Шаманка

Тихонова Наталья

6

Прислушиваясь к непривычным звукам утреннего леса, девушка долго лежала, не открывая глаза. Ей хотелось подольше остаться наедине со своими мыслями. Ольга думала о том, что в двадцатом веке западный человек, поправ духовные традиции предтеч, воздвиг новую церковь. Высокомерно встав в центре мироздания, он написал новое евангелие – психоанализ, и себя же назначил его апостолом. Шаманизм же напротив никогда не вычленял человека из окружающей природы. Но что-то начало меняться. Сделав круг, разочарованное человечество в поиске новой парадигмы, свободной от манипуляции и лжи, сегодня вновь, пока еще неуверенно, начинает возвращаться

к истокам. У Перуна, Сварога или Одина с каждым годом все больше новоиспеченных адептов – но уже не рабов божиих, а союзников и партнеров. Много лет она стремилось к обретению этого скрытого знания, а получив желаемое, сейчас все ее существо трепещет. Сегодня произойдет прыжок на другую сторону. Старуха еще вечером сообщила об этом. Неизвестность всегда пугает. И манит неодолимо.

В чум вернулась Гускеэейн и, тихо нашептывая под нос свои тунгусские заклинания, начала разжигать очаг. Огонь капризничал, дымил и не хотел разгораться. Шаманка достала из кармана кусочек жира и бросила в костер. Пламя мгновенно вспыхнуло и радостно затрещало. Заметив, как Ольга одним полуоткрытым глазом наблюдает за ней из спальника, старуха пояснила:

– Это для Того-Мусуна – духа огня. Ее каждый раз нужно кормить. Это женская работа. Вставай, одевайся. Поешь с утра хорошенько. После обеда есть больше не будешь.

Завтракали молча. Гускеэейн, как и прежде, поставила угощение и для духов, но Ольге все время мерещилось, что противные ручонки домовиков тянутся к ее миске.

Когда допивали чай, старуха спросила:

– Духи во сне приходили?

Ольга удивилась, как легко и быстро мистическое становится вокруг нее естественным и привычным. Вопрос шаманки прозвучал настолько буднично, словно та поинтересовалась, почем нынче картошка?

– Приходили. Те, что и прежде. Три мужчины и три женщины. Кто они, Гускеэейн? Почему они уже столько месяцев пьют мою кровь и зачем пытают меня?

– Это мугды. Души предков. Шесть самых великих шаманов нашего рода. Такие один раз в сто лет рождаются. А через смерть они дают тебе новый язык, чтобы ты могла общаться с духами и богами. Понятно?

– Чего ж тут непонятного, – грустно ответила ученица, – архаичный паттерн смерти-возрождения.

– Ты сейчас о чем?!

По недовольному взгляду старухи Ольга поняла, что, пожалуй, ей стоило промолчать.

– Не обращайте внимания, Гускеэейн. Это я так, о своем девичьем, – потом, пытаясь уйти от неловкости: – А что, шаманы бывают и невеликие?

– Да всякие бывают. Есть, что и шаманами не назовешь.

В голосе старухи прозвучало нескрываемое превосходство.

– По некоторым и впрямь психушка плачет. Мугды у них совсем слабые. А раз дух-хранитель слабый, то и шаман сильным не будет. А есть шаманы великие и могучие. Таких больше четырех на земле одновременно жить не могут. Все миры для них открыты. Боги и нижние, и верхние к ним благосклонны. Только их тело может вынести мощь богов. И подчиненных духов-помощников у них превеликое множество. Когда последний великий шаман помирает, он своих мугды с собой на тот свет уносит. И тогда они превращаются в небесных духов уже навсегда. Но если мугды на небо не попал, и такое может быть, то рано или поздно он переселится в чье-нибудь тело из своего рода.

Старуха замолчала. Глядя на Ольгу долгим пробирающим до косточек взглядом, она будто испытывала ее.

– Ты последняя. Поэтому вся сила рода Зычигир перейдет к тебе. Великие силы и умения обретешь. Потому что не один мугды у тебя, а целых шесть. А когда помру – семь.

– Но ведь, чтобы стать сильным шаманом, нужны годы и много ступеней посвящений. Я сама

это читала. И что? Я так и буду здесь, в тайге, десять лет сидеть?

– Не будешь. Ты женщина – значит уже шаманка. Мужчина долго учится. Потому как мужчина тщеславен. Власть любит и деньги. Мужчина сильный только снаружи. А женщина сильнее его изнутри. Женская магия всегда скрытая, житейская и вездесущая. Еду женщина готовит – магию творит. Одежду шьет – магию творит. Ребенка рожает – великую магию творит. Напоказ ее не выставляет. Почестей не ищет. Силу мужскую женская магия всегда уравновесит. Потому, ежели мужской силы слишком много, бардак тут и наступает.

Гускеэейн замолчала. Казалось, мысли ее находились где-то совсем далеко.

– А древние женскую природу чтили, – словно с укором продолжила она, – потому что домашние чары сильнее таежных. Охотник может долго кругами ходить по лесу и все без толку. Но те, искусные в заклинаниях жены, которые кормят Того-Мусуна жиром и водкой с кровью, действительно по-настоящему сильны. Сидя дома у огня и произнося заговоры, они привлекают добычу. Потому как от духа очага везение зависит не меньше, а то и больше, чем от Синкэна – духа-хозяина охоты.

Ольга улыбнулась. Было забавно слушать, как эта малограмотная женщина легко и незатейливо излагает основы и суть стихийной диалектики – «не нарушающее целостность равновесной системы, разнонаправленное движение энергий».

– Мне все-таки непонятно, почему не дают знания шаману сразу, а требуется несколько ступеней посвящения?

Ольга явно провоцировала старуху.

– Странные вещи спрашиваешь, – изобразив недоумение, ответила Гускеэейн. – Неужели не ясно? Чтобы не убить его. Вокруг каждого человека есть облако. Оно не дает ему увидеть невидимое. Всякое может случиться. И если вдруг облако внезапно откроется и человек увидит все вокруг таким, какое оно есть на самом деле, то может и с ума сойти. Или даже помереть. Над мужчиной облако толще. Оттого, что он существо пришлое. Поэтому и открывают ему глаза постепенно. Женщины на этой земле еще раньше до мужчин жили, и облачко у них тоньше.

Ольга с изумлением смотрела на шаманку. Не в силах сдержать сарказма, Ольга ядовито спросила:

– Это в смысле – мужчины с Марса, а женщины – с Венеры?

Гускеэейн еще сильней поджала отсутствующую губу и смерила Ольгу надменным взглядом.

– Все шутишь, да? Ты бы слушала да запоминала! Помру ведь скоро, и некому тебе будет все рассказать. Прародители у мужчин и женщин разные. Белый бог Хевенки воевал с богом Харги, и земля с небом горели. Выжили только те, кто пещерах от огня спрятался. Успех то на одной стороне был, то на другой. Если посмотреть, война эта и по сей день не утихает. Мужчины всегда обвиняли женщин во всех смертных грехах. Вроде те с темной стороны луны. Глупые. Даже не знают, что это так и есть. Случались времена, когда женщины верховодили, потом мужчины покоряли женщин, вслед за тем женщины опять верх возьмут. Так и будет, покуда не поймут: кто они и откуда?

Бредовее теории Ольга еще не слышала. Что за глупости несет эта полоумная старуха? Но вдруг как удар по голове! Внезапно она вспомнила, что последние исследования генетиков митохондриальной ДНК позволили вычислить «митохондриальную Еву», гипотетическую прародительницу всех живущих в настоящее время людей. Из этих расчетов следовало, что возраст «Адама» – носителя игрек-хромосомы – был предположительно сто тысяч лет, а древность митохондрии «Евы» определяли примерно до двухсот тысяч лет. Выходит, что «Ева» старше «Адама» почти вдвое! Значит, не такой уж это все бред, как может показаться на первый взгляд!