Шамбло
Шрифт:
В глазах Аландра не было и тени насмешки. Джо смутно ощущал чудовищную нелепость этой почти светской беседы и все же был вынужден ее поддерживать.
– Все мингские девы обладают больше, чем красотой…
– Нет, речь идет не о шарме. У этой девушки есть отвага, интеллект. Откуда? Просто ума не приложу, ведь отбор проводится по совершенно иным параметрам. Но я заглянул однажды в ее глаза и увидел там нечто более привлекательное, чем красота. Я призвал ее к себе – а следом явился Техасец Джо. Догадываешься, почему ты до сих пор жив?
Джо потрясенно молчал.
– Потому,
Техасец внутренне напрягся. За этими небрежными фразами угадывалось ледяное дыхание смерти, а также других, несравненно худших вещей, о которых со страхом перешептываются в эднесских барах.
Водир негромко застонала и пошевелилась. Взгляд Аландра вновь скользнул по распростертому на полу телу.
– Встань.
Девушка неуверенно поднялась и застыла с низко склоненной головой; в ее движениях уже не было механической скованности.
– Водир!
Она обернулась, и Техасец похолодел от ужаса, увидев девушку, бесконечно непохожую на недавнюю перепуганную Водир. В ее глазах таилось таинственное знание, прекрасное лицо превратилось в напряженную маску, едва скрывающую дикий, рвущийся наружу ужас. Все продолжалось не дольше секунды, затем Водир снова склонила голову перед Аландром; Джо показалось, что в самый последний момент в ее глазах промелькнула отчаянная мольба…
– Пошли.
Аландр повернулся и неспешно пошел в глубь зала. Дрожащая от напряжения рука Техасца начала подниматься – и снова упала. Нет, лучше подождать. Он присоединился к Аландру. Замыкала процессию Водир.
Черный проем арки еле угадывался на фоне бархатной драпировки. Следуя за Аландром, Джо шагнул через порог – и утратил зрение. В тщетной попытке защититься от всепоглощающей тьмы он вскинул бластер, но спустя мгновение тьма рассеялась.
– Барьер, охраняющий непорочность всех моих… красавиц, – не оборачиваясь, пояснил Аландр. – Ментальный барьер, непроходимый без моего на то согласия.
Бесшумно ступая по мягкой ковровой дорожке, Джо размышлял над праздным, в сущности, вопросом – проходила ли прежде этим путем хоть одна живая человеческая душа? Приводил ли этот… дьявол сюда своих златокудрых дев? А если да – то как? В нормальном состоянии, или так же, как несчастную Водир – насытив предварительно безымянным, невообразимым ужасом?
Коридор шел под уклон, свет быстро тускнел, легкий сквозняк приносил снизу резкий влажный запах соли.
– Там, куда ты идешь, не был прежде ни один мужчина, кроме меня самого. – Бесстрастный голос Аландра казался составной частью тишины. – Меня интересует реакция неподготовленного человека на… на то, что ты сейчас увидишь. Я достиг… возраста, – он негромко рассмеялся, – когда возникает страсть к экспериментам. Смотри!
Джо зажмурился от ослепительной вспышки. В бесконечно долгое мгновение, когда яростный свет пробивался сквозь плотно сжатые веки, ему показалось, что все странным, необъяснимым образом изменяется, вплоть до каменных стен. Открыв наконец
Джо замер, почти не веря своим глазам. Аландр с откровенным интересом наблюдал за его реакцией, Водир стояла, склонив голову, все так же странствуя в адских глубинах.
Мингские девы – нет, настоящие богини, златовласые ангелы. Одетые в фиолетовые, изумрудно-зеленые, голубые платья, они отдыхали на диванах, парами гуляли вокруг бассейна. От их красоты, их безупречного изящества кружилась голова, перехватывало в горле… У них были поразительные лица – яркие, ослепительно прекрасные и абсолютно бездушные. На лице Водир, прежней Водир, сменялись самые разнообразные чувства – страх и боль, мужественная решительность и раскаяние, здесь же Джо видел безупречную физическую красоту – и не более.
– Ты находишь их очень красивыми? – усмехнулся Аландр. – Ну что ж, продолжим экскурсию.
Джо непрерывно чувствовал на себе изумленные взгляды обитательниц этого подземного рая. Девушки почти не обращали внимания на привычную фигуру Аландра, брезгливо отворачивались от Водир – но невиданное, полумифическое существо – мужчина в грубых сапогах и комбинезоне!
Сказочная, похожая на сон галерея осталась позади, серебряные ворота услужливо распахнулись, за короткой, уходившей вниз лестницей открылся еще один тускло освещенный коридор; по его левой стороне тянулся ряд черных занавесок. Аландр остановился перед одной из них.
– Наиболее ценные жемчужины хранятся отдельно, поштучно. Вот, например… – Он раздвинул тяжелые складки.
Свет, брызнувший из зарешеченного окошка, нарисовал на противоположной стене четкий геометрический узор; не дожидаясь приглашения, Джо шагнул вперед.
Он увидел комнату, задрапированную темно-лиловым бархатом. У дальней стены, прямо напротив окошка, стоял диван. Сердце Техасца бешено заколотилось. На диване мирно спала девушка. И если в галерее он встретил богинь, то красота этой девушки далеко превосходила самые смелые порождения человеческой фантазии; лицо излучало почти осязаемый поток гипнотического очарования. Джо боялся вздохнуть, боялся пошевелиться, он начисто забыл о своем смертельно опасном положении…
– Проснись, – прогудел сзади голос Аландра.
Длинные пушистые ресницы задрожали, прекрасное лицо словно осветилось изнутри. Женщина плавно села, тем же самым длинным текучим движением встала и улыбнулась. Джо едва не зажмурился от этой слепящей улыбки. Затем она прижала правую ладонь ко лбу и согнулась в глубоком, почтительном поклоне.
Аландр опустил занавеску, пронзил Техасца холодным блеском глаз и улыбнулся.
– Пошли.
Рука Аландра откинула четвертую по счету занавеску, и у Техасца перехватило дыхание. Стоя на цыпочках, девушка изгибалась в каком-то медленном, экзотическом танце; ее красота, изящество каждого ее движения завораживали, притягивали как магнит.