Сгореть, чтобы воскреснуть...
Шрифт:
***
Витающий в воздухе аромат сваренного кофе достиг моего носа. Нехотя открывая глаза и глядя на солнечный свет, пробивающийся сквозь неплотно задернутые шторы, я потянулась и скатилась с кровати. Тело болело, словно я всю ночь работала грузчиком в каком-то супермаркете. Открывая окно и взъерошивая запутанные волосы одной рукой, я подставила свое лицо солнцу, позволяя ему прикоснуться и обдать своим теплом.
— О нет! Как ты могла встать с кровати? — в дверях стоял Леша,
— Разбужу тебя поцелуем. — договорила за него я.
— Тебе это раньше нравилось! — протянул он обиженно.
— Не спорю! Но сегодня я хочу позавтракать на кухне! — я чмокнула его, увлекая за собой. — Где Геля?
— Спит в гостиной. Я отнес её туда, чтоб не разбудила тебя своим плачем.
— Ты так обо мне заботишься! — улыбнулась я. — Даже не знаю, что бы мы без тебя делали!
— Стась… — его лоб нахмурился, а взгляд стал мрачным. — Нам нужно поговорить.
— Если не секрет, то о чем? — я напряглась.
— Я сегодня ночью не мог уснуть, и… Не перебивай меня, пожалуйста! — воскликнул он, поняв, что я ему сейчас скажу. — Поверь, мне не легко сейчас говорить это! Я думаю, что лучше будет, если ты Демьяну скажешь про дочь!
— Что?
— Тебе нужно сказать ему правду!
— Ты в своем уме? Как ты себе это представляешь? — вскипела я.
— Он должен знать!
— Я ему прощаю этот долг!
— Ты не понимаешь, что значит для него этот ребенок!
— Ничего! Ничего моя дочь для него не значит!
— Потому что ты ему ничего не сказала!
— Я прошу тебя, не начинай! Если ты хочешь, чтоб мы ушли, то так и скажи! Не надо прятаться за красивыми словами и вымышленным чувством долга!
— Я не хочу тебя терять! И уж тем более терять Ангелину! Просто я считаю, что так будет лучше! В первую очередь для тебя! Ты его любишь, я вчера видел это! Мне очень больно от осознания, что ко мне ты не испытаешь таких чувств…
— Заткнись! Ты не понимаешь, о чем ты мне сейчас говоришь! Я ушла от него, прекрасно понимая, что ношу его ребенка! Ты думаешь, у меня не было причин для этого? Ты всего не знаешь! И не смей меня обвинять в бесчувственности и эгоизме, я всего лишь защищала себя и свою дочь!
— От кого? От родного отца? Ты вообще замечаешь, что она как две капли на него похожа?
— То есть, если я тебя правильно поняла, то ты настаиваешь на том, чтоб я поехала
— Ладно! Если ты себе что-то в голову вбила, тебя не переубедить. Мы отложим этот разговор на время!
— Нет! Мы закончим этот разговор! Раз и навсегда!
Я вышла на балкон и, облокотившись на перила, стала размышлять. Что случилось? Ведь я сама вчера пришла к выводу, что я не права и мне не стоило скрывать от Демьяна наличие дочери. Однако сегодня, забыв про все на свете, я спорила с Лешей, утверждая обратное. Одно дело, когда ты себе признаешься в содеянном, совсем другое, когда тебе указывают на твои ошибки.
***
Он смотрел на маленькую женщину, которая посмела бросить ему вызов. В глазах читался страх, но она вела себя достойно, стараясь скрыть истинные чувства. Она представить себе не могла, как он сильно её ненавидел в этот момент.
— Ты говорила, что необходимо придерживаться договоренностей! Где она?
— Ты её не получишь, Дамианос! Её здесь нет! Она там, где ты её не сможешь достать!
— Это мы ещё посмотрим!
— Признай наконец, Дамианос! Ты проиграл! Она далеко, тебе туда не проникнуть!
— Где она?
— Да как ты не поймешь? Я не позволю ломать жизнь моей дочери! Ты чудовище! В тебе нет ничего святого! А она маленькая девочка, несущая в себе сгусток света!
— Ты сама знаешь, что в ней гораздо меньше света, чем тебе хотелось! Она ведь взяла все самое худшее от папаши!
— Зато воспитание было мое! Мы смогли задушить темное начало в ней!
— Ты заблуждаешься! И я тебе это докажу!
Машина плавно затормозила перед нужной калиткой. Демьян осторожно потряс спящую женщину за плечо.
— Тетя Катя! Вставайте! Мы приехали!
— Демьян, ты уверен?
— Да, сейчас я уверен, как никогда!
— Но я… Я не помню это место! — она растерянно смотрела по сторонам.