Шаги по...
Шрифт:
– До шести снять успеем, – сказал Максим, открывая банки.
– Почему «до шести»? – не поворачиваясь, спросил Илья.
– Я понял: в шесть сеанс связи, – Максим посмотрел на Машу.
– А… Ну, да… – Илья повернулся к «столу», взял кусок хлеба и несколько ломтиков колбасы. – Ну, да! – добавил немного погодя, глядя в сторону вершин, покрытых снегом.
– Так что? – спросил Максим.
– Как скажешь! – ответил Илья.
– Тогда, – Максим посмотрел на небо, – минут через двадцать начнем.
– Я готов.
…– Ну, вроде, время, – сказал Макс, направляясь к камерам.
– Время – так время! – Илья поднялся, быстро уложив «стол» в рюкзак, направился к камню.
Встав у него, он наблюдал, как Макс, бегая от камеры к камере, что-то менял, регулировал, бросая взгляд то на Илью, то на небо.
– Встань сюда! – он ткнул пальцем в камеру, глядя на Машку, и отошел к другой. – Поднятая рука: – готовность десять секунд. На уровне груди – три секунды. Отмашка – пуск записи.
Илья! Смотри изредка на красные индикаторы, в нашу сторону на уровень наших глаз. Головой резко не крути. Что ты там хотел, начинай мысленно на счет «десять» после пуска. По окончании сделаешь паузу на счет «десять» и поднимешь руку – мы выключим камеры. Вопросы ко мне есть?
Маша! Огляди Илью и поправь ему одежду, чтоб не было больших складок.
Илья! Остановишь камеры – второй дубль за твой счет.
Готовность – минута.
Илья, прокашляйся и громко поговори. Стишок какой-нибудь с выражением расскажи нам. – Максим рассмеялся. – На «Оп!» все смотрим на меня. Маша уходит из кадра.
Маша придирчиво оглядела спокойно стоявшего у камня Илью, подошла, поправила на коленях штаны, поддернула вниз штормовку и расправила её на груди.
– Сделай так! – она приложила ладони к лицу и проделала ими круговые движения. – А теперь так – «Ав! Ав!», широко раскрыв рот, – она клацнула зубами.
– Оп! – Максим дал команду. Маша подошла к «своей» камере и встала, глядя на него.
– Оп! – он поднял руку, оглядев Машу и Илью. – Оп! – опустил руку на уровень груди и тут же – «Оп!» – бросил её вниз.
Маша включила камеру и стала с интересом смотреть на Илью.
Тот невозмутимо оглядел Макса и Машу и сказал, глядя в её камеру:
– Как видите, я очень похож на человека, хотя и не отношу себя к отряду приматов семейства гоминид, к которому вы относите себя.
Не хотелось бы сейчас поднимать тему о классификации млекопитающих, принятой в вашем обществе, и о том месте, которое там занимают некоторые представители этого самого общества.
Надо сказать, что зная историю и пути эволюции своего рода и некоторых других, я отношу себя к раневому классу млекопитающих: классу, который можно назвать инструментом экосистемы, предназначенному для обеспечения выживаемости её, к отряду людей, в котором на Земле сейчас несколько родов и видов.
… В том числе
Правда, очень скоро станет меньше… всех.
Илья сделал паузу и продолжил:
– Истории происхождения разных людей и разных приматов занятны, поучительны и отличаются друг от друга, но это не имеет значения ни для вас, ни для меня.
Правда, по разным причинам.
Удовлетворяя любопытство, могу сказать, что некоторые приматы, наблюдаемые вами и содержащиеся сегодня в клетках, – результат эволюции… точнее инволюции некоторых родов людей, попавших в условия, при которых их потребности свелись к примитивным: поесть, поспать и спариваться.
Но когда-то они были людьми… впрочем, речь не об этом…
Хотя… Для вас и об этом тоже…
Я же – человек!
Вряд ли кто-то сможет опротестовать это, исходя из ваших знаний о человеке, как биологической системе.
Другими словами: я, родившийся среди вас и проживший среди вас достаточно долго, считаю себя одним из людей.
Значит, имею право обратиться к вам, так же считающих себя таковыми, как и любой член общества имеет право обратиться ко всему обществу, независимо от принадлежности к тому или иному роду или семейству, а так же роду деятельности.
Правда… «есть ли на Земле единое общество» – очень спорный вопрос.
Но… я делаю заявление для всех, кто считает или относит себя к людям!
… Я покидаю Землю.
И до меня и после меня это делали и сделают многие. Люди!
Почему это происходит, и кто в итоге останется на ней?
Сегодняшнее человечество, которое гордо присвоило себе признак «разумности»… кстати, совершенно бездоказательно… это можно легко опровергнуть, приведя примеры поведения многих его представителей, вот-вот потеряет последний признак её – разумность.
В лучшем случае, сведет его уровень к равенству с «разумностью» кошек и дельфинов.
Формально это уже сделали сто лет назад Дарвин и Фрейд своими теориями.
Сегодня же время собирать плоды их, но никак не заблуждений, а вполне осознанной диверсии против людей, и признать это фактом.
Итак! Диверсии кого против кого?
Я считаю: приматов против людей.
Сегодня человечество, в целом, как правильно оно себя определило, – приматы семейства гоминид.
Хотя в нем есть и люди!
Илья задумался, опять поглядел на Машу: – …Личная причина моего покидания Земли?
…Прочитав в последней редакции Британской энциклопедии формулировку, что «европейцы – это жители Европы», усмехнувшись, понял, что написанное – не шутка. Вспомнил Париж, Лондон и их окраины, где нет «европейцев» в моем понимании, понял: сознание приматов помутилось настолько, что тенденции инволюции уже необратимы и будут происходить с устрашающей скоростью под дальнейшее развитие проповедуемых ими ценностей.