Шаль
Шрифт:
Настал день проводов Антона в армию. Люся уже неделю почти ничего не ела, ходила мрачная и задумчивая.
— Совсем пропала девка, — озабоченно вздыхала мать.
Мила с Люсей сначала заехали за Таней, которая хотела составить им компанию, поддержать сестру, они с Антоном хорошо знали друг друга. Потом все вместе поехали к сборному пункту. Во дворе толпились молодые люди с рюкзаками, почти всех провожали родственники. Люся повертела головой, но Антона не увидела. Тут Таня слегка пихнула ее в бок локтем
— Ну, что, девчонки, вина купили? — Антон окликнул их, улыбаясь во весь рот. — Я только что из комиссариата, вон, уже билет получил. — И Антон помахал тоненькой книжицей. Рядом с ним стоял, чуть насмешливо глядя на девиц, невысокий молодой парень.
— Купили, — Таня одной рукой высоко подняла пакет с продуктами и помахала другой рукой.
— Ты что лыбишься, идиот? — сердито спросила Люся, когда они присели на скамейку в небольшом скверике неподалеку.
— Люська, ты чего? Мне повеситься теперь, что ли? Неприятности надо воспринимать с юмором. Правильно, Танька? — парень явно храбрился. — Может, это у меня защита такая. А это кто? Познакомь нас. — И он кивнул на Милу.
— А, это Мила, моя двоюродная сестра из Мурома. Мила, это Антон, как ты уже догадалась, мой парень, а вот это Арсений, его друг.
Арсений слегка склонил голову в дурашливом поклоне, глаза его не отрывались от Милы.
— Да, Арсений мой друг. Только в этот раз ему повезло больше, чем мне. Ему еще год учиться, а потом осенний призыв. — Антон криво улыбнулся. Всем стало очевидно, что он сильно переживает. Куда больше, чем хочет показать. — Ладно, давайте отметим. Танька, разливай.
— Может, не надо? Уже сколько дней отмечаем. Сейчас опять полное врачебное обследование будет, а ты пьяный.
— Да мы чисто символически. И вообще, думаешь, им выгодно меня в армию не брать? Главное, что я в наличии, остальное их не волнует.
Люся нервничала все больше и больше. Она молча налила себе стаканчик вина до самых краев и выпила одним махом.
— Говорят, всех сегодня в Балашиху повезут, — задумчиво сообщил Антон.
— Там нормально вроде, — заметил Арсений.
— Ну, что, Люська, будешь меня ждать? — Прозвучало это шутливо, но всем стало не по себе.
— Да миллион раз уже говорили на эту тему, что ты заладил? — с раздражением ответила девушка.
Мила сидела на скамейке, пила дешевое вино и чувствовала, что Арсений не отводит от нее взгляда. Пару раз она тоже взглянула на него тайком, но тут же натыкалась на его немигающие гипнотизирующие глаза. Это было и страшно, и возбуждающе интересно. В голове начинало шуметь, то ли от вина, то ли от присутствия этого человека. А он стоял, небрежно облокотившись о дерево, и ничего не говорил ей, только смотрел.
Потом Антона с Люсей оставили наедине —
— Поеду на этом, мне так быстрее. Проводишь Милку? Смотри мне…
— Провожу, — коротко ответил парень.
— Да не надо, я сама доберусь, — несмело запротестовала девушка. Ей было неловко и страшновато остаться с ним наедине.
— Не скромничай, пусть до самой двери проводит, — подмигнула ей Таня и прыгнула в автобус.
Арсений как будто и не особенно хотел провожать девушку, согласился лишь из вежливости и сейчас, скучая, поглядывал по сторонам. Мила удивилась и немного обиделась. «Сам за эти два часа чуть дырку во мне не проделал, все смотрел…» — с досадой подумала она.
— Пойдемте? — Арсений неопределенно повел рукой.
— Я вполне могу добраться сама. — Мила старалась, чтобы ее голос звучал спокойно.
— Ну уж нет. Я же обещал Тане, а обещания надо выполнять. — И он, подхватив ее под руку, чуть ли не потащил за собой. — А вы тут какими судьбами? — спросил он, после того как они несколько минут шли молча.
— У меня каникулы, вот я и приехала.
— И как вам Москва?
Он почему-то упорно обращался к ней на «вы», чем смущал еще больше. Но постепенно она освоилась и начала рассказывать про то, что видела, что ей понравилось, а что нет. Он внимательно слушал, не перебивая, потом начал рассказывать что-то свое, и девушка с удивлением поняла, что он интересный рассказчик. Время пролетело незаметно, и, как ей показалось, они очень быстро дошли до метро. Пора было прощаться.
— Вам ведь тоже придется идти в армию? — задала она волновавший ее вопрос.
— Мне грозит следующий осенний призыв. Вот, ходил, советовался. Совсем не хочется, если честно.
— И отсрочек нет? И способов никаких перенести?
— Пока не знаю. Я попытаюсь, конечно… Пока не знаю, как. Но это совершенно неважно. Скажите, вы очень торопитесь домой?
Мила растерянно молчала, не зная, что ответить. С одной стороны, домой не хотелось, но сказать об этом вот так прямо…
— Я понял. Значит, нет. Мы сейчас с вами пойдем в одно место. Вам там обязательно понравится.
В тот вечер Мила с непривычки выпила гораздо больше обычного, и шум в голове все усиливался, предметы кружились, расплывались перед глазами. А Арсений все подливал ей шампанского в бокал. В кафе, куда он ее привел, было много шумной, нетрезвой молодежи, но ее это не напрягало, наоборот, она поддавалась общему настроению какого-то ожесточенного веселья. Уже поздно вечером они подошли к ее дому, она открыла дверь подъезда, и тут он почти насильно схватил ее, привлек к себе и с силой впился губами в ее губы. Потом исчез в темноте, не прощаясь.