Шаман
Шрифт:
Багдасарян метнулся к красному ящику на стене, как утопающий к спасательному кругу. Он даже не заметил, что, срывая пломбу, сломал ноготь на пальце. Распахнув дверцу, он ударил по красной клавише экстренного вызова.
Прошли шесть секунд…
Десять…
– Да что ж это такое! – не то в отчаянии, не то возмущенно всплеснул руками завлаб. – Ну, ничего не работает!..
Из раздевалки послышался сначала негромкий, будто приглушенный шум. Затем резкий треск, как будто толстую палку переломили.
Чуть приоткрыв дверь, Светлана заглянула в раздевалку.
Толстая
Светлана захлопнула дверь и прижалась к ней спиной. По выражению ее лица Багдасарян понял, что происходит что-то очень нехорошее.
– Раздевалка запирается?
– Нет.
Багдасарян ухватился за стойку кулера и потащил ее к двери. Светлана кинулась ему на помощь.
Через пару минут дверь в раздевалку подпирала не очень-то убедительная, имевшая скорее чисто символический характер баррикада из кулера, журнального столика и пяти пластиковых кресел. Ясно было, что вырвавшихся из клеток монстров надолго она не задержит.
Единственный открытый выход из холла вел в обход вивария в административный сектор. Прежде оттуда можно было попасть в лабораторию через дверь, которая, по словам Багдасаряна, теперь тоже была заблокирована. Но поскольку другого пути все равно не было, Светлана с завлабом побежали в направлении его кабинета, который оставался единственным местом, где можно было укрыться.
Пропустив девушку вперед, Багдасарян захлопнул дверь и дважды повернул барашек замка.
Глава 2
– В принципе можно притвориться, что здесь мы в безопасности, – саркастически усмехнулся завлаб. – Присаживайтесь. – Он пододвинул девушке стул.
Подумав немного, он повернул его спинкой к висевшей на стене репродукции картины Васнецова «Воины Апокалипсиса».
– Это ведь скоро закончится? – с надеждой посмотрела на него Светлана.
– Не знаю! – честно признался Багдасарян. – На моей памяти такое впервые!
– Раньше звери не вырывались из клеток?
– Раньше уровень никогда не блокировали!
Багдасарян обежал письменный стол и упал в кресло. Запустив руку в правую тумбу стола, он выудил оттуда початую бутылку конька.
– Будете? – посмотрел он на девушку.
– Нет, – мотнула головой Светлана.
– А я выпью. – Багдасарян поставил рядом с бутылкой помятый пластиковый стаканчик и наполовину наполнил его коньяком. – Нервы успокаивает, – сказал он и залпом опорожнил стаканчик.
Поставив пустой стаканчик на стол, он резко выдохнул и неожиданно улыбнулся.
– Вы ведь у нас недавно? – с интересом посмотрел он на Светлану.
Девушка молча кивнула.
– Я слышал, квестеры нашли вас в одной из аномальных зон. Вы – единственная выжившая.
– Со мной были еще двое детей, – уточнила Светлана.
– Ваши?
– Нет. Мы случайно оказались вместе.
– Что это была за зона?
– Номер
– А вы, имея на руках двоих детей, сумели выжить?
– Мне просто повезло.
– Не думаю. – Багдасарян плеснул в стакан еще немного коньяка и тут же выпил. – Если у вас такой богатый опыт выживания, скажите, что нам сейчас делать?
– Я не знаю, – качнула головой Светлана. – Наверное, лучше всего затаиться и ждать спасателей.
– Или голодных зверей, – криво усмехнулся Багдасарян.
– Вы думаете, никто не знает, что здесь произошло?
– Полагаю, что знают. Но никто не знает о том, что здесь есть живые люди. Иначе бы за нами давно уже пришли. Чего уж проще! – Завлаб указал рукой на запертую дверь. – Телефоны, которые есть у каждого из нас, снабжены чипами, по ним можно моментально определить местонахождение любого сотрудника в пределах ЦИКа! Между тем связь отключена, а двери заблокированы. Зачем, скажите мне на милость, блокировать двери, которые звери все равно не могут открыть? У них ведь нет ключей!
Светлана непонимающе пожала плечами.
– А знаете, почему это происходит? – Багдасарян откинулся на спинку кресла. – Потому что нас уже считают мертвыми!
– Но… мы же живы…
Это прозвучало почти как вопрос. Как будто Светлана хотела удостовериться, что не ошибается.
– Все зависит от точки зрения, – уверенно заявил Багдасарян. – С нашей с вами точки зрения, мы, разумеется, все еще живы. С точки зрения тех, кто находится там, – завлаб пальцем указал на потолок, – мы уже мертвы. Готов поспорить, что операцией по наведению порядка в секторе руководит наш бравый полковник Рудин. Самолично, так сказать… И, готов поспорить, он прекрасно знаком с таким понятием, как сопутствующие потери!
– Сопутствующие потери?..
– Это все те, кто случайно оказался на территории боевых действий. То есть мы с вами. Рудин сейчас, скорее всего, разрабатывает план, как с минимальными потерями среди личного состава навести порядок в секторе. Спасать нас он не собирается. Мы для него – лишняя проблема. Поэтому он заранее списал нас в расход. Связь отрубили для того, чтобы мы вдруг не надумали кому-нибудь позвонить.
– Но для чего нужно было запирать нас в секторе? Мы ведь могли и сами выбраться.
– Логику таких людей, как Рудин, непросто понять. Скорее всего, у них вообще нет никакой логики, только инстинкты. – Багдасарян снова взял в руку бутылку, но, подумав, поставил ее на место. – Возможно, Рудин опасается, что если мы выберемся из сектора сами, то это может поставить под сомнение его профессиональную репутацию.
– Каким образом? – непонимающе сдвинула брови девушка.
– Ай, не забивайте этим голову, Светочка! – махнул рукой Багдасарян. – Рудин того не стоит! В значительно большей степени меня интересует другой вопрос: каким образом животные смогли выбраться из клеток? Насколько мне известно, все клетки открываются и закрываются с пульта, расположенного в комнате охраны. Эту систему все тот же Рудин проталкивал.