Шаг вверх
Шрифт:
— Что-то вы много знаете, о наших делах. — Ворчливо произнёс Королёв.
В ответ Александр достал удостоверение, на котором было скромно написано ЦК КПСС, и показал в раскрытом виде конструктору.
— Мечников Александр Леонидович является сотрудником аппарата ЦК КПСС на должности инспектора Центральной Контрольной Комиссии. Имеет допуск «АА». Имеет право на хранение и ношение огнестрельного оружия. — Сергей Павлович, кивнул. — Да, это кроет всё, причём с запасом. Интересно за какие заслуги такие почести. — Проворчал он.
— А вот за те самые. — Александр рассмеялся. — партия потребовала от нас поднять на орбиту корабль космической обороны, и мы
— Не у вас, а у нас, партия потребовала. — Снова влез Королёв.
— Да? — Александр снова рассмеялся. — А где делали и собирали Восток, не припомните? Заводы номер три и четыре, если я не ошибаюсь. Так вот чтобы вы знали, и сам город Солнечный, и первый завод, который я выгрыз у минторга, и завод номер два, который попал к нам из-за границы, и завод номер три, станки которого были собраны на первом и втором, и вообще всю концепцию комплекса точного и сверхточного машиностроения, придумал я от начала до конца. И город этот я практически выносил на руках, с первой до последней стройки. И четвёртый завод, и пятый, и даже строящийся шестой, который будет выпускать сверхпрочные и сверхточные титановые изделия, и всё остальное, включая среднюю школу, детский сад «Сказка», и ясли «Кроха». Турбокомпрессоры, как, не ломаются? — Александр полил себе сок, и улыбнулся. — Так вот. Когда партия поставила НАМ задачу по созданию корабля космической обороны, можно было сделать его очень просто. Но — тупиковым. Подняли, полетал он какое-то время, сломалось там неважно что, ну и свели с орбиты да затопили в океане. А сейчас у нас начальное звено целой космической программы. Где одна часть, вытаскивает другую. Где всё имеет значение. А всё в целом — новый шаг в космос. А вы, товарищ Королёв всё заслуги делите. — Мечников покачал головой.
— Ну вас-то не обделили. — Едко заметил конструктор.
— Дурак вы, Сергей Павлович. — Александр вздохнул, и кнопкой опустил стекло между салоном и водителем. — Гриша, там за нами машины товарища Королёва и Клейменова идут?
— Не знаю чьи, но две машины следуют за автобусом. — Сразу же ответил начальник охраны.
— Тогда останови. Товарищи уже уходят.
Служебная Волга Королёва, и Чайка Клейменова, встали у обочины, и генеральный конструктор проводил взглядом, уезжающий кортеж Мечникова. Только сейчас ему бросилось в глаза плавное, словно у корабля движение машины, её толстенные стёкла, бойницы в дверях микроавтобуса, и широченные колёса. Опытный конструктор в голове мгновенно дорисовал и фермы усиления кузова, и защиту днища… Выходило так, что советское государство ценило этого мальчишку выше чем, например, жизнь того же Клейменова. А это не медали и ордена. Это уже расчёт. Это просто осознание пользы конкретного человека.
— Дурак вы, Сергей Павлович. — Клейменов сплюнул в придорожную пыль, и не оборачиваясь пошёл к своей машине.
Разговор с конструкторами ничуть не испортил настроения Александру. Он убрал грязную посуду в специальный ящик, допил свой сок, и тоже убрал стакан, на два щелчка прибавил обороты кондиционера, и достав документы по Комитету Товаров Народного Потребления углубился в чтение.
Там было всего две докладных, и надписав свою резолюцию, положил папку на сиденье, чтобы не забыть отдать её секретарю, и подняв трубку набрал номер.
— Виктория Семёновна, добрый день. Как там у нас обстановка? Ничего срочного не возникло? Отлично. Я подписал документы что вы мне оставили в машине. Пришлю кого-то из ребят с ними. А вы если что-то возникнет, тоже вместе с ним
Александр откинулся на спинку кресла и задумчиво посмотрел на пролетающий мимо пейзаж. В Солнечном сейчас делать было совершенно нечего, как и в Москве. Театры разбежались по летним гастролям, и даже цирк, закрылся, хотя клоунов в Москве всегда было с избытком. И тут Александр поймал себя на мысли, о том, что просто не помнит, когда был в отпуске. А если он не был, то как его люди? Они-то как?
— Гриша? — Александр обернулся к своему телохранителю, сидевшему на переднем сидении. — Вопрос на засыпку. Ты, когда в отпуске был крайний раз?
— А как раз перед тем как вас принять под охрану. — Григорий улыбнулся. — Мы ещё вдвоём работали с Василем. Пятьдесят восьмой, как сейчас помню.
— Ага. Пять лет, стало быть. А Виктория Семёновна года четыре, а Наталья три. Отлично. Поздравляю, товарищи. Мы с вами злостные нарушители трудовой дисциплины. — Александр рассмеялся, и взялся за трубку телефона.
— Артур Христианович? Мечников беспокоит. Да, всё прошло штатно. Так что можете вертеть дырочку под орден. Какой не знаю, но дадут точно. Да, большое дело сделали. Но через месяц-полтора прибегут ракетчики с новыми планами. Так что расслабляться не дадут. Но я вас вот по какому поводу беспокою. Скажите, у нас есть дом отдыха какой, или пансионат большой? Для чего интересуюсь? Так вот посчитал, что мои люди уже не были в отпуске кто три года, а кто пять лет. А это нечестно по отношению к ним. Да и просто люди заслужили. И хотелось бы премию подбросить побольше. Да я знаю, что охрана нам не подчиняется. Но наверняка можно решить вопрос. Да. Отлично. Спасибо Артур Христианович. Жду.
Он, не убирая трубку в фиксатор, кивнул Григорию.
— Давай команду парням, пусть заканчивают свои дела в Москве, и на месяц уезжаем куда-нибудь к морю. — И набрал ещё один номер.
— Виктория Семёновна? — Добрый день. Виктория Семёновна как вы смотрите, на то, чтобы провести как минимум месяц на берегу моря? Можете поехать не одна и взять с собой кого захотите. Отлично. И обрадуйте пожалуйста от моего имени Наталью Вячеславовну и весь секретариат. А то нехорошо получится. Все же без отпуска чёрт знает сколько. Сколько у нас мест? Ну думаю на три сотни можно рассчитывать смело.
Чего Советское государство умело делать в совершенстве, так это организовывать массовые мероприятия.
В указанное время, два Ил — 18 Аэрофлота приняли на борт сто восемьдесят пассажиров, и через полтора часа совершили посадку в аэропорту Адлер, откуда большими автобусами приехали в пансионат «Прибрежный» Минточмаша.
Александр и понятия не имел, что у него в хозяйстве есть такая полезная штука, но вот. Роскошный пансионат на пятьсот мест, из шести корпусов, всяких лечебных заведений, своего ботанического сада, бассейна с морской водой и даже открытой верандой у столовой, с роскошным видом на парк и море.
Уже предупреждённые работники Прибрежного, быстро всех расселили по номерам, помогли разобраться с багажом, и детьми, выдали каждому «Памятку отдыхающему», и вообще работали чётко, уверенно и слаженно.
Александра с частью охранников, встретила директриса пансионата Вера Сергеевна Томина, Статная дама лет тридцати, одетая в строгий серый костюм, и довольно легкомысленный шейный платочек, и проводила на самый верх, где, на крыше находились действительно царские апартаменты с десятком комнат, и даже собственным маленьким бассейном.