Шагай!

Петерсон Хельга

– Привет, ребята! – жизнерадостно поздоровалась Эм, относительно быстро сократив расстояние.

Люди должны видеть улыбку и не должны знать, что коленная чашечка инструктора рискует сломаться. Группа нестройно загудела в ответ. Эмма в несколько шагов оказалась около открытой двери микроавтобуса, бросила быстрый взгляд на водителя. За рулём сидел хорошо знакомый усатый Айк. Он молча выставил большой палец и, скривившись, провёл им по горлу. Очень многообещающий жест.

– Извините, что задержалась, – громко продолжила Эмма. –

Меня зовут Эмма Маршалл, можете называть меня просто Эмма.

– Хорошо, Просто Эмма, – прозвучал откуда-то из группы американский акцент.

Каждый раз. Каждый раз всё начинается одинаково. Почему эти шутники думают, что очень оригинальны? Эм не составило большого труда вычислить, кто подал голос. Из семи собравшихся здесь только один был настолько молод, чтобы не видеть границ. Эмма улыбнулась ему. Пусть думает, что прекрасен.

Сбросив с плеч рюкзак, она поставила его перед собой, расстегнула один из наружных карманов. Прямо за молнией прятались ручка и сложенный вчетверо лист.

– Давайте сейчас мы быстро отметимся, погрузимся и поедем, а уже в пути будем знакомиться ближе, – предложила Эмма, вытаскивая и разворачивая пронумерованный список имён. – Дженнифер Эван и Колин Фирс, – громко зачитала она.

Вперед выступил тот самый Юморист. На вид ему не больше двадцати лет, возможно, вчерашний школьник. Худой и высокий, с каштановыми волосами, торчащими из-под шапки с помпоном. За его руку цеплялась девушка-блондинка, такая же худая и такая же юная. Отлично. Эмме подбросили детей.

– Привет, прыгайте в автобус, – проговорила она, утыкаясь в листок и рисуя две галочки напротив фамилий. – Рюкзаки бросайте на задние сиденья, места хватит всем.

«Дети» дружно кивнули и, пригнув головы, скрылись в микроавтобусе. Молча, что странно. Хотя от Колина ожидалась какая-нибудь шуточка.

– Дальше, – снова заговорила Эмма, заглянув в список. И споткнулась о первые слоги. – Так, – она почесала ручкой кончик носа. – Поправьте меня, если я скажу что-то не так, ладно? Флоран Морел? Француз, правильно?

Из оставшихся пяти человек вперед выступил брюнет лет тридцати. Не слишком высокий, с длинным крупным носом, но обаятельный.

– Oui, – приятно улыбнулся он. – Можно просто «Фло».

Эмма ответила на улыбку и черканула ручкой по французскому имени в листе. Фло. Так проще.

– Отлично, Фло. Мари Морел?

– Морель, – отозвалась стоящая рядом с Флораном девушка. – Правильно будет «Морель».

Морель. Ударение на «е» и мягкая «л» на конце. Сестра или жена? Носы у них разные, девушке повезло родиться курносой, поэтому о родстве намекали только тёмные волосы.

– Да, точно. Морель, – исправилась Эмма. – Я запомню. Леа Бонне? Как я понимаю, вы приехали вместе?

Ещё одна француженка, стоящая по другую руку Флорана. Её выдающиеся формы не сглаживала даже объемная походная одежда. Девушка кивнула и переплела свои пальцы с пальцами Фло. Значит, Мари всё-таки

сестра. Эмма снова занесла ручку над листом и поставила три галочки. Интересное трио. На первый взгляд – нормальные. Но в походе о людях можно узнать массу удивительных вещей.

– Проходите, рюкзаки сбрасывайте на задние сиденья. Дальше…

Выбора не осталось. Перед нею стояли двое. Светловолосый мужчина средних лет с голубыми глазами за стёклами очков; и худенькая брюнетка с короткой стрижкой.

– Фрэнсис Марлоу и Айлин Марлоу?

Мужчина коротко кивнул. Брюнетка выступила вперед и протянула к Эмме ладонь.

– Лин. Просто Лин.

Милая. Приятная. Эм не задумываясь пожала её руку.

– У вас шотландское имя.

– Я из Глазго.

– И идёте в поход?

– Идём, – рассмеялась Лин. – Фрэнку нужно проветриться. Его мозг иногда начинает давить на черепную коробку.

– Айлин, – тихо, но веско одёрнул её мужчина.

Неужели они женаты? Не похоже. Но и никаких родственных черт у них нет. Такие открытые люди, как Айлин, попадались не слишком часто. Возможно потому, что сами шотландцы редко оказывались в её походной группе, а шотландцы, между тем приятные и улыбчивые.

– Проходите… – начала Эмма свою обычную реплику.

– Мы поняли, – перебил Фрэнсис – Вещи на заднее сиденье.

Насколько Лин показалась милой, настолько её спутник милым не был.

Перед автобусом никого не осталось. Несмотря на заминку с таксистом, Эмма справилась, и даже вовремя. Можно выезжать. Порыв ветра подхватил край листа и стал безжалостно его трепать. Эмма согнула ногу, прижала к ней бумагу и расправила на бедре. Пробежала стержнем ручки по номерам, перечитала имена. Несколько раз непонимающе моргнула. Номеров было восемь. Группа состояла из восьми человек, а не из отмеченных семи. Как она сразу не заметила восьмой пункт?

Брент Рейнер.

Эмма подняла голову и беспомощно посмотрела по сторонам. По улице сновали прохожие, многие тащили за собой чемоданы или спортивные сумки, но никому не было дела до туристического микроавтобуса и растерянного гида рядом с ним. Где искать пропажу? И искать ли вообще? Эм еще раз заглянула в список. Рядом с именем восьмого туриста был прописан номер телефона. С британским кодом. Англичанин, слаба богу! Эмма достала мобильник из кармана, разблокировала экран, пальцы быстро пробежали по цифрам.

Гудки потекли медленно и безответно. Ну давай же!

– Эм, мы едем? – пробасил Айк со своего водительского кресла.

Эмма развернулась и с ощущением полного бессилия посмотрела на усатого доброго йоркширца. Еще один порыв ветра швырнул в лицо тёмную кудрявую прядь, она смахнула её тыльной стороной ладони. Что ей делать теперь? Уезжать без восьмого туриста? Гудки в трубке оборвались предложением робота оставить голосовое сообщение. Дельное предложение, очень дельное… Эмма открыла рот, чтобы громко чертыхнуться…