Сфера
Шрифт:
— Не трогай ее, — закричал Барнс. Но было уже поздно.
Пол под их ногами загудел и покатился вперед.
— Бет, прекрати наконец нажимать все кнопки, какие только увидишь.
В душе ее никто не осуждал — ведь ехать мимо дюжин одинаковых складов было намного легче, чем идти пешком. Норман прикинул, что сейчас они находятся примерно в центре корабля. Наконец они достигли следующей секции, где увидели двадцать скафандров и аппараты жизнеобеспечения.
— Наконец-то все прояснилось, — сказал Тед. — Этот корабль предназначен
Внезапно они прочувствовали подлинные масштабы корабля и сложность его механизмов.
— Нет, это обычный космический корабль, хотя и очень большой… сказал Гарри. — До ближайшей звезды двести пятьдесят лет полета.
— Может, они открыли новый способ.
— Ну, разве что так. Рассмотрим факты — при столь солидных размерах корабль снабжен провизией на пятнадцать, максимум, двадцать лет. За это время можно добраться только за пределы Солнечной системы, верно?
Тед мрачно кивнул.
— «Вояджеру» понадобилось пять лет, чтобы достигнуть Юпитера, девять — Урана. За пятнадцать… Может быть, они летели к Плутону?
— Зачем?
— Мы пока не знаем, но…
Тут раздался щелчок и послышался голос Тины Чан:
— Капитан Барнс, поверхность вызывает вас… для секретных переговоров, сэр.
— О'кэй, — сказал Барнс. — Так или иначе, пора возвращаться.
Они повернули назад.
Глава 13
ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ
Они сидели в кают-компании ГД-8, наблюдая за работой водолазов. Барнс находился в цилиндре D, где вел переговоры с поверхностью. Леви готовила ленч или ужин, они уже начинали путаться во времени.
— День или ночь, здесь нет никакой разницы… — сказала им как-то Эдмундс и они рассеяно кивнули.
Норман видел, что все без исключения устали — психологические перегрузки и тяжесть исследований брали свое. Бет сладко сопела, вытянув на стол ноги и скрестив на груди мускулистые руки — она спала. Над решеткой зависли три мини-субмарины. Немного поодаль стояла группа водолазов, некоторые из них повернули к ГД-7.
— Кажется, что-то случилось, — сказал Гарри.
— Наверное, это как-то связано с разговором Барнса.
— Возможно, — согласился Гарри. — А где Тина Чан?
— Вместе с Барнсом, а что?
— Мне надо поговорить по личным вопросам.
Тед удивленно приподнял брови но промолчал. Гарри отправился искать Тину, и Норман остался наедине с Тедом.
— Он странный парень, — сказал Тед.
— Кто?
— Ты знаешь, кого я имею в виду… И надменный, к тому же. Возможно, оттого, что он черный. Своего рода компенсация, так сказать… Ты не находишь, что он заносчив? — продолжал Тед. — Все ему не так… Правда, все математики не от мира сего. Он, наверное, совсем не знает жизни женщин, ну и так далее. Я уже рассказывал о своем новом браке?
— Я где-то читал, — сказал Норман.
— Славная женщина. — Тед улыбнулся. — В день нашей свадьбы она
Норман кивнул. Какие они все разные, подумал он. Тед неисправимый оптимист, с неистовым энтузиазмом ребенка. Гарри скептик, обладает холодным рассудком. Бет более эмоциональная и практичная натура.
— Не могу понять, зачем ты включил в состав команды именно Гарри Адамса. Не то, чтобы он такой не знаменитый, но…
— Тед, помнишь, ты говорил в звездолете, что пространство и время одно и то же? — Норман сменил тему разговора. — У меня это в голове не укладывается. Ты сможешь объяснить?
— Разумеется.
— Доступно, без всякой математики?
— Ладно, постараюсь… — Тед нахмурился, но Норман знал, что он обожает читать всякие лекции. — С чего же начнем? Ты знаком с гипотезой геометричности гравитации?
— Нет.
— Искривлением пространства и времени?
— Тоже нет.
— Теорией относительности Эйнштейна?
— Увы, — сказал Норман.
— Ничего страшного, — успокоил его Тед, и выложил из стоящей на столе вазы апельсины.
— Стол это плоское пространство, космос.
— О'кэй, — согласился Норман.
— Этот апельсин солнце, а это планеты. Таким образом, мы имеем на столе модель Солнечной системы.
— Допустим.
— Это космический корабль, — Тед протянул Норману шарик от подшипника. — Запусти его так, чтобы он прошел рядом с солнцем. О'кэй? Шарик прокатился рядом с апельсином. — Ты заметил, что он прокатился по плоскости?
— Да.
— Но что происходит в реальности, когда корабль пролетает рядом с солнцем?
— Его притягивает к солнцу.
— Да, солнце обладает мощной гравитацией и траектория полета искривляется, звездолет падает на солнце. Но шарик покатился дальше?
— Да.
— Стол не является идеальной моделью пространства. Космос не может быть плоским, как стол. — Тед взял пустую вазу и положил в нее апельсин.
— Кидай шарик, — на этот раз шарик упал в вазу и закружился по спирали, пока не уткнулся в апельсин.
— О'кэй. Звездолет упал на солнце, совсем как в жизни.
— Но если бы шарик обладал большей скоростью, он повертелся бы на краю вазы и вылетел снова, — заметил Норман.
— Да, — сказал Тед. — Если у звездолета хватит скорости, он избежит воздействия гравитационных полей. Таким образом, мы имеем действующую модель полета в искривленном пространстве около солнца. При определенной скорости, шарик бесконечно крутился бы по краю вазы, как планета вокруг солнца. В реальности же… представь, что стол стал резиновым, а все предметы оставляют на его поверхности вмятины — вот что представляет собой настоящее пространство — оно искривленно и его кривизна зависит от силы гравитации.