Шалость
Шрифт:
— Зачем вы все это для нас делаете?
— Ты о моей доброте, вежливости и готовности помочь? Чтобы подать вам пример. А теперь, когда вы оденетесь к ужину, мы с вами проведем урок хороших манер за столом.
Джапоника испытала законную гордость, восседая за обеденным столом в окружении отмытых подопечных с сияющими чистотой волосами. Запах камфары и бора был неизбежным злом. Начало было положено неплохое. Однако после еды Джапоника намеревалась вернуться к себе, чтобы отдохнуть с книгой в руках, потягивая херес. Восемь часов непрерывного пребывания в обществе подопечных
— Начнем с супа, — сказала Джапоника и кивком головы попросила слугу разлить суп по тарелкам.
— Что это? — Гиацинта с недоумением перевела взгляд с содержимого тарелки на Джапонику. — Это просто жидкая похлебка какая-то!
Цинния демонстративно отодвинула тарелку.
— Я не буду это есть! — с вызовом заявила она. Лорел с вожделением взглянула на тот край стола, где под серебряными крышками были расставлены вторые блюда.
— Дайте мне йоркширский пудинг, который я заказала!
Джапоника, не отвечая, взяла ложку и принялась есть.
— Я взяла на себя труд пересмотреть меню, — сказала она, выдержав паузу, и добавила: — Воспользовалась своим правом хозяйки. Чтобы было поменьше мясных и жирных блюд. На обед сегодня, как вы видите, каштановый суп и постная говядина на второе. На десерт подадут свежие груши из нашего сада и сыр.
— А пудинга не будет? — разочарованно протянули младшие.
Джапоника заранее настроилась на этот разговор.
— Я удивлена, — сказала она, обращаясь к Гиацинте, — что вы тратите такие огромные деньги на пищу. Непонятно, куда она вся девается. Будь нас вдвое больше, мы и то не сумели бы все это съесть. Я урезала еженедельные расходы на еду вдвое, чтобы сэкономленным деньгам найти лучшее применение.
— Вы собираетесь заморить нас голодом! Вы, которая живет за наш счет! — Лорел не могла обойтись без патетики.
— Я думаю, тебе будет легче пережить нехватку пищи, если ты будешь думать о том, что получишь взамен. Стройная фигура и хорошая кожа — это не так уж мало в обмен на некоторые ограничения.
— Почему мы все должны быть наказаны? — огрызнулась Цинния. — Мы же не такие толстые, как Лорел!
— Я не толстая! — закричала сестра. — Ты завидуешь, потому что у меня есть грудь, а ты плоская как доска!
— Кто станет завидовать жирной корове! — не осталась в долгу Цинния.
Джапоника, которая подумала, что худшее уже позади, увидела, как Лорел привстала с места и подняла супницу. Она догадалась о ее намерениях.
— Нет, Лорел, нет!
Джапоника вскочила, но было уже поздно. Содержимое супницы с громким плеском опрокинулось на стол, заливая скатерть. Булочки, которые были поданы к первому блюду, полетели в Лорел. И в этот самый момент Бершем, который, насколько было известно Джапонике, должен был находиться в Лондоне, настежь распахнул двери столовой.
— Что вы здесь делаете? — испуганно воскликнула виконтесса.
Торжественным тоном, до смешного не вязавшимся со всем антуражем этой сцены, Бершем объявил:
— Лорд Синклер изволили приехать, леди Эббот.
В комнату вошел лакей с множеством коробок и свертков, перевязанных лентами.
— С Рождеством! — сказал он.
Последние звуки его приветствия потонули в крике восторга.
— Подарки! — хором завизжали сестры и бросились выхватывать у лакея коробки.
Джапоника онемела от шока. Схватив тяжелый серебряный половник, оставшийся валяться на полу после выходки Лорел, она пошла, как бык на красную тряпку, на своих воспитанниц, ругаясь по-персидски:
— Если вы сейчас же не прекратите, я вас отлуплю! Всех! Аллах мне свидетель!
Глава 14
Позор, ужас! Немыслимое унижение!
Джапоника в недоумении смотрела на половник, который продолжала держать в руках.
— Я готова была их отлупить. Пожалуй, надо было так и сделать.
Она не понимала, почему виконт сам не дал каждой хорошего пинка. Сестры расхватали коробки и удрали с ними с поразительной проворностью. Джапоника не смогла их остановить. Уже на пороге эти негодницы присели в реверансе, мурлыча слова благодарности. Похоже, страх перед виконтом отступил, когда речь зашла о получении подарков.
Джапоника машинально отметила, что виконт выглядел как нельзя лучше. Неужели он так разоделся по ее поводу? У Джапоники даже на миг голова закружилась от восторга. Но тут взгляд виконтессы упал на металлический крюк, грозно поблескивающий там, где должна была быть правая кисть, и когда она подняла голову, чтобы встретиться с лордом Синклером взглядом, то увидела глаза, поблескивающие так же зловеще, как и достопамятный протез. Виконт был в ярости. Джапоника по-чувствовала, как по спине пробежал холодок. Она слишком хорошо знала, что Девлин Синклер не станет с ней церемониться, тактично подбирая слова. «Стоп, — приказала она себе, — что бы он сейчас ни сказал, надо воспринять как должное и не принимать близко к сердцу».
— Вот так вы их воспитываете? Я бы со стаей бешеных собак лучше справился!
Не в силах снести презрения, Джапоника опустила глаза.
— Прошу вас, не бейте их… Я не позволю вам их обижать. Да, они заслужили наказание, но ведь девочки росли сиротками, а их отец даже не позаботился о том, чтобы…
— Так вы намерены защищать их от меня? Для этого вы, вероятно, вооружились половником? Мадам, ваш метод ведения хозяйства и воспитания я бы назвал весьма необычным!
Девлин чуть не шипел от злобы.
— Необычным? — как во сне повторила Джапоника. Она словно со стороны увидела всю омерзительную картину, коей виконт только что стал свидетелем. Увидела себя с половником наперевес, изрыгающую ругательства. Дальше катиться было некуда. И вдруг Джапоника начала хохотать.
Она заметила, как в глазах мужчины блеснуло удивление. Но он очень быстро овладел собой. Она хотела бы остановить смех, но не могла. У нее началась истерика.
Девлин быстрым шагом подошел к ней, взял под руку и усадил на стул. Он потянулся к бокалу, чтобы налить вина, но, заметив, что все на столе перемазано каштановой массой, брезгливо отшвырнул взятый бокал.