то, что такая искаженная информация может подаваться для нашего общественного мнения и теми нашими внутренними любителями жареного, которые с готовностью хватаются за любые порочащие КГБ и, в частности, нашу внешнюю разведку факты, от кого бы они не исходили. И будут лить воду на дезинформационную мельницу ЦРУ ч других западных разведок.

Хотя описываемые мною операции, как я указал, ничего нового для ЦРУ не добавляют, для нашего читателя, да и для широкой иностранной общественности, я надеюсь, они представляют интерес. Я показываю малоизвестную до сих пор сторону напряженной деятельности нашей разведки.

Представит эта информация, я убежден, интерес и для наших разведчиков, ибо даже внутри нашей службы об описываемой стороне разведывательной деятельности осведомлен только очень узкий круг людей.