Шрифт:
Предисловие
Мгла бескрайнего космоса. Абсолютная пустота и холод, с которыми могут поспорить только редкие островки хаоса, олицетворяющие единый порядок вселенной. Звезды и планеты. Такие похожие друг на друга, но в той же степени такие разные. И именно в этом и заключался весь их хаос. В котором неизбежно царит абсолютный порядок.
И весь этот мрак холодной пустоты мог быть нарушен только одним воистину ярким критерием – «разумом». Именно он строил машины, которые могли приручить абсолют хаотического порядка.
Вот и сейчас одиннадцать одинаковых, похожих на сигары кораблей приближались к цели своего долгого странствия сквозь вековые расстояния бескрайнего космоса.
Последние тринадцать лет их двигатели работали в обратном направлении, заставляя корабли гасить энергию разгона, которую они получили еще на выходе из Земной солнечной системы. Они были уже совсем близко к цели. И весь их экипаж, и все пассажиры уже находились в состоянии легкого предвкушения от скорой высадки на новый, но при этом уже обустроенный мир.
Звездная система с двойным солнцем уже давно встретила их своими красно-желтыми лучами. И теперь оставалось только достичь той планеты, на которой и будет обустроена новая колония.
Сообщение по центральному узлу флотской связи: «Всему высшему руководящему составу 14-го экспедиционного флота, немедленно прибыть в Зал Совещаний головного корабля».
– До посадки еще два месяца полета. А они уже сейчас праздновать решили. Ну и ладно. Такое особое событие требует к себе особого отношения, – медленно бормотал молодой человек, пока откручивал болты от панели системного блока, в котором он спрятал свою контрабанду.
И помогал ему в этом нелегком деле один лишь только маленький фонарик, который он робко держал в зубах. Это было очень неудобно. Губы так и норовили нажать на чувствительный сенсор выключения.
И почему тут не сделали простую кнопку? Выпендрежники, блин.
А включать свет было нельзя. Тогда его заметит Система безопасности корабля. И вот тогда ему может влететь. Не от коллег по работе, а конкретно от искусственного интеллекта управления полетом, который контролировал и корабль, и весь экипаж.
Нормальная практика в межзвездных перелетах.
Наконец-то последний болт был успешно откручен, и упавшая на пол пластина термальной защиты звонко ударилась о металлический пол отсека. А перед молодым человеком открылась воистину потрясающая картина.
Спрятанные им еще до старта бутылки оставались на месте. Их только немного дернула изморозь от системы охлаждения блока, да и пыли сверху натрусилось.
Сложив всю свою добычу в приготовленную сумку, парень поспешил вернуть панель обратно. А после спокойным шагом покинул отсек «Системной Обработки».
Мягкий свет ламп осветил его форму, с голографической нашивкой на груди «Максим Омелин». Но все звали его просто Мак.
Уже в коридоре он наконец решился на отчаянный шаг. Интерес настолько разрывал все его естество, что держаться более не было ни малейшей возможности. Это было выше его сил.
Мак достал
– Феноменально, – сладостно пробормотал молодой человек, слегка встряхивая своей кучерявой головой, отчего его темные волосы вспушились еще больше. А взгляд его хитрых глаз на секунду приобрел некое подобие благородства.
Но это было только мгновением. Хоть коньяк и был хорош, его было недостаточно, чтобы изменить личность своего хозяина, которая даже не задумалась о том, что термин «феноменально» не совсем подходит к бутылке хорошо выдержанного коньяка.
Прятать бутылку обратно он не стал. В конце концов, до Зала Совещаний осталось совсем немного. Так что и так пройтись можно будет. Никому от этого плохо не станет.
Зал Совещаний встретил его ожидающим молчанием.
Овальная комната, в которой стоял такой же овальный стол. Из-за которого на Мака уставились одиннадцать пар озадаченных глаз. А точнее, взгляды были направленны не на него, а на то, что он принес. Некоторые смотрели с возмущением, как, например, главный биолог всей экспедиции Совенья Анатолиевна Бурко. Симпатичная девушка, но вот характер был кошмарный. И поэтому, Мак уже давно вычеркнул ее из своего списка «потенциальных» целей. Но попадались и завистливые взгляды. И это значило, что выпить всё-таки получиться и даже не в одиночку.
Пройдя в комнату, он демонстративно помахал всем рукой, в которой была зажата бутылка, и плюхнулся в ближайшее свободное кресло, которых, как некоторым казалось, было слишком много.
Четверо членов экипажа не пережили гибернацию. Как следствие, их места и должности перепадали на плечи выживших. Это никак не радовало Мака. Ко всему прочему, среди погибших были весьма сексапильные экземпляры, с которыми он планировал неплохо провести время в дальнем полете.
– Ты бы не пил, – посоветовала ему вечно правильная Совенья. – Хотя бы до совещания.
Мак это высказывание тупо проигнорировал, выставляя на стол бутылки и бокалы. В этот момент на Совенью окружающие посмотрели не иначе как с презрением. Повод и вправду был выдающийся. Так что почему бы и не выпить.
– А где наш капитан? – спросил Мак о своем завсегдатае-собутыльнике и начал откупоривать первую бутылку – Я, конечно, не имею ничего против того, что его работа крайне важна. Но опаздывать в такой момент как минимум свинство.
– Чья бы корова мычала, – никак не могла успокоиться Совенья.
В отличие от остальных членов экипажа, она постоянно грызлась с Маком. И причины этого точно не знал, наверное, никто. Но сплетни ходили разные. Так что в их разговоры обычно никто не встревал. Кроме, конечно, тех случаев, когда это было в крайней степени уместно.
– Совень-Совень, – промурлыкал Мак. – Чего ты бесишься, а?
– А сам-то? – Она укоризненно кивнула в сторону бутылок. – Наконец-то ты свою истинную сущность проявил.
Мака такой поворот разговора изрядно повеселил.